ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Бет нахмурила брови.

— Значит, ты не станешь укладывать мои волосы и делать мне макияж? — спросила она.

— Ничего подобного. В восемь часов, как договорились.

Девочка выпустила руку Холли.

— Отлично! — просияв, воскликнула Бет.

— Мы с тобой будем сообщниками в преступлении, — заговорщицки прошептала Холли.

— Каком преступлении? — раздался зычный голос позади нее. — Будете воровать конфеты?

Холли оглянулась и робко улыбнулась Линку.

— Не спрашивай, если не хочешь снова поссориться, — предупредила она.

— Я и в прошлый раз не хотел ссориться. Уверен, и сейчас не дойдет до драки.

Зевая, Линк взъерошил густые волосы. Следы усталости на его лице тронули сердце Холли. Она поднялась на цыпочки и нежно поцеловала его в губы.

— Тогда мир, — сказала она. — Я и сама чувствую себя не слишком бодрой.

Он обнял ее.

— Плохо спала?

— Угу.

— Вот что происходит, когда спишь одна, — прошептал он, чтобы не услышала Бет.

С противоположной стороны двора Холли окликнул официант. Она сделала вид, что не услышала его. Мужчина быстрой, решительной походкой направился к ней.

— Какой кошмар, — простонала она. — Прицепился как банный лист.

— Не волнуйся, я разберусь, — сказала Бет, устремляясь навстречу мужчине.

— Наверное, опять будет жаловаться на кухню, — предположила Холли. — На Ней, видишь ли, всего одна микроволновая печь.

— Если ему нужны две, прихватил бы свою собственную.

— Именно это я ему и сказала.

— Видимо, хочет услышать это еще раз. От самих Маккензи!

Бет с несвойственным ее возрасту самообладанием и решительностью вступила в переговоры с официантом.

Линк взял Холли за руку и потянул к дому. Они на цыпочках, оглядываясь, чтобы не попасться на глаза гостям и рабочим, прошли через кухню и поднялись по ступенькам наверх.

Линк отключил телефон в гостиной, вошел в свою спальню и закрыл дверь. Затем сладко потянулся, прогнув спину, и начал медленно расстегивать рубашку. Линк поморщился, стягивая длинные рукава.

Холли вдруг ясно вспомнила грозу, сверкающую молнию и падающего с лошади Линка.

— Все еще болит? — спросила она.

— Немного. Танцовщица почему-то решила ожеребиться стоя.

— Да, плохо, конечно, что ты говоришь по-английски, а не по лошадиному. Тогда бы все как следует объяснил ей.

Усмехнувшись, Линк снова потянулся.

— В конце концов она все же легла, — сказал он, — поняла, что к чему, и мне уже было легче.

Холли посмотрела на его усталое лицо.

«Сейчас не время представлять ему Шаннон, — огорченно подумала она. — Линк слишком устал, чтобы вникнуть в суть дела».

Но он непременно должен сделать это, если хочет, чтобы у них было будущее.

— Тебя нужно хорошенько растереть, — сказала Холли.

— Как лошадь, да?

— К счастью, ты поменьше.

— Но намного больше новорожденного жеребенка, — улыбнулся Линк.

Смеясь, Холли прошла мимо Линка в ванную и вернулась, держа в руках душистое масло, которым сама пользовалась после душа.

— После ополоснешься в душе, — сказала она, — а теперь просто ложись и нюхай.

Линк потянул носом, когда Холли приблизилась к нему.

— Пахнет свежестью и чистотой, как от тебя. С тихим вздохом он лег лицом вниз посреди огромной кровати. Холли пришлось забраться на нее и сесть на Линка верхом.

Она поерзала, устраиваясь поудобнее, согрела в руке немного масла и принялась массировать вверх от поясницы длинные, упругие мышцы спины.

Холли налегала изо всех сил, стараясь как следует размять напряженные, почти каменные мускулы.

Линк застонал.

— Слишком сильно? — встревожилась Холли.

— Слишком хорошо. Кто тебя научил этому?

— Мой учитель балета. Нам часто приходилось растягивать мышцы, и он учил нас делать самомассаж.

Некоторое время она работала молча, любуясь сильными линиями его спины с гибкими и мощными мышцами. Линк был сложен как профессиональный пловец.

Холли осторожно положила локоть на особенно заметное сплетение мышц на его спине и начала разминать, постепенно увеличивая давление.

Линк снова застонал, но не от боли — от удовольствия.

Холли согрела еще немного масла и принялась массировать плечи и руки до кончиков пальцев.

Вздохи и бессвязное бормотание Линка очень забавляли ее. Она была рада, что доставляет ему удовольствие.

Постепенно у нее начали ныть руки и запястья, но она не обращала на это внимания. Удовольствие от прикосновения к его телу оказывало на нее поистине гипнотическое действие.

До сих пор ни один мужчина не казался Холли красивым. Многих она считала привлекательными, многих — приятными, особенно в модельном бизнесе. Но красивыми — никогда.

Пожалуй, о Линке единственном она могла с уверенностью сказать, что он красив, как природа, которая всегда так манила ее. Его красоту можно было сравнить с суровой красотой гор, пустыни, бушующих гроз.

Напряженное сильное тело постепенно расслабилось под ее пальцами, но Холли все не унималась, продолжая массировать Линка. Наконец она вздохнула, несколько раз сжала и разжала ладони, встряхнула кисти рук и принялась за его ноги.

Через мгновение Холли раздраженно фыркнула. Толстая джинсовая ткань была не только неприятна на ощупь, но и существенно мешала делать массаж.

— Ты спишь? — прошептала она.

Спина Линка дрогнула от беззвучного смеха.

— Не совсем, малышка.

— Если у человека сильно напряжены мышцы спины, значит, то же происходит и с мышцами бедер и ног, — заявила она.

— И что же из этого следует? Холли поднялась.

— Из этого следует, что тебе придется снять джинсы. Только и всего.

Линк перевернулся на бок, подпер рукой голову и посмотрел на Холли.

— Если я сниму джинсы, — сказал он, — вряд ли ты сможешь помассировать мне ноги.

— Не сомневайся, смогу, — улыбнулась Холли. — Доверься мне.

Линк лег на спину, потянулся, наблюдая за девушкой из-под полуприкрытых ресниц, и вдруг молниеносно схватил ее.

Прежде чем Холли успела сообразить, что произошло, она уже лежала на Линке. Он плотно обвил ногами ее лодыжки, не давая пошевелиться. Она чувствовала его тепло, чувствовала, как он возбужден.

— Сейчас я не могу довериться даже себе самому, — сказал он. — Ты сводишь меня с ума.

* * *

Холли открыла рот, чтобы ответить, но не смогла. Линк запечатлел на ее губах поцелуй, от которого у нее перехватило дыхание. Сладостное блаженство разлилось по всему телу.

Она не сопротивлялась, а отдалась пьянящей страсти с той же щедростью, с которой дождь изливает свою благодатную влагу на изнывающую от засухи пустыню.

Язык Линка медленно скользил внутри ее рта, прошелся по краешкам зубов, повторив их ровную линию, и принялся ласкать нежные губы.

Из груди Линка вырвался стон.

— Каждый раз, когда я смотрю на тебя, я хочу тебя все сильнее, — нехотя отрываясь от сладостных губ, прошептал он. — Будь это не ты, я бы не на шутку испугался, что это со мной.

Холли почувствовала, как ноющая боль внизу живота перерастает в горячие пульсирующие волны, растекающиеся по всему телу. Невольно подчиняясь внезапно охватившему желанию, она страстно прижалась к Линку бедрами.

— Я чувствую то же, что и ты, — прошептала она. — Всегда чувствовала, всегда мечтала о тебе, Линк.

Она припала губами к его рту, медленно лаская его языком. Пальцы Линка нырнули под блузку, поймали возбужденные кончики грудей и нежно массировали их. Девушка выгнулась и стонала от желания и восторга.

Линк внезапно обнял ее обеими руками за спину, еще сильнее прижимая к себе, потом обхватил бедра и пылко прильнул к ним возбужденной плотью.

Холли изнывала от вожделения, сладостные и мучительные эмоции захлестывали ее. Теряя голову, она вцепилась ногтями в его плечи.

— Я хочу, чтобы ты ласкал меня везде. Пусть на моем теле не останется ни единого уголка, которого бы не коснулись твои нежные губы, — осипшим от возбуждения голосом бормотала она. — Я сама хочу ласкать тебя везде.

29
{"b":"18138","o":1}