ЛитМир - Электронная Библиотека

Демон присвистнул. Насколько он знал людей, занимающихся мошенничеством на скачках, у Диллона были причины для опасений. Он посмотрел на Флик:

— Где он скрывается?

Она выпрямилась, глядя на него в упор:

— Я вам скажу, но лишь при условии, что вы согласитесь нам помочь.

Демон посмотрел на нее еще более сурово и раздраженно.

— Разумеется, помогу! — За кого она его принимает? Он тихо чертыхнулся. — Каково будет генералу, если его единственного сына обвинят в мошенничестве на скачках?

Флик, судя по выражению ее лица, немного успокоилась. Она была по-дочернему предана генералу, буквально души в старике не чаяла. Как и сам Демон.

— Вот именно. А это вполне возможно, поскольку мошенник, обратившийся к Диллону, наверняка знал, чей он сын.

Генерал пользовался непререкаемым авторитетом по всем вопросам, касавшимся разведения английских и ирландских чистокровных лошадей, и на скачках его слово было законом. Синдикат знал, что делает.

— Так где же скрывается Диллон?

Флик снова бросила на него пытливый взгляд.

— В полуразрушенном коттедже на дальней стороне вашего поместья.

— На моей земле?

— Там безопаснее, чем в поместье Кэкстонов.

В этом не было сомнений: все поместье Кэкстонов состояло из дома и парка, в котором он находился. Генерал, поместил свой капитал в доходные бумаги, не желая заниматься фермами. Он продал свой земли много лет тому назад — часть их приобрел Демон. Он посмотрел на флик, которая непринужденно сидела верхом на Флинне:

— Мои кони, мой коттедж… Чем еще ты воспользовалась?

Она промолчала, лишь слегка покраснела. Демон невольно обратил внимание на то, какая у нее чудесная кожа. Она напоминала тончайший шелк цвета слоновой кости, а теперь стала походить на лепестки розы. О такой натурщице мечтает любой художник. У Боттичелли слюнки бы потекли. Он вспомнил картины этого мастера с ангелами в полупрозрачных одеждах и представил себе Флик в таком же облачении. Интересно, как будет выглядеть эта кожа, если тело Флик будет охвачено страстью.

Боже правый, что ему лезет в голову! Флик — подопечная генерала, почти ребенок. Сколько ей лет? Он нахмурился:

— Но все сказанное тобой никак не объясняет того, что ты здесь делаешь в этом наряде, выезжая моего лучшего коня.

— Я надеюсь опознать того человека, который обратился к Диллону. Диллон встречался с ним по ночам и не смог как следует разглядеть. Теперь, когда он не может использовать Диллона как своего посыльного, ему придется связаться с кем-то еще, способным вести разговор с жокеями.

— Значит, ты по утрам и вечерам торчишь в моих конюшнях в надежде на то, что этот человек обратится к тебе? — Он с ужасом воззрился на нее.

— Не ко мне. К кому-нибудь другому, например, к конюхам, которые знакомы со всеми жокеями. Я здесь для того, чтобы следить за этим.

Демон продолжал смотреть на нее. В этой истории концы с концами не сходятся. Придется требовать от Флик дополнительных объяснений.

— А как, черт подери, тебе удалось убедить Карразерса взять тебя на работу? Или он ничего не знает?

— Конечно, не знает! Никто не знает. Но наняться на работу было легко. Я слышала, что Икли исчез. Диллону сказали, что Икли согласился в этом сезоне работать на синдикат, но в последний момент передумал. Поэтому они и обратились к Диллону. Так я узнала, что Карразерсу нужен работник. Оделась соответствующим образом и пришла к Карразерсу. В Ньюмаркете всем известно, что Карразерс дальнозоркий, вблизи плохо видит, и я была совершенно спокойна. Стоило ему увидеть, как я езжу верхом, и он меня нанял.

Демон проглотил скептический смешок.

— А остальные — конюхи, жокеи — тоже дальнозоркие?

Флик бросила на него снисходительный взгляд:

— А вы когда-нибудь замечали, чтобы конюхи или тренеры смотрели друг на друга в конюшне? Они смотрят только на лошадей. Я все время у них на глазах, но они меня просто не видят. Вы единственный обратили на меня внимание, — с упреком произнесла она.

У Демона едва не вырвалось, что только мертвый может не заметить ее. Не стал он говорить и о том, что ждало ее, если бы она вздумала разоблачить шайку мошенников. При одной лишь мысли об этом он содрогался.

В так называемом синдикате в грош не ставили человеческую жизнь. Ведь неизвестно, куда делся Икли. Демон поклялся себе во что бы то ни стало выяснить это. А Флик не придумала ничего лучшего, как занять место Икли. Глядя на ее полное решимости, открытое лицо, Демон готов был немедленно уволить ее, но вовремя вспомнил, как решительно она вздернула подбородок. Изящный, нежно очерченный и в то же время слишком упрямый.

Она еще очень многого не знает и не понимает. Кони начали остывать, солнце медленно садилось. Флинн беспокойно переступил с ноги на ногу. Демон глубоко вздохнул.

— Давай вернемся, а потом я пойду повидаться с Дилло-ном.

Флик кивнула и пустила Флинна шагом.

— Я пойду с вами. Ну… мне все равно туда нужно. Я там переодеваюсь и меняю лошадей.

— Лошадей?

Она неуверенно посмотрела на него:

— Не могла же я являться на работу верхом на Джессами. Чтобы все обратили внимание.

Демон вспомнил, что Джессами — чистокровная изящная кобыла с безупречной родословной. Генерал купил ее в прошлом году. Оказывается, для Флик. Он посмотрел на нее:

— И?..

Она вздохнула и отвела взгляд.

— И я беру старого конька, который пасется у вас в заднем загоне. Пускаю его только медленным галопом, да и то редко. Берегу его.

Флик подняла глаза, и он удержал ее взгляд.

— Что еще ты взяла?

Голубые глаза округлились.

— Пожалуй, больше ничего.

— Ладно. Мы вернем этих коней в конюшню, потом ты сядешь на своего и уедешь. Я отправлюсь в экипаже, заеду домой и уже верхом тебя догоню. Встретимся у разбитого молнией дуба на дороге в Лидгейт.

Флик кивнула.

— А теперь давай поспешим.

Она наклонилась вперед, легко перевела Флинна с шага на рысь, а потом в галоп.

Он стоял, глядя ей вслед, потом, чертыхнувшись, дал коню шенкеля и поскакал следом.

Он добрался до разбитого дуба раньше ее.

К тому времени когда она подъехала на старом коньке, Демон уже принял решение: чем бы ни закончился его разговор с Диллоном, Флик должна понять, что с этой минуты решения принимает он. Она попросила его о помощи и получит ее — но на его условиях.

Когда она подъехала к нему, ее взгляд устремился на его коня — серого гунтера с очень выразительной кличкой Иван Грозный. Это было гордое и величественное животное с гадким, смертельно опасным характером. При приближении конька Иван начал косить глазом и рыть копытом землю.

Конек был слишком стар, чтобы обращать на это внимание. Зато Флик удивленно подняла брови и критически осмотрела стати Ивана.

— Я точно знаю, что никогда его не видела!

Демон не ответил. Он терпеливо дожидался, пока она закончит разглядывать его коня и посмотрит наконец на него. Лишь тогда он улыбнулся:

— Я купил его в конце прошлого года.

Устремленные на него глаза Флик округлились. Она только и могла прошептать: «О!» — и отвела взгляд.

Дальше они поехали рядом. Конек спокойно трусил по дороге, в то время как в каждом шаге Ивана сквозило презрительное нетерпение.

— Что вы сказали Карразерсу? — спросила Флик, искоса глядя на него.

Когда они вернулись, Карразерс, подбоченившись, стоял в дверях конюшни. Из-за спины Флик Демон махнул ему рукой, требуя посторониться. Карразерс отошел, изумленно глядя на обоих. К этому времени в конюшне, кроме Карразерса, оставался только ночной конюх.

Передав своего коня конюху, Демон пошел умиротворять Карразерса.

— Я сказал ему, что знал тебя маленьким озорником и ты испугался, что я немедленно тебя уволю. — Сумерки сгущались. Они ехали довольно медленно, чтобы не загнать старого конька. — Но, увидев, как ты держишься в седле, и узнав, что ты жаждешь работать с моими лошадьми, я согласился тебя оставить.

3
{"b":"18129","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Поколение селфи. Кто такие миллениалы и как найти с ними общий язык
Секрет легкой жизни. Как жить без проблем
Психология влияния и обмана. Инструкция для манипулятора
Лавр
Алхимики. Бессмертные
Я енот
Дитя