ЛитМир - Электронная Библиотека

На мгновение Хок даже пожалел Энджел, пойманную в сети этим очаровательным парнем, но затем на губах его появилось некое подобие улыбки. Очарование Дерри было неподдельным, он излучал его, как солнце излучает тепло, и оно привлекало к нему людей. Хок никогда не видел, чтобы Дерри солгал или обманул кого-то. Обаяние Дерри было столь же естественным, сколь естественны десять пальцев на руках и ногах. Женщины с их лживостью еще не успели испортить Дерри, и он, Хок, постарается, чтобы этого и впредь не случилось.

— Я не спешу, — сказал Хок. — Пока Энджел не уверится, что ты в состоянии сам о себе позаботиться, она не сможет с легким сердцем отвлечься на эту работу.

Энджел резко подняла голову:

— О чем вы говорите?

Дерри взглянул на нее и наморщил лоб, пытаясь собраться с мыслями.

— Надо… показать Хоку, — удалось наконец ему выговорить. — Я… не смогу…

Энджел перевела взгляд на Хока.

— Ты понимаешь, о чем он говорит? — удивленно и немного взволнованно спросила она.

Слова Энджел то появлялись, то исчезали на границе затуманенного лекарством сознания Дерри. Он хотел дать ей понять, насколько важно помочь Хоку, но язык не слушался его.

Дерри осознал вдруг, каким беспомощным сделало его лекарство, и в панике попытался преодолеть его действие.

— Энджи!

Энджел почувствовала, как напряглись его мышцы. И тут же вспомнила свое собственное ощущение беспомощности три года назад в больнице. Уколы снотворного погружали ее во мрак, лишали даже возможности кричать.

Закованная в барбитуратовые цепи, она кричала тогда только во сне.

— Не сопротивляйся, — как можно тверже проговорила Энджел. — Ты слышишь меня, Дерри? Не сопротивляйся. Пусть все идет своим чередом. Все в порядке.

— Не могу… Хок…

— Я позабочусь о Хоке, — мгновенно ответила Энджел. — Не волнуйся, Дерри. Я рядом.

Она гладила его лоб и щеки, страстно желая, чтобы Дерри успокоился.

— Все в порядке. Спи, Дерри. Я рядом.

Дерри минуту внимательно смотрел на нее. Затем глубоко вздохнул, медленно кивнул и расслабился; и только тут Энджел осознала, что Хок держит Дерри за плечи и что без него она не смогла бы помешать Дерри встать.

— Спасибо, — тихо сказала Энджел. — Дерри понял, что лекарство сильнее его, а это очень неприятный момент. Беспомощность всегда пугает.

Пальцы Энджел сжались, когда она снова вспомнила свои переживания трехлетней давности.

Хок заметил это, не раздумывая взял ее руку в свою и легонько раскрыл кулачок.

— В Дерри силы не меньше, чем обаяния, — сказал он, нежно поглаживая пальцы Энджел.

Она немного успокоилась, но тут же вздрогнула, ощутив, какая горячая у Хока кожа. И внезапно почувствовала себя такой беззащитной, словно стоит нагая на ледяном ветру.

Резко выдернув руку, она вновь принялась гладить волосы Дерри, хотя теперь это скорее успокаивало ее, а не Дерри.

Хок молча, не отрываясь, смотрел на руки Энджел, на волосы, блестевшие от солнца, а главное — на то, как медленно поднимается и опускается под черным шелком ее грудь.

Стремление обладать этой женщиной казалось Хоку естественным, но неожиданно возникшее желание успокоить ее привело его в смущение.

«Чем быстрее я уложу ее в постель, тем лучше. Я еще никогда не видел актрисы, которая так легко и убедительно изображала бы и силу, и невинность. Но в постели игра исчезнет, и я освобожусь от лжи ее и от чар».

— О чем говорил Дерри? — спросила Энджел после нескольких минут молчания.

— Ты имеешь в виду «великое путешествие»?

Не отрывая глаз от Дерри, Энджел кивнула, отчего ее волосы разметались по плечам.

Как хотелось бы Хоку намотать сейчас эти пряди на палец, а потом медленно выпустить их, позволяя нежным, шелковым нитям ласкать чувствительную кожу между пальцами.

— Я ни разу не был на Северо-Западе, — сказал он, — и, честно говоря, ничего не знаю об этом районе. Прежде чем начать здесь строительство, я должен быть уверен, что мне есть что предложить покупателям, кроме роскошных коттеджей и не менее роскошного оздоровительного комплекса.

Энджел молча слушала, с трудом заставляя себя выглядеть спокойной и равнодушной. Когда она думала о предстоящем расставании с Игл-Хед, ей хотелось плакать, кричать, молить Хока, чтобы он отказался от сделки.

Однако только продажа участка земли позволит Дерри оплатить восемь лет обучения и практики и стать хирургом.

Она не будет препятствовать этому, как бы она ни любила Игл-Хед, Дерри она любит больше.

— Вот здесь-то ты мне и понадобишься. — Голос Хока был таким же невыразительным, как и его глаза. — Ты станешь моим проводником.

— Что?! — Энджел не верила своим ушам.

— В нынешнем своем состоянии Дерри с трудом залезет в машину, не говоря уж о лодке, — как ни в чем не бывало продолжал Хок. — Прогулка по пляжу, а тем более спуск по тропинке через скалы для него сейчас невозможны.

Энджел молчала.

— Дерри обещал, что ты мне поможешь. — Хок внимательно наблюдал за ней. — Он сказал, что рыбачишь ты лучше многих мужчин в округе, готовить умеешь, как шеф-повар из парижского ресторана, и знаешь все красивые места в радиусе ста миль вокруг.

— Он преувеличивает.

— Тебе виднее. — Хок пожал плечами.

Энджел не сводила глаз с Дерри.

— Ты же понимаешь, — холодно добавил Хок, — что я не стану покупать кота в мешке. Не будет осмотра достопримечательностей, не будет сделки. Прости, но жизнь жестока, в ней нет места благотворительности.

Хок следил, как Энджел медленно осознает всю значимость только что сказанных слов: не будет поездки, не будет продажи. И не будет денег за ее долю земли.

Дерри сам рассказал Хоку, что Энджел владеет двадцатью пятью процентами территории Игл-Хед. Хок решил, что это вознаграждение она получила от Дерри за оказанные ему «услуги».

За право находиться в ее компании надо платить. Четвертая часть перспективного земельного участка — неплохая оплата за трехлетнюю «работу». А иначе как бы еще Энджел могла позволить себе бездельничать три месяца в году?

Энджел не замечала циничного взгляда Хока. Она смотрела на Дерри и видела на его лице следы боли и бессонных ночей. Хотя Дерри и выглядел очень молодо, ей-то было известно, что юность его закончилась в ту памятную ночь три года назад. Она глубоко вздохнула.

«Дерри, должно быть, очень полюбил Хока, если обещал, что я стану его проводником. Видимо, он, как и я, почувствовал одиночество Хока за его уверенными и грубыми манерами. Хок одинок, как ястреб, оседлавший холодный ветер, и, как он, неукротим. Загорелый, сильный, изящный, так и сверлит тебя глазами насквозь».

Рука Энджел на мгновение замерла над головой Дерри.

«А почему бы и не показать Хоку прелести тихоокеанского Северо-Запада? Я же все равно проведу лето в странствиях по острову Ванкувер. Та что совсем несложно взять его с собой и таким образом помочь Дерри осуществить свою мечту».

Энджел взглянула на Хока, не сомневаясь, что он наблюдает за ней.

— Как долго понадобятся мои услуги?

Уголки рта Хока опустились в циничной усмешке.

«Не дольше, чем на ночь или две, могу поспорить».

Но эти слова так и остались у него в голове. Когда он заговорил, его голос был спокойным и равнодушным.

— Максимум шесть недель. Только на это время я могу позволить себе забросить дела, а потом меня ждут другие сделки с землей.

Хок нахмурился. Через шесть недель станет ясен результат этих его многочисленных сделок: либо они вдвое увеличат его состояние, либо заставят начинать все заново.

В любом случае это будет захватывающе. Для Хока имел значение только азарт. Адреналин, а не деньги. С тех пор как он бросил карьеру гонщика, он уже несколько раз обретал и терял крупные суммы, хотя, как и в гонках, предпочитал выигрывать, а не попадать в аварию.

Однако и при победе, и при поражении все равно в кровь поступает адреналин. Преследование цели, а затем последний, сокрушительный удар: бесконечный цикл, возбуждающий и доказывающий тебе, что ты жив.

7
{"b":"18139","o":1}