ЛитМир - Электронная Библиотека

Себастьян смотрел на лицо графини, похожее на лик мадонны, которое он не забыл, хотя прошло уже семь долгих лет. Выражение ее лица было таким же надменным и равнодушным, каким он его запомнил. Оно было явным вызовом, таким, как он, хотя он сомневался, что она отдавала себе в этом отчет. Ее глаза… Он подождал, пока она подняла ресницы, и ее взгляд остановился на его лице.

Зеленые. Светло-зеленые. Глаза цвета хризолита, сверкающие кристальной чистотой. Глаза, которые влекли, позволяя мужчине заглянуть в ее душу.

Если она позволит это сделать.

Он ждал целых семь лет, чтобы снова увидеть эти глаза. Ни малейшего следа узнавания как в этих глазах, так и в выражении ее лица. Он изогнул губы в улыбке, позволяя ей рассматривать себя. Она узнала его. Он был в этом так же уверен, как и в том, что он узнал ее.

Его внимание привлекли ее волосы. Черный, как ночь, поток упругих локонов, обрамляющих ее лицо и спускавшихся на плечи. Его взгляд скользнул дальше, охватывая ее фигуру, вызывающе обтянутую платьем из зеленого шелка с парчовой юбкой, надетой на нижние. Его ум быстро работал, соображая… Затем он заглянул в ее глаза.

Тишина стояла напряженной. Он посмотрел на Тьерри и удивленно изогнул бровь, хотя и понимал причину этого молчания.

Затем и леди бросила на Тьерри взгляд и удивленно выгнула бровь,

— Гм! — Тьерри поклонился, — Месье герцог де Сент-Ивз. Мадемуазель — графиня Делиль.

— Месье герцог.

— Графиня. — Он поклонился, посмотрел на нее и слегка сжал ее изящные пальчики. — Давно вы из Парижа?

— Неделю назад. — Она смотрела на него так, как будто была уверена, что он ее помнит. — Это мой первый визит на ваши берега. — Ее взгляд коснулся его лица. — В Лондон.

Хелена подозревала, что он узнал ее, но это никак не отражалось на его лице. Его лицо напоминало каменную маску, исключавшую всякое проявление чувств; глаза были цвета голубого летнего неба, невероятно невинные, однако обрамленные ресницами такими длинными и пушистыми, что они сразу исключали всякую мысль о невинности. Его губы тоже демонстрировали противоречие: длинные и тонкие, они олицетворяли твердую волю, но, будучи слегка расслабленными, говорили о присущем ему юморе и холодном остроумии.

Он не был молод. По сравнению с окружавшими ее мужчинами он выглядел гораздо старше и намного мужественнее. Он был воплощением такой мужской силы, что все остальные мужчины блекли перед ним.

Властный. Она привыкла общаться с такими мужчинами, противопоставлять им собственную волю. Вздернув подбородок, она спокойно обратилась к нему:

— Давно ли вы были в Париже, милорд? Глаза и губы выдали его, но лишь потому, что она внимательно за ним наблюдала. Легкий проблеск узнавания, тень улыбки — вот и все.

— За последние годы ни разу. Но несколько лет назад я жил там по полгода и дольше.

Он сделал особое ударение на последних словах: она поняла — он узнал ее. Легкая тень пробежала по лицу Хелены.

— Откровенно говоря, я бы удивился, если бы мы встречались раньше.

— Я приезжала в Париж не часто. Мое имение находится на юге Франции.

Кончики его губ поднялись; взгляд скользнул по ее волосам, затем снова вернулся к глазам и теперь опустился ниже.

— Мне следовало бы самому догадаться. — Замечание было вполне невинным: цвет ее кожи действительно указывал на южное происхождение. Его голос, глубокий и журчащий, вливался в нее, затрагивая какие-то струны и заставляя их вибрировать.

Она бросила взгляд на Гастона, стоявшего рядом. Он явно нервничал.

— Прошу прощения, ваша светлость, но, думаю, нам пора уходить. Если месье герцог нас извинит.

— Конечно, конечно. — От неожиданности Гастон подпрыгнул на месте.

В голубых глазах Себастьяна мелькнуло удивление, кода он снова посмотрел на Хелену. Она проигнорировала его взгляд и присела в реверансе. Он поклонился, взял ее руку и, прежде чем она отняла ее, быстро произнес:

— Я понял, что вы поживете в Лондоне, графиня, по крайней мере некоторое время.

Поколебавшись, она ответила:

— Да.

— Тогда мы, вне всякого сомнения, будем иметь возможность продолжить наше знакомство. — Не спуская с нее глаз, он поцеловал ее руку. — Еще раз до свидания, мадемуазель.

К облегчению Хелены, Гастон не расслышал это «еще раз». Он и Марджори были так возбуждены ее знакомством с Сент-Ивзом — его просьбой представить ее ему, — что даже не заметили ее рассеянности. Не заметили они и как она гладила пальцы там, где их коснулись его губы. К тому времени, когда они приехали на Грин-стрит и вошли в отделанный позолотой холл, она уже полностью владела собой.

— Прошел еще один вечер, — вздыхая, сказала она служанке, бросившейся снимать с нее накидку. — Возможно, завтрашний день будет более успешным. Марджори повернулась к ней.

— Завтра прием у леди Монтгомери. Зал будет забит до отказа. Там будет весь высший свет.

Хелена направилась к лестнице.

— Хорошее место для охоты, как мне кажется.

Она пожелала Гастону доброй ночи, Марджори пошла вслед за ней.

— Моя дорогая, месье герцог неподходящая партия. Не надо поощрять его. Я уверена, ты меня понимаешь.

— Герцог де Сент-Ивз? — Когда Марджори кивнула, Хелена небрежно отмахнулась: — Он просто развлекался, и мне кажется, что ему нравится ставить Тьерри в неловкое положение.

— Вполне возможно. Такие, как он… ну, ты предупреждена, а значит, вооружена.

— Конечно. — Хелена остановилась у двери. — Не терзайте себя, мадам. Я не совсем уж дура, чтобы тратить время на такого ловеласа, как герцог Сент-Ивз.

— Наконец-то они встретились! — Луи стянул с шеи платок и, бросив его ожидавшему слуге, ослабил воротничок. — Я уже начал беспокоиться, что мне придется представляться самому, но наконец наши пути пересеклись. Все вышло, как предсказывал дядя Фабиан, — он нашел ее!

— Конечно, месье. Ваш дядя наделен даром предвидения, — сказал слуга, помогая Луи раздеться.

— Завтра я ему напишу. Он будет рад узнать хорошие новости.

— Будьте уверены, месье. Уж я постараюсь отправить ваше сообщение как можно скорее.

— Напомни мне об этом завтра. — Расстегивая жилет, Луи пробормотал: — Теперь надо сыграть второй акт.

Хелена встречала герцога де Сент-Ивза на приеме у леди Монтгомери, на вечере у леди Фернесс и на балу у Роли. Когда она вышла прогуляться в парк, то — по чистой случайности, конечно, — обнаружила его там прогуливающимся с двумя друзьями.

И в самом деле, где бы она ни находилась в последние четыре дня, он следовал за ней тенью.

Поэтому она ничуть не удивилась, когда он присоединился к группе, с которой она беседовала, в бальном зале герцогини Ричмонд. Он маячил справа от нее, и другие джентльмены молча расступились, словно это было его законное место. Спрятав раздражение, как на него, так и на них, Хелена лучезарно улыбнулась герцогу и протянула ему руку. И застыла от реакции, которая охватила ее от макушки до кончиков ног, когда он, не отрывая от нее взгляда, приложился губами к ее пальцам.

— Добрый вечер, моя дорогая.

Как такие простые, невинные слова могли звучать так безнравственно — для нее это было загадкой. Виноват ли был в этом свет в его голубых глазах, соблазнительный тембр его голоса или нежность его прикосновения? Хелена этого не знала, но неодобрительно отнеслась к своим эмоциям.

Впрочем, она продолжала улыбаться, а он стоял рядом с ней и другими джентльменами. Когда компания разошлась, смешавшись с толпой, Хелена расслабилась. Она знала, что он наблюдает за ней. После секундного колебания он предложил ей свою руку, и она с лучезарной улыбкой положила на нее свою ладонь.

Они прошли несколько шагов, и вдруг она прошептала:

— Я хочу поговорить с вами. — Она не видела его лица, но была уверена, что он усмехается.

— Я весь внимание, графиня.

— Не найдется ли здесь места — в этой комнате, — где мы были бы на виду у всех, но нас бы никто не слышал?

5
{"b":"18126","o":1}