ЛитМир - Электронная Библиотека

Он не знал, догадывалась ли она, как много он видит каждый раз, когда ее взгляд становится отрешенным, задумчивым, пока она вдруг не спохватится и не обнаружит, что он за ней наблюдает. Тогда она быстро надевала на себя маску или изображала улыбку.

Он был уверен, что все дело в письмах. Они все еще лежали на туалетном столике под футляром для драгоценностей, и он видел их всякий раз, когда входил в ее комнату в ее отсутствие. Вид этих писем свидетельствовал о том, что они были вскрыты и прочитаны бессчетное количество раз. Они искушали его, искушали по-настоящему, но он не прочитал их.

Пока.

Если Хелена в ближайшее время не признается ему, он это сделает.

Он хотел, чтобы она доверяла ему настолько, что без принуждения обо всем бы рассказывала ему, но она упорно молчала. И как он теперь подозревал, будет молчать и дальше. И это заставляло его задаваться вопросом: что — или кто — был настолько могущественным, что оказывал столь сильное давление на нее, заставляя ее быть абсолютно покорной.

Или непоколебимо преданной.

— Вийяр говорит, что его нет в спальне.

Хелена смотрела на зимний ландшафт за окном библиотеки. Луи нашел ее здесь — она сидела одна в этой комнате, чтобы дать Себастьяну возможность закончить работу, которая, как он говорил, была срочной.

Луи слегка встряхнул ее за плечо.

— Я пришел напомнить тебе, чтобы ты поторопилась.

Когда она ничего не ответила, он приблизил свое лицо к ее лицу.

— Ты слышишь меня?

— Отстань. — Ее голос был тихим, ровным, невыразительным.

— Мы зря теряем время. — Он огляделся, желая убедиться, что они все еще одни. — Прошло уже больше оговоренной недели. Я слышал, что через несколько дней здесь соберутся все члены семьи. Кто знает, когда Сент-Ивзу все это надоест и он решит, что мы должны уехать?

— Не надоест.

— Это ты так думаешь. Но как только его семья окажется здесь… — Он посмотрел на Хелену. — Ходят разговоры о свадьбе, но мне это совсем не нравится. Нельзя ежедневно испытывать судьбу. Ты должна найти кинжал как можно скорее. Сегодня.

— Я говорила тебе, что он наверняка в кабинете. — Повернув голову, Хелена холодно посмотрела на Луи. — Почему ты сам не займешься этим?

— Я бы с радостью, но дядя приказал, чтобы это сделала ты. И я его понимаю.

— Понимаешь?

— Если ты похитишь его, Сент-Ивз не будет предавать это дело огласке и не станет думать о мщении, потому что не захочет, чтобы все знали, что его обворовала женщина.

— Понимаю. Поэтому это должна быть я.

— Да, и сделай это как можно скорее.

— Я сделаю это сегодня.

Прежде чем в очередной раз отправиться на поиски, Хелена дождалась, когда часы пробьют полночь, хотя и не была уверена, что Себастьян уже ушел из своего кабинета. Поэтому, спускаясь по лестнице, она перегнулась через перила, чтобы посмотреть, не пробивается ли из-под двери полоска света. Убедившись, что там темно, она спустилась и стала неслышно красться по коридору.

Коридор вел в длинную галерею. Дойдя до конца, Хелена свернула к холлу.

И натолкнулась на стену мышц и костей.

Она вскрикнула. Себастьян поймал ее прежде, чем она успела убежать.

В слабом свете, льющемся из незанавешенных окон, она успела разглядеть, что он был в шелковом халате, под которым, как она подозревала, ничего не было. Ее руки уперлись ему в грудь, когда он привлек ее к себе. Их взгляды скрестились.

— Малышка. — Он удивленно выгнул бровь.

«Куда ты направляешься?» — хотел он спросить, но сдержался.

— Что ты здесь делаешь?

— Я шла повидаться с тобой.

Себастьян промолчал, но было видно, что он теряет терпение. Черты его лица казались высеченными из гранита. Освещенное слабым светом, оно выражало с трудом обузданное желание. Под ее руками его тело говорило о том же: стальные широкие теплые мышцы были напряжены до предела.

— Я… — «Шла повидаться с тобой?» Ложь. Облизнув губы, она посмотрела на него: — Я хотела тебя увидеть.

Едва эти слова сорвались с ее губ, как он закрыл их своими. Поцелуй был диким по своей страстности и ясно говорил, что за ним последует.

Подняв руки, она обвила его шею, принимая его поцелуй и целуя в ответ с такой же силой.

Проклятый план Фабиана можно отложить еще на одну ночь.

Она с радостью отдаст себя в руки Себастьяна ради последней ночи любви.

Она и шла к нему, как ей теперь казалось, именно по этой причине. Это был ее последний шанс показать ему, что он для нее значит, даже если она никогда не сможет сказать ему те слова, которые он так хочет от нее услышать. Она все скажет ему другим способом.

Себастьян прервал поцелуй: он уже выходил из-под его контроля. Контроль — какая шутка! Он думал, несмотря ни на что, что опыт, приобретенный с годами, сделал его хозяином своих желаний.

Две минуты, и она порвала все цепи, которые сдерживали его. Намеренно.

Нежась в его объятиях, она, прижималась к нему, ее тело выгибалось дугой, губы были сочными, грудь вздымалась и опускалась, пальцы путешествовали по его лицу — оглушительный зов сирены, старый как мир.

Ее глаза призывно блестели из-под отяжелевших век.

Так тому и быть.

— Твоя комната. — Его голос охрип от желания. — Идем.

Он обнял ее за талию и быстро повел в спальню, стремясь поскорее уединиться в уютной комнате. Хелена почти бежала рядом с ним, сгорая от нетерпения.

Он широко распахнул перед ней дверь. Они вошли, и дверь за ними захлопнулась.

Он услышал, как щелкнул замок, и в этот момент она повернулась, наградив его улыбкой мадонны. Она протянула к нему руки:

— Иди ко мне. Давай любить друг друга.

На ее туалетном столике слабо горела лампа. Даже при слабом освещении он безошибочно видел, как сияют ее глаза. Не размышляя, он шагнул к ней, больше уже ни о чем не думая и наслаждаясь тем, что она позволила ему увидеть. Он положил ее руки себе на плечи и обнял ее за талию.

— Малышка, ты скажешь мне, если тебе будет больно.

— Не будет.

Их губы встретились, слились — благоразумие и контроль куда-то исчезли. Она втянула его губы в свой горячий рот, настойчиво приглашая действовать смелее. Она следовала за ним шаг в шаг на пути к водовороту желаний, к водовороту физической и эмоциональной близости, которая зажгла их тела, побуждая к действию, увлекла их, поглотила. Унесла в мир, где правит страсть и торжествует желание.

Он давно изголодался по ней — она приглашала его насытиться. Он хотел — она предложила ему брать. Он хотел обладать ею полностью, а она ничуть не сомневалась, что принадлежит ему, и подзадоривала его, бросала ему вызов, хотела, чтобы он утолил ее желание.

Голова у него кружилась, и он, оборвав поцелуй, сорвал с себя халат. Под его кожей обжигающим пламенем разгоралось желание. Она обхватила руками его тело, словно бы почувствовала это пламя и хотела его погасить. Тяжело дыша, он всматривался в ее лицо, радовался ее удивлению, когда она осознала, что ее власть над ним безгранична, наблюдал за завораживающим взглядом, когда она решала, как распорядиться этой властью.

Ее рука начала медленно продвигаться от его груди к паху. Он стиснул зубы и едва сдержал стон, когда она погладила, а затем зажала в руке его плоть.

Ее лицо озарилось улыбкой победительницы.

Себастьян потянулся к ней и внезапно понял, что она все еще одета. Он никогда не получит полного удовлетворения, пока она не будет лежать перед ним обнаженная. Он придавил ее спиной к кровати. Она продолжала его ласкать. Он крепко поцеловал ее, выпуская своих демонов, и, запустив руки в ее кружева, начал срывать с нее одежду. С другой женщиной он делал бы это медленно, растягивая удовольствие. С ней не хотел, не мог ждать. На ней осталась только сорочка — последний барьер между ними.

Он сделал паузу. Только что она стояла перед ним одетая, позже будет лежать обнаженная под ним. А сейчас…

Потакая своим демонам, он огляделся, оценивая возможности, и увидел то, что хотел. В чем они оба нуждались.

42
{"b":"18126","o":1}