ЛитМир - Электронная Библиотека

Целых четыре дня они словно соревновались: он старался ее соблазнить, она упорно сопротивлялась. Другой на его месте уже давно бы объявил о своем намерении жениться на ней. Но он был лицом титулованным, а не просто мужчиной — в его венах текла кровь завоевателя.

И она часто, как сейчас, например, диктовала ему линию поведения.

Было невозможно даже представить, что он может вот так просто взять и попросить ее руки, видя, с какой холодной расчетливостью она выбирает кандидатов, сознавая при этом, что он, как никто другой, подходит ей в мужья, больше других отвечая ее требованиям.

Нахмурившись, он повернулся и пошел к своей карете.

Ее сопротивление — неожиданно сильное — только разжигало его страсть. В нем проснулся хищник, желавший заполучить свою добычу.

Он хотел, чтобы она приняла его на его условиях, потому что, даже несмотря на их титулы, они были мужчиной и женщиной — уравнение старое как мир. Ему хотелось, чтобы она видела в нем мужчину, а не герцога. И не потому, что его титул выше, владения больше, а доход значительнее.

Он мечтал о том, чтобы она желала его так, как он желает ее.

Он ждал хоть какого-нибудь намека на капитуляцию, намека на покорность. Хоть намека на то, что она сознает, что принадлежит ему.

Только это его устроило бы. Только это успокоило бы его.

Стоит ей намекнуть, что между ними происходит нечто, и он заговорил бы о женитьбе.

Лакей стоял, ожидая его, и придерживал дверцу кареты. Себастьян приказал возвращаться на Гросвенор-сквер, после чего забрался в карету, и дверца за ним захлопнулась.

Настроив себя против Себастьяна, Хелена склонилась перед ним в реверансе, после чего, взявшись за руки, она закружились в первой фигуре ее первого с ним танца.

«Думай! — приказала она себе. — О чем угодно, только не о нем. Не смотри ему в глаза. Не допускай, чтобы его близость кружила тебе голову».

Когда в карете, едучи на бал, она пожаловалась Марджори на его ультиматум в виде двух танцев, ее компаньонка улыбнулась и одобрительно качнула головой, словно Сент-Ивз не был одним из первых повес в высшем свете. Словно он не был тем, кого Марджори сама назвала опасным. Еще более удивительной была реакция Луи. Предполагалось, что он выступал в Лондоне ее покровителем. Хелена чуть не фыркнула, думая о нем. Она подозревала, что Луи понятия не имеет о репутации герцога и его упорном нежелании связывать себя узами брака. Когда Сент-Ивз подошел к ней и пригласил на танец, Луи выглядел до глупости довольным.

Она пришла к выводу, что агрессия — ее лучшая защита против Себастьяна. Набравшись храбрости, она посмотрела ему в глаза.

— Я слышала, вы собираетесь покинуть Лондон?

— Совершенно верно. Через неделю я с братьями уеду в провинцию.

— И где вы намерены провести праздничные дни?

— В Сомерсхэме, моем родовом поместье. Оно находится в Кембриджшире. — Они сделали круг, затем он спросил: — А где вы будете отдыхать, малышка?

— Тьерри еще не решили. — И тут Хелена обратила внимание на улыбку Себастьяна. Похоже, сегодня все были довольны друг другом. Черт дернул ее за язык спросить: — Лорд Уэр вернулся в Лондон?

Лицо Себастьяна напряглось, и он нехотя ответил:

— Нет. И едва ли приедет в ближайшее время.

Они сделали еще один круг; она не могла оторвать от него взгляда — не осмеливалась. Движения в танце были зеркальным отражением их отношений: руки соединяются, разводятся, она отходит назад, затем снова возвращается к нему.

Она танцевала, ее юбки развевались, когда она кружилась вокруг него, после чего останавливалась и взмахивала руками. Он вставал вплотную к ее спине, их пальцы смыкались, и они в точности повторяли движения других танцоров.

— Не соблазняй меня, малышка. Сегодня здесь нет лорда Уэра, чтобы спасти тебя.

В тихо произнесенных словах звучали угроза и обещание. Себастьян выдохнул их ей в плечо, отчего у нее по обнаженной коже поползли мурашки.

Слегка повернув голову, она прошептала в ответ:

— Я уже говорила вам, что я не для вас, ваша светлость.

Он после короткой паузы произнес:

— Вы будете моей, графиня, — можете не сомневаться.

Они снова разделились, как требовали фигуры танца.

Когда она отплывала от него, его пальцы коснулись ее шеи, а затем пробежались по ее спине.

Его прикосновение отозвалось острой болью у нее в груди, горячая волна омыла тело. Хелена с трудом заставила себя улыбнуться и снова посмотреть в его глаза.

После танца он поднес ее руку к губам:

— Скоро, малышка, скоро.

«Никогда!» — поклялась она себе, хотя знала, что отказать ему будет непросто.

Хелена не могла нарушить свое обещание и отказать ему во втором танце, но вот если он не сможет ее найти…

Она болтала, улыбалась, смеялась, а про себя составляла план. Луи, как всегда, был рядом, и она импульсивно схватила его за руку.

— Давай прогуляемся, кузен.

Небрежно пожав плечами, он согласился. Хелена потащила его в дальний конец зала, где сидели престарелые вдовы, шаря острыми глазами по толпе и сплетничая в ожидании малейших признаков скандала.

— Я думаю, — проговорила Хелена, — что лорд Уэр, пожалуй, подойдет мне в качестве мужа. Как вы относитесь к его светлости и будет ли Фабиан рад его предложению?

— Уэр? — Луи нахмурился. — Это такой большой, темноволосый, в меру дородный джентльмен, который предпочитает в одежде коричневые тона?

Она не назвала бы его дородным.

— Ему предстоит унаследовать титул маркиза, что должно понравиться Фабиану. Что же касается всего остального, оно, по моему мнению, тоже не вызывает сомнения.

— Гм… из того, что я слышал, он не пользуется большим уважением, этот Уэр. Он спокойный, добродушный, застенчивый. — Последнее Луи произнес с усмешкой. — Не думаю, чтобы Фабиан одобрил твой союз со слабовольным человеком.

«Слабовольный». Для нее эта оценка прозвучала как одобрение.

— Хорошо, я еще подумаю над этим.

В углу зала, за спинами вдов находилась открытая настежь дверь.

— Куда мы идем? — спросил Луи, когда она подвела его к ней.

— Я хочу посмотреть, что там, за этой дверью. В зале слишком душно. — Она прошла мимо него и юркнула в дверь, когда первые, звуки менуэта — ее второго танца с Себастьяном — поплыли над головами толпы.

Луи последовал за ней в галерею. Три дамы, стоявшие на галерее, услышав музыку, поспешили в бальный зал, оставив их одних, словно заранее задумали это.

— Здесь гораздо тише. — Хелена улыбнулась.

Луи нахмурился, но тут его внимание привлек буфет. Он отправился исследовать напитки, налитые в графины. Хелена прошлась по узкому помещению мимо длинных окон.

Она остановилась, глядя на звезды, и вдруг слабый звук привлек ее внимание.

Секундой позже она услышала знакомый голос.

Хелена повернулась и увидела, что Луи низко кланяется. Из тени, отбрасываемой дверью, вышел Себастьян и обратился к Луи:

— Мадемуазель графиня оставила за мной этот танец, но так как она, вероятно, испытывает потребность побыть в тишине, я останусь с ней здесь. Думаю, у вас есть некие обязательства в бальном зале, а потому можете быть свободны.

Даже в полумраке Хелена заметила, как Луи бросил на нее быстрый взгляд.

— Конечно, ваша светлость. — Луи все еще колебался, посматривая на Хелену. Она не могла поверить, что он сможет оставить ее с герцогом наедине.

— Не сомневайтесь, — продолжал Себастьян, — мадемуазель графиня будет со мной в полной безопасности. По окончании танца я сдам ее с рук на руки мадам Тьерри. А до тех пор ее время принадлежит мне.

— Как скажете, ваше сиятельство. — Луи поклонился и исчез, тихо закрыв за собой дверь.

Ошеломленная, Хелена уставилась на то место, где только что стоял ее кузен. Луи не мог быть настолько безмозглым, чтобы поверить, будто она окажется в безопасности с человеком такой репутации.

— Я не знаю причины, малышка, но он действительно оставил нас одних.

15
{"b":"18126","o":1}