ЛитМир - Электронная Библиотека

— В бассейн, быстро! — изо всех сил закричала Шелли.

Но Кейн, казалось, и вовсе ее не слышал. На нем был тяжелый водительский шлем, черное его забрало было опущено — пластик местами был расплавлен, на поверхности появились вмятины и трещины. Одной рукой хватая Толкушу за загривок, а другой — Шелли за талию, Кейн устремился к внутреннему дворику ее дома.

Дышать становилось все труднее — горячий, почти раскаленный воздух был здесь к тому же насыщен водяными испарениями. Это продолжала сочиться вода из дождевального разбрызгивателя. Но блузка на Шелли была сухой — настолько, что, казалось ей, еще немного, и огонь взберется вверх по ее телу, сзади…

Кейн, не обращая никакого внимания на царящий вокруг сумбур и хаос, пробирался по каменным плитам к бассейну. Не доходя — вернее, не добегая — до него нескольких шагов, он буквально бросил Шелли в воду недалеко от искусственного водопада. Через мгновение в воде оказалась и несчастная кошка, а потом и сам Кейн.

Шум падающей воды на какой-то миг заглушил треск и грохот разбушевавшегося пламени. Под водой Шелли открыла глаза: даже водяной мир теперь был какого-то странного, огненного цвета. Поймав за загривок скинутую в воду Толкушу, Шелли проплыла под водой до искусственного грота, над которым падали в воду струйки водопада. Рядом с ней плыл и Кейн, и плыл довольно быстро, несмотря на тяжелый шлем, огромные сапоги и кожаный жилет…

Осторожно, прекрасно помня о раскаленном, обжигающем воздухе, Шелли вынырнула на поверхность. Прозрачная легкая стена, образуемая струями искусственного водопада, защищала ее теперь от всего остального мира. Конечно, воздух в гроте был таким же жарким, почти раскаленным, однако здесь уже можно было дышать.

Казалось, огненный ураган понемногу проходил.

Кейн, поймав в воде измученную, извивающуюся изо всех сил кошку, вытащил ее и бросил на каменные плиты грота. Сейчас прежняя красавица Толкуша представляла собой, надо признаться, плачевное зрелище: мех намок, с него стекала вода, и вся кошка казалась несчастной и облезлой. Единственное, чего в ней прибавилось, — так это ярости. Едва почувствовав под собой твердую поверхность, Толкуша выгнулась и зашипела, как, впрочем, и полагается оскорбленным и униженным диким кошкам. А именно так должна была чувствовать она себя в тот момент… Изогнувшись, Толкуша бросилась на Кейна — ведь это он последний прикасался к ней!

Однако Кейн вполне мог предвидеть такую реакцию хищного зверя — он быстро спрятал за спину руку, на которую кинулась Толкуша. Другой рукой он расстегивал непослушную застежку шлема. Наконец он с наслаждением его скинул. Потом притянул к себе Шелли. Взволнованная, она почти не могла говорить и даже нисколько ему не сопротивлялась.

— Я не знаю, целовать мне тебя от радости, что ты жива, или задушить за все твои совершенно идиотские выходки… — Голос его был хриплым. — Но, клянусь тебе, если ты еще хоть раз сделаешь что-нибудь столь же глупое, я сам убью тебя…

И еще до того как она успела хоть что-нибудь ему ответить, он крепко поцеловал ее в губы. Она не сопротивлялась — в конце концов это было именно то, чего она хотела сейчас больше всего на свете.

Он был жив, как и она сама…

А она уже и не надеялась, что они когда-нибудь снова увидятся. Особенно после того, как мотоцикл Кейна скользнул в самую гущу бушующего пламени…

Когда она наконец хотела заговорить, вместо слов из горла ее вырвался кашель — дышать даже в гроте было все труднее и труднее, дым пробирался и сюда, проникая через защищающую их стену воды.

Кейн одним махом расстегнул воротник Шелли и сорвал с нее блузку. Разорвав ее на несколько полосок, он смочил одну из них и положил ей на рот.

Она обвязала влажную полоску ткани вокруг головы. Кейн в это время скидывал с себя тяжелые ботинки и кожаный жилет, на котором остались глубокие следы от когтей Толкуши.

Когда же он и сам закашлялся от дыма, настала очередь Шелли выручать его. Она быстро оторвала еще один кусок материи от того, что еще недавно было ее блузкой, и обвязала его вокруг головы Кейна. И как только она закончила — раздался оглушительный грохот. Во все стороны полетели искры огня, огненные струи, языки пламени… В первый момент Шелли даже не поняла, что произошло. И только потом, несколько мгновений спустя, поняла: это рухнула крыша ее дома!

«Все, чему я отдала столько лет своей жизни. Этого больше нет!» — с ужасающей ясностью осознала вдруг она.

В самом деле, она ведь отдала этому дому все, пожертвовала для него всем, включая и человека, которого любила больше всех на свете… И что в результате? Дои ее сгорел, а ее любимый человек едва не погиб, пытаясь спасти ее… Все, что ей осталось, — дымящиеся развалины… И больше ничего…

Кейн обнял Шелли и крепко держал — он знал, что сейчас ей необходимо почувствовать хоть какую-то надежность, защищенность. Словно она снова была маленькой, обиженной и брошенной девочкой… Но вот огонь уже понемногу отступал. Дышать постепенно становилось все легче, и дым уже не разъедал глаза. Тогда Кейн тихо обратился к Шелли:

— У тебя есть силы? Можешь сама держатся на ногах?

Ничего не говоря, она только кивнула.

Тогда Кейн нырнул в бассейн и выплыл с другой стороны водопада, чтобы посмотреть, можно ли показаться на поверхности.

То, что он увидел, поразило его. Огонь и в самом деле отступал, оставив после себя отвратительные руины. Все. Дома у Шелли больше не было. То, что еще оставалось от него, выглядело таким скукожвнямм и жалким, что и смотреть было тошно.

«Господи, все это — вся красота — теперь обращено в пепел, — с горечью подумал Кейн. — А ведь Шелли, несчастная, отдала этому столько тепла, столько любви…»

Он набрал в легкие воздуха и снова нырнул.

— Все, можно вылезать, — выныривая, обратился он к Шелли. — Там больше просто нечему гореть…

Она прикусила нижнюю губу и кивнула, все еще не в силах вымолвить ни слова. Хотя в конце концов этого ведь и следовало ожидать…

И все же, увидев дымящиеся развалины того, что когда-то было ее домом, она не выдержала. Слезы текли по ее обожженным щекам, оставляя грязные следы. Она беззвучно плакала.

Кейн нежно прикоснулся к ее щеке.

— Перестань, — хрипло произнес он. — Слезами горю не поможешь. Я построю тебе новый дом, клянусь. Чего бы мне это ни стоило. Каждый камень, доску, стекло — я сделаю для тебя все, Шелли. У тебя снова будет дом, обещаю…

Рыдания сотрясли все ее тело. У нее больше не было сил ни на что — даже на то, чтобы просто стоять рядом с ним.

— Поддержи меня, — прошептала она ему. — Пожалуйста, ничего больше не надо, только поддержи меня сейчас, а то я упаду…

Лежа на кровати в своей такой уютной теперь квартире, Кейн молча смотрел на Шелли, свернувшуюся рядом с ним. Она была бледна, и только красные пятна ожогов выделялись на ее лице, плечах и руках. Ему было бесконечно больно смотреть на нее сейчас — такую маленькую, беззащитную, беспомощную, словно вдруг осиротевшую. И каждый след ожога на бледной ее коже казался Кейну острым ударом ножа, вонзающегося прямо в его сердце.

Он погладил ее по волосам, нежно коснулся щеки, шеи, тоненькой линии губ…

«Прости меня, любовь моя… Пожалуйста, прости, — думал он. — Я не должен был тогда уходить, не должен был оставлять тебя одну. Умоляю тебя, если ты только можешь, прости меня…»

Он хотел было прикоснуться к ней, но побоялся, что разбудит, нарушит и без того хрупкий, незащищенный ее сон. Такой же незащищенный, как и она сама сейчас.

«Конечно, теперь она будет рядом со мной просто потому, что ей некуда больше идти, — сказал он сам себе. — И это ужасно… Ужасно для нас обоих. Как бы я не хотел, чтобы все было именно так…»

И все же, несмотря ни на что, он знал, что никогда больше не сможет оставить ее.

Шелли пошевелилась во сне. Все еще не просыпаясь, она потянулась к Кейну, прижимаясь, чтобы согреться его теплом…

И он сам прижался к ней, обнимая и вдыхая ее нежный запах. Нет, он, конечно, не мог знать, что будет, когда она проснется. Он не знал, как будет она на него смотреть, что скажет… Но одно он знал наверняка: просыпаться с ней было в тысячу раз лучше, чем начинать день в одиночестве.

80
{"b":"18146","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Только не разбивай сердце
Вся правда о гормонах и не только
ДНК. История генетической революции
Алмазная колесница
Тобол. Мало избранных
Viva la vagina. Хватит замалчивать скрытые возможности органа, который не принято называть
Как сделать, чтобы ребенок учился с удовольствием? Японские ответы на неразрешимые вопросы
Как бы ты поступил? Сам себе психолог
Сияние первой любви