ЛитМир - Электронная Библиотека

– Точно, – ответил Уокер.

– Тогда как ты можешь их отличить?

– С помощью микроскопа. У искусственных рубинов искривленные линии, и они покрыты крошечными газовыми пузырьками вытянутой формы, а не округлой. Этот камень прошел через сито и каменные жернова вместе с другими прекрасными и не слишком качественными камнями.

– Так ты покупаешь их? – спросил Арчер.

– Да. Это называется набираться опыта. В первые годы, когда я работал в торговле рубинами, у меня было много таких, так что в моем арсенале целая коллекция фальшивок. Я стараюсь больше не пополнять ее, – сказал он невозмутимо.

Улыбаясь, Фейт перебирала камешки.

– Этот тяжеловат для такого размера, – заметила Фейт.

– Как золото, – согласился Уокер. – Именно поэтому рубины погружаются на дно рек. Когда реки со временем меняют русло в джунглях, галечник остается на своем месте. Он прячется под тройным пологом растительности в ожидании отчаянного человека, который, рискуя своей задницей, достанет их.

Фейт уставилась на грубые камешки в руке Уокера.

– Это, кажется, хороший экземпляр, – сказал Арчер. Он поднял со стола красный кристалл размером с его большой палец. – Цвет неплох.

– Афганистан. Из шахты по добыче твердых пород. Сам камень не так хорош. Слишком много пороков и трещин. Строго говоря, материал для низкосортных украшений. В таких шахтах есть кое-что и получше, но чертовски мало.

Фейт смотрела на камень уже по-новому, с интересом, представляя, что бы она могла сделать с ним. Ей нравилась его огранка: она придавала любому камню атласный блеск, независимо от его ценности.

– Ты прав, – согласился Уокер. – Цвет этого камня хорош. Жалко, что в афганских шахтах добывают так мало прозрачных камней. А большинство из них не слишком хороши: чересчур оранжевые.

Во время этого разговора в голове Фейт мелькали варианты дизайнерских решений. Уокер «прошелся» по каждому «сырому» камешку, объясняя его происхождение. Кения, Шри-Ланка, Камбоджа, Бирма, Индия, Бразилия, Афганистан, Таиланд; он легко давал им характеристику, сравнивал с легендарными драгоценными камнями «голубиной крови» из Бирмы. Для наглядности Уокер положил ограненный и отполированный вариант рубина из каждой страны рядом с «сырым». Затем он добавил к ним один из плохо ограненных бирманских рубинов Фейт. Свет от него, казалось, заполнял все. Арчер чуть не ахнул.

– Это похоже на разницу между окрашенным жемчугом акойя и прекрасным натуральным из южных морей. Как только увидишь настоящую вещь – ты пропал.

Фейт со вздохом согласилась.

– В мире нет рубинов, которые могли бы сравниться с камнем Монтегю, – сказала она.

– Что? – спросил Уокер.

– Все, ты сделал свое дело. Для меня больше не существует других рубинов.

Он медленно растягивал свои губы в улыбку.

– Если все сработает, ты увидишь в Саванне немало такой красоты. Я уверен, что твой брат даст тебе хорошую цену.

– О'кей, – сказал Арчер. – Я застрахую тринадцать рубинов Монтегю на миллион долларов при одном условии – ты поедешь с Фейт в Саванну и разузнаешь, можно ли совершить какие-нибудь сделки по фамильным драгоценностям с ее друзьями.

Слова брата отвлекли Фейт от невероятной красоты рубина.

– Мне не нужен Уокер, ему незачем ехать со мной в Саванну. Я могу…

– Если ты хочешь, чтобы я застраховал эти рубины, – отрезал Арчер, не отрывая глаз от горстки камней на бумаге, – ты поедешь с Уокером и будешь делать все, чтобы ему помочь.

Во всяком другом случае она начала бы неистово спорить. Но сейчас она хорошо понимала ситуацию. Ей нужно застраховать камни, а Арчер был единственный, кто мог сделать это достаточно быстро"

– Прекрасно, – процедила она сквозь зубы. Через три секунды дверь офиса за ней закрылась. Мягко. Слишком мягко.

Уокер присвистнул.

– Переживет, – сказал Арчер.

– Тебе легко говорить. А мне быть с ней всю следующую неделю, а то и две.

– Удачи тебе, Уокер. Тебе она понадобится, – усмехнулся Арчер.

Глава 8

Уокер сидел перед своим компьютером. В руке он держал пиццу, с которой капал жир, ледяная бутылка пива стояла рядом с клавиатурой. Уже в который раз он пробегал глазами по списку украденных рубинов. Ничего не изменилось. Ничего не добавилось.

Нет никаких запросов о пропавших рубинах в двадцать каратов с могольской надписью, с текстом светского содержания.

Нахмурившись, он отпил пива. Потом зашел на другой сайг. Он просматривал всю xушь, помещенную в нем, пока не наткнулся на кусок текста, в котором содержался пересказ более или менее похожих на правду легенд о драгоценных камнях. Уокер включил поисковую систему на слова «рубин» и «гравированный». Ответы на запрос были на хинди, арабском, китайском и русском языках, но ни на одном из них Уокер не читал. Он заложил всю пришедшую информацию в свои самые лучшие переводческие программы и прочитал это все на английском.

Казалось, все хотят удовлетворить своего потенциального клиента. Предлагались большие кроваво-красные безупречные камни, некоторые имели солидные оценочные документы, с детальным описанием размера, цвета, чистоты и места происхождения. Одни камни находились в общественных коллекциях, другие – в анонимных частных.

Уокер еще выпил пива и пробежался по переводам других объявлений и предложений. Некоторые были смешные, некоторые совершенно непостижимые, но во всех содержалось достаточно информации, которая ему была нужна. Во многих файлах были даже рисунки, такие же причудливые, как сами легенды.

Он нашел на этом сайте объявления только о двух рубинах, на которых были надписи времен Моголов. Один из них был подходящего размера и назывался «Сердце полуночи».

Он только что видел это название на какой-то странице с легендами и мифами. Уокер стал искать его, пока не нашел упоминания о нем:

"Как гласит легенда, «Сердце полуночи» впервые появилось при дворе могольского императора в шестнадцатом веке. У одной из его дочерей был тайный возлюбленный, который приходил к ней в полночь, под покровом темноты, когда она была одна. Через какое-то время девушка, сердитая на него за то, что он не может открыться, согласилась выйти замуж за принца из далекой страны. Следующей ночью ее возлюбленный явился к ней, но уже во сне. Он был мертв. У него было вырезано сердце.

Принцесса умерла в ту же ночь. Кроваво-красный рубин размером с кулак младенца лежал в ее холодной руке. На нем была надпись: Берегись «Сердца полуночи».

Этот камень, окутанный легендами о любви, смерти и таинственном огне, свойственном только самым прекрасным рубинам, был привезен Екатерине I в подарок от Петра Великого. Никаких рисунков и изображений этого камня, как известно, не существует. С семнадцатого столетия, когда он стал частью российской императорской коллекции, нет ни одного упоминания о нем, хотя, несомненно, многие особы царской крови надевали этот драгоценный камень по торжественным случаям.

В отношении этого камня существовало страшное пророчество, которое сулило беду всякому, кто посмеет им обладать. Возможно, именно поэтому рубин лишился любви русского двора".

Уокер долго не отрывался от экрана компьютера, спрашивая себя, кто и почему послал Иванова искать этот камень из легенды в ювелирный магазин Фейт.

На другой стороне улицы Иван Иванович Иванов, одетый в потертую одежду, которую он купил в благотворительном магазине, подошел к пьяному сиэтлскому бездомному, который прятался от ветра в дверной нише.

– Двигай отсюда, – прохрипел русский. – Я тут сяду.

– Да пошел ты в задницу! – ответил ему нищий. – Я первый занял. – Он поднял кулак, его рука, обернутая тряпьем, дрожала. Все деньги, которые нищий выпрашивал у прохожих, он тратил на выпивку, вместо того чтобы купить себе перчатки.

Иванов подошел к нему и схватил за горло. От нищего отвратительно пахло дешевым вином. Иванов плотно сжал губы, всаживая длинное, узкое лезвие ножа ему между ребер. Острие лезвия коснулось сердца. Русский провернул нож, всаживая его поглубже. Нищий задыхался. Ни капли крови не упало на землю, но рана была смертельной. Тело нищего упало бы на бетон, если б не сильные руки Иванова, которые держали его вертикально.

16
{"b":"18145","o":1}