ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Пока тебя не было
Посеявший бурю
Золотая Орда
На первый взгляд
LYKKE. Секреты самых счастливых людей
Найди меня
Любая мечта сбывается
Темная ложь
Стэн Ли. Создатель великой вселенной Marvel

— Скажи только, — вкрадчиво произнес он, послушно переворачиваясь на спину, — какую форму примет эта твоя любовь?

— Для начала такую. — Катриона прильнула к его губам, вначале нежно, а затем более требовательно, играя роль, которая обычно принадлежала ему.

Не то чтобы он нуждался в возбуждении. Она ощущала нетерпеливую пульсацию его твердого естества. Усмехнувшись, она продолжила умелые ласки. Ладони Ричарда, лежавшие у нее на спине, напряглись.

— Я хочу, — прошептала Катриона, оторвавшись от его губ, — чтобы ты сказал мне, что тебе нравится.

— Что мне нравится? — проворковал он прямо в ее ухо. — Мне нравится, сладкая моя колдунья, ощущать тебя вокруг себя, жаркую и влажную.

— Хм, да. А до этого? — настаивала она. — Вот так тебе нравится? — Она лизнула плоский сосок. И почувствовала, как он вздрогнул.

— Очень мило. — Слова прозвучали чуточку напряженно.

— Отлично.

Она съехала ниже, лаская его всем телом, покрывая поцелуями его грудь и тугие мускулы живота. Тело Ричарда окаменело, по мышцам пробегала дрожь.

— Катриона? — В его голосе прозвучало потрясение. Но Катриона была слишком занята, чтобы ответить. Он терпел эту пытку еще пару утонченно мучительных минут, прежде чем понял, что даже его выдержка имеет предел.

— Катриона… — Он стремительно приподнялся, сбросив одеяла, в которых они больше не нуждались, раскалившись от внутреннего тепла.

Она округлила глаза, изображая удивление.

— Я всего лишь пытаюсь доставить тебе удовольствие.

Ричард покачал головой. Несмотря на скудное освещение, он видел лукавую усмешку на ее губах.

— Ты доставляешь мне удовольствие каждый раз, когда принимаешь в себя, колдунья… Вот, — заявил он через некоторое время глубоким, хотя и несколько ослабевшим голосом, — что мне доставляет наибольшее удовольствие.

Катриона хмыкнула.

Когда они перешли на свой обычный медленный ритм, он приоткрыл отяжелевшие веки. Маленькие руки жены упирались в его грудь, на губах играла сладострастная улыбка. Она не сводила глаз с его лица, оценивая его реакцию.

Ричард с трудом сдержал хищную ухмылку. Он был благословлен и знал это.

— Если ты действительно хочешь доставить мне удовольствие, единственное, что от тебя требуется, — это приходить ко мне обнаженной, с распущенными волосами.

Как сейчас. Словно роскошная корона, они венчали ее голову, растекаясь огненной мантией по белоснежным плечам и гибкой спине. Ричард обожал ее волосы.

Катриона кивнула, блеснув глазами.

— Еще какие-нибудь пожелания?

— Только одно. Перестань сдерживать крики и стоны. Она недовольно хмыкнула.

— Легко тебе говорить, но если кто-нибудь меня услышит, — она бросила на него многозначительный взгляд, — то, знаешь ли, сразу все поймет.

Ричард усмехнулся:

— Знаю. Именно поэтому я хочу слышать эти очаровательные звуки — как доказательство того, что не зря стараюсь. — Она закрыла глаза и прикусила губу, не сдержав стона. — Вот так. Ты не представляешь себе, как я ценю твои страстные стоны. Я считаю их своего рода трофеями, наградой за доставленное тебе наслаждение. — Спустя мгновение он добавил: — Как иначе я пойму, что попал в яблочко?

— Ты всегда попадаешь в яблочко, — томно возразила Катриона, не в силах поднять веки. — И всегда доставляешь мне такое удовольствие, что я забываю обо всем на свете.

— Возможно, но мне хотелось бы удостовериться.

— Так и быть. — Катриона прильнула к его жаждущим губам. — Я попытаюсь.

Это оказалось совсем не сложно, учитывая то обстоятельство, что на много миль вокруг не было ни души, которая могла бы слышать ее крики. Воспользовавшись этим, Ричард насладился ее раскованностью во всей полноте.

Этой ночью он добыл немало трофеев.

Из-за развившейся у Ричарда привязанности к хижине пастуха они добрались до дома Алгарии только во второй половине дня.

Очевидно, она заметила их издалека и, когда они подъехали, стояла на пороге, скрестив руки на груди. Встретив взгляд Катрионы, она медленно поклонилась и, повернувшись, скрылась в доме, оставив дверь открытой.

Ричард спешился и, взяв жену за талию, опустил на землю.

— Не забывай о своем обещании.

Он поморщился:

— Не волнуйся. Я твоя правая рука, твой защитник. И не намерен действовать вопреки твоей воле. — Он сделал приглашающий жест в сторону двери.

Катриона глубоко вздохнула и, постаравшись взять себя в руки, вошла.

В домике было две комнаты — наверху и внизу, а также расположенная в пристройке кухня и маленькая конюшня, прилепившаяся сбоку. Помедлив на пороге, чтобы привыкнуть к тусклому освещению, Катриона огляделась и увидела покаянную фигуру своей бывшей наставницы, которая молча стояла перед очагом, понурив голову и сцепив руки.

Тень Ричарда на мгновение заслонила дверной проем, и Катриона ощутила его присутствие за своей спиной.

— Алгария… — начала она.

— Если ты любишь меня, позволь мне сказать. — Алгария подняла голову. Она посмотрела на Ричарда, безмолвно стоявшего рядом с женой, затем перевела взгляд на Катриону. — Теперь я знаю, что поступила скверно, но тогда мне казалось, что этого требует от меня Госпожа. Однако я неправильно истолковала ее знамения и глубоко сожалею, что причинила столько боли и страданий. — Она перевела дыхание и, не сводя глаз с Катрионы, крепче стиснула руки. — Я готова принять любое твое решение. Единственное, о чем я прошу, — это понять меня.

Она смиренно склонила голову.

Помолчав, Катриона спросила:

— Что заставило тебя осознать свою ошибку?

Алгария подняла глаза. Ее взгляд, обращенный на Ричарда, едва ли можно было назвать ласковым, но в нем читалось явное уважение, которого не было раньше.

— Он выжил. — Она посмотрела на Катриону. — Ты же знаешь, сколько аконита я добавила в его чашку… Даже твое вмешательство не могло спасти его. Тем не менее он выжил. Намерения Госпожи очевидны. Она не могла выразить их яснее.

Катриона кивнула:

— Ты права. Понадобилось немало времени, чтобы он поправился, и каждый день, который ему удалось продержаться, казался чудом.

Алгария снова склонила голову.

— Нет сомнений: Госпожа желает, чтобы он оставался твоим супругом. Мое заблуждение очевидно. — Она посмотрела на Катриону в упор. — Я искренне раскаиваюсь и готова понести любое наказание.

— Но почему? — спросила Катриона. — Почему ты решила, что необходимо устранить Ричарда, хотя знала, что действуешь против моей воли?

Алгария поморщилась. Во взгляде, который она бросила на Ричарда, сквозило чувство вины.

— Потому что считала его виновным в пожаре.

— Что? — Катриона почувствовала, как Ричард шевельнулся за ее спиной, но, верный своему слову, промолчал. — Он же был в Карлайле, когда начался пожар.

Алгария подняла руку.

— Вскоре после пожара я встретила старого Ройса. День выдался погожий, и он выбрался из дома погреть косточки на солнце. Несмотря на уединенный образ жизни, он любит поболтать. Он сидел на камне и разглагольствовал, а я слушала.

Он говорил о пожаре. Сам он ничего не видел — даже, дыма, — но наслушался рассказов очевидцев. В тот день он заходил в замок за костями для супа и, возвращаясь домой, приметил высокого темноволосого мужчину верхом на темной лошади. Дело шло к вечеру. Незнакомец привязал лошадь к дереву и, вытащив что-то из седельной сумки, зашел за кузницу. Ройс нашел его поведение странным… — Лицо Алгарии помрачнело. — Он принял того джентльмена за вас. — Она помолчала, встретив недрогнувший взгляд Ричарда. — Он не знал ни точного времени пожара, ни того, что вас не было в замке. В отличие от меня.

— И вы решили, что это был я?

Алгария кивнула:

— Я решила, что, желая крепче привязать к себе Катриону, вы вернулись раньше, подожгли дом кузнеца и, дождавшись, когда пожар наберет силу, явились в образе спасителя. — Она поджала губы. — Если таков был ваш замысел, то, судя по дальнейшим событиям, он удался.

72
{"b":"18132","o":1}