ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он далеко не так неподатлив, каким хочет казаться. И не желает, чтобы она подвергала его новым испытаниям, потому что в следующий раз ей удастся взять над ним верх, выиграть очередной поединок.

Или по крайней мере получить право торговаться.

– Так, так, так, – пробормотала она, прищурившись. Немного подумала, кивнула и двинулась дальше. Это надо запомнить, уж если избегать его не представится возможным.

Она нашла команду Кромарти и отыскала крохотную трещинку в непробиваемом панцире Кэкстона. Что ни говори, утро не прошло даром!

Глава 4

Развалившись в кресле гостиной фамильного дома Деймона и Флик, Диллон рассказывал хозяевам все, что узнал о мисс Даллинг.

Он и Барнаби встретились сегодня утром. Обсудив последние новости, они решили посоветоваться с Деймоном, которому до тонкостей известен мир скачек, особенно если речь шла об аферах.

– Заметив, что я за ней наблюдаю, она ускакала. Но я поехал следом. Поняв, что не сможет сбить меня со следа, она вернулась в Кэрисбрук-Хаус.

Диллон посмотрел на Флик, примостившуюся на ручке кресла Деймона. Сегодня на ней был не мужской костюм, а платье: она проводила время с отпрысками, а не на конюшне мужа. Двое старших детей, Пруденс и Николас, присутствовали тут же, в гостиной, словно имели на это право. Восьмилетний Николас походил на отца и внешностью, и умом. Примостившись рядом с Барнаби, он ловил каждое слово. Десятилетняя Пруденс, истинная Кинстер, предпочла занять место рядом с Диллоном. Подобно матери, она считала все происходящее своим делом и внимательно прислушивалась к интересному рассказу.

– Я серьезно сомневаюсь, что мисс Даллинг замешана в происходящем, – заключил Диллон, – но она, несомненно, что-то знает, и, возможно, больше, чем мы. Думаю, она кого-то защищает. Вполне вероятно, своего брата.

– Она определенно разволновалась, когда ты предположил, что я дрался именно с ним, – вставил Барнаби, – и к тому же я забыл упомянуть, что взломщик был похож на нее.

Диллон недоуменно моргнул.

– Этакий грубый мужской вариант ее лица, – поправился Барнаби. – Честно говоря, он выглядел как нечто среднее между ней и тобой.

Флик мгновенно оживилась и открыла рот, чтобы задать очевидный вопрос. Но Пруденс ее опередила:

– А какая она? Хорошенькая? Все уставились на Диллона.

– Нет, хорошенькой ее не назовешь, – признался он. – Она поразительно, необычайно, невероятно красива! Я таких еще не встречал. Если она приехала в город без кольца и не получит предложения в течение первой же недели, бдительные мамаши наточат ножи.

Брови Флик взлетели вверх.

– Господи Боже! И эта богиня снизошла до Ньюмаркета?

Голубые глаза Флик расчетливо блеснули. Увидев это, Диллон посмотрел на Деймона, гадая, что скажет его влиятельный зять. У Деймона были весьма твердые принципы относительно участия Флик в опасных предприятиях. Правда, он позволял ей скакать на своих лошадях, так что понятия об опасности были весьма гибкими. Настолько, что он и Флик были счастливо женаты свыше десяти лет.

Деймону не нужно было даже смотреть на Флик, чтобы понять, о чем та думает.

– Как, по-твоему, сумеешь узнать больше о мисс Даллинг, встречаясь с ней на званых вечерах и балах?

– Разумеется, – усмехнулась Флик. – Однако, – она устремила взор на Диллона, – попытка раздобыть необходимую информацию может потребовать убеждений того сорта, для которых я не приспособлена. Но мы посмотрим.

Диллону пришлась не по вкусу реакция Флик.

– Ее тетка сняла Кэрисбрук-Хаус. Мисс Даллинг утверждает, что ее тетка несколько чудаковата, в последнее время заинтересовалась скачками. Этим и объясняется ее интерес к реестру.

– Хм… – задумчиво протянула Флик. – Как считаешь, она хорошо держится в седле?

– Похуже тебя, – ухмыльнулся он, чем заработал направленные в свою сторону страдальческие взгляды Флик, Деймона, Николаса и Пруденс. Все знали, что лучшей наездницы, чем Флик, не найти во всей стране. Она вполне способна обогнать даже Деймона, которому, по общему признанию, не было равных. Сказать, что мисс Даллинг держится в седле хуже Флик, означало ничего не прояснить. – Собственно говоря, она совсем неплоха, – протянул Диллон и, подняв брови, поправился: – Если уж совсем честно, она чертовски хороша, гораздо лучше средней леди-наездницы.

– Значит, разбирается в лошадях? – уточнил Деймон.

– Да, но не в том смысле, что ты имеешь в виду. Она понимает лошадей, но так, как я. Не так, как вы двое.

Деймон поморщился.

– Значит, нет причин считать, что ее семейство владеет конефермой или чем-то подобным. Однако какая-то связь с лошадьми все же имеется.

Диллон наклонил голову.

– Итак… – Деймон посмотрел на жену, – мы предоставим мисс Даллинг тебе, дорогая, по крайней мере до тех пор, пока не узнаем больше. А пока что необходимо понять, существует ли возможность подмены лошади на скачках.

Барнаби, мгновенно став серьезным, подался вперед.

– Значит, вы согласны с тем, что происходит нечто странное? Что это не мы сделали неверные выводы из тех обрывков информации, которые случайно к нам попали?

Диллон всмотрелся в мужественное красивое лицо Деймона. Сейчас он был мрачен как туча.

– К сожалению, согласен. Дело не в вашем чересчур буйном воображении. Как бы мне ни хотелось отбросить ваши подозрения и заверить, что ничего особенного не происходит, вы собрали слишком много доказательств, и это уже не случайное совпадение. Из этого следует лишь одно: готовится какое-то мошенничество.

Диллон и Барнаби переглянулись.

– Итак, что мы должны делать? – осведомился Диллон у зятя.

Они перебрали все известные им факты. Пруденс и Николас явно устали от взрослых разговоров. Флик с улыбкой встала и проводила детей до двери.

– Нам пора кататься верхом.

Она кивком попрощалась с гостями и обменялась взглядами с мужем.

– Позже все мне расскажешь. Деймон улыбнулся и кивнул. Она вышла.

Тем временем мужчины определили круг вопросов, на которые требовался ответ, и оценили свои возможности. Прежде всего было необходимо разобраться в слухах о неожиданных финансовых потерях игроков во время весеннего сезона.

– Сначала проверим, чьи лошади и в каких скачках участвовали.

– Когда я попытался что-то выведать, – поморщился Барнаби, – слухи разом рассеялись. Никто не желал называть имен.

– Слишком много джентльменов чересчур заботятся об общественном мнении, – хмыкнул Деймон. – Они ноют и стонут, но когда дело доходит до необходимости подать жалобу – не дай Бог! Но самые большие проигрыши от замены лошадей случаются не здесь, а в Лондоне, где ставки гораздо выше. Возможно, нам удастся убедить тех, кто больше всех ворчит, назвать кое-какие имена.

Очевидно, кому-то следовало разобраться в лондонских слухах. Но с началом сезона ни Диллон, ни Деймон не могли покинуть Ньюмаркет. Однако Деймон решил предупредить своего брата Вейна и кузенов Девила и Габриэля Кинстеров, которые сейчас находились в городе.

– Если мы все объясним и назовем недовольных, братья сумеют заставить их выдать источник этого недовольства. Барнаби, вы согласны вернуться в Лондон и разузнать подробности?

– Я и отцу расскажу! – с энтузиазмом согласился Барнаби. Его отец имел связи в новом управлении полиции. – Кое-кто из инспекторов наверняка что-нибудь да слышал.

– А пока я буду держать ухо востро, – пообещал Деймон. – Что же до тебя, Диллон… – Хищная улыбка озарила его лицо. – Сомневаюсь, что Флик добьется успеха с мисс Даллинг. Однако постоянное общение в свете даст тебе больше возможностей перетянуть леди на нашу сторону.

– Если бы только она сказала, зачем ей реестр. – Диллон тяжело вздохнул и покачал головой. – Я убежден, что ей что-то известно, но…

– Но… – перебил Деймон, – она слишком испугана, чтобы быть с тобой откровенной, во-первых, потому, что сама не знает, чего ищет, а во-вторых, потому, что кого-то защищает. Диллон, сейчас главное – завоевать ее доверие. Без этого ты ничего от нее не добьешься.

12
{"b":"18130","o":1}