ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Да…

Трепет пробежал по телу Шеннон. Она снова вскрикнула, когда Бич стал ласкать вторую ступню. Эта ее реакция вызвала ответный импульс в могучем теле Бича.

— Видишь, как много ты не знала о любви, — сказал Бич, глядя на Шеннон жадным взором. — О ее сладостном вкусе и потаенных точках, в которых рождается страсть. Я намерен изучить все такие точки у тебя, сладкая девочка. А когда мы устанем настолько, что будет трудно дышать, я засну, находясь в твоем теле, и проснусь, ощущая вкус твоего языка… И мы все начнем сначала — трогать и ласкать друг друга…

Многого из того, что говорил Бич, Шеннон не понимала, но это было и не важно. Чувственный блеск его глаз и ласковые прикосновения его широких ладоней говорили о том, что было самым главным в этот момент. Не важно, что Бич был таким огромным и сильным, не важно, что его сотрясало неукротимое желание, — ей было спокойно и безопасно с ним.

С любопытством глядя на Бича, она позволила ему расстегнуть ее рубашку и выпустить из заточения упругие груди. Соски превратились в твердые пирамидки еще до того, как Бич их коснулся. Это объяснялось, видимо, тем, что она прочла восхищение в подернутых дымкой глазах Бича. Его голова опустилась к грудям, он приоткрыл рот, и Шеннон в смущении ощутила, что он втянул сосок в рот.

— Бич…

Он издал нечленораздельный звук, выражающий, очевидно, вопрос, но маковку груди не выпустил изо рта. Его язык энергично двигался вокруг затвердевшего соска.

Ритмичные движения ртом посылали сладостные токи во все уголки девичьего тела. Пальцы ее зарылись в копну волос Бича и, казалось, хотели плотнее прижать его голову к груди. Она не могла ни дышать, ни думать, лишь ощущала движения его рта и твердость своих сосков, которые становились все тверже при каждом новом прикосновении языка.

Когда Бич оторвал от груди голову, Шеннон медленно извивалась под ним и тихонько постанывала. Он посмотрел на ее груди, упругие и влажно поблескивающие, и сделал протяжный, прерывистый вздох.

— Я трижды обошел весь свет, — хриплым шепотом проговорил Бич, — и не видел ничего более красивого и обольстительного, чем эти блестящие и гордые груди.

— Я… н-не знала, что так бывает, — пробормотала она.

— Тебя никто так не целовал?

Глядя удивленными, полными смятения глазами на Бича, Шеннон покачала головой.

— Это плохо, что я такая наивная? — шепотом спросила она.

— Нет, — решительно сказал Бич. — Учить тебя, видеть, как ты отвечаешь на ласки — это такое удовольствие, которого я никогда не испытывал.

Бич снова наклонился к Шеннон и снова преподал ей урок того, как можно получить удовольствие. Она поняла, что оно может расти и расти, пока не охватит все тело обжигающим пламенем страсти.

Бич негромко засмеялся и слегка отстранился от Шеннон.

— Еще не время, сладкая девочка. У нас в запасе еще много ласк и поцелуев.

Шеннон недоверчиво посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

Улыбнувшись, Бич легонько прикоснулся зубами сначала к одной груди, затем ко второй. После чего губами сжал бархатный твердый сосок.

Неизъяснимое удовольствие охватило Шеннон, вызвав у нее стон.

— Бич.

Хриплый голос Шеннон подействовал на него так, словно его лизнул язык пламени.

— Что?

— Я… н-не могу…

— Если могу я, можешь и ты.

— Но я не могу поцеловать тебя…

— Не сейчас. Я тоже хочу этого, но не сейчас. Потом я научу тебя, как заставить меня покрываться потом и содрогаться от желания.

Руки Бича двигались с проворством, которое, как и улыбка падшего ангела, было его неотъемлемой чертой. Шеннон почувствовала, как нижняя часть ее одежды соскальзывает по ее ногам вниз. На какой-то момент в ней пробудилось чувство стыдливости, но воспоминание об удовольствии, которое когда-то подарили ей эти большие и теплые руки, оказалось сильней.

— А сейчас все это испытаешь ты — будешь покрываться потом и содрогаться от желания.

Он стал медленно водить ладонями по внутренней поверхности ног, двигаясь от щиколотки вверх, до того места, где курчавился темно-каштановый треугольник. Руки его двигались, гладили округлые бедра, понуждая их с каждым разом все сильнее раздвигаться. Внезапно Бич замер, в тишине слышно было лишь его учащенное дыхание.

— Я думал, что нет ничего более прекрасного, чем твои груди, — сказал после паузы Бич, — Я ошибался.

Шеннон проследила за его взглядом и в смятении ахнула. Она лежала перед мужчиной совершенно нагая, с широко разведенными ногами, и ее самые интимные места были открыты его взору и прикосновениям. Она невольно дернулась, чтобы прикрыть себя, но обнаружила, что это было невозможно. Бич стоял на коленях между ее ног, удерживая обе ее руки одной своей.

— Теперь слишком поздно, сладкая девочка, — прохрипел он. — Ты пробудила во мне нечто такое, что не сумела ни одна другая женщина. Я не знаю, что это, но я твердо намерен это выяснить.

Бич погладил кончиками пальцев обольстительный цветок, который был открыт его взору. Шеннон задрожала и издала тихий стон.

— Скажи мне еще раз, что ты хочешь меня, — хрипло попросил Бич.

Говоря это, он стал раздвигать двумя пальцами набухшие, возбужденные лепестки, пытаясь отыскать внутри нектар.

— Да, — хриплым шепотом подтвердила Шеннон, приподнимаясь навстречу его руке. — Да!

— Сладкая девочка!.. Мне так приятно видеть, что ты испытываешь наслаждение.

Она хотела что-то сказать, но у нее стеснилось дыхание, поскольку она ощутила, что ласки Бича стали еще интенсивней. Его пальцы погрузились в глубину. Ощутить его в себе, хотя бы в такой незначительной степени — это было ни с чем не сравнимое чувство. Бисеринки пота выступили на ее теле, кожа покраснела и стала еще более чувствительной.

Но не было ничего чувствительнее горячей плоти, которую все разнообразнее ласкала мужская рука. Сладостные ощущения распространялись вширь и вглубь, проникали во все уголки тела, усиливались, росли, и неукротимое желание заставляло ее выгибаться и трепетать.

Шеннон стонала, приподнимала бедра, словно умоляя Бича еще глубже погрузиться в ее лоно.

Но ласки Бича, наоборот, стали потихоньку слабеть.

— Еще не время, — хрипло сказал он. — Ты еще не готова. Ты еще напряжена, сладкая девочка. А я не такой неумеха, как твой бывший муж. Мы подойдем к цели не спеша. Вот таким образом…

Шеннон застонала снова, ощутив давление на пылающую плоть и испытав сладостные ощущения, которые все возрастали и обещали достигнуть такой же кульминации, какую однажды уже подарили ей руки Бича. Она уже была близка к достижению сладостного пика, когда почувствовала, что рука покидает ее лоно, оставляя разочарованной и недоумевающей. Впрочем, через несколько минут рука снова вернулась к ноющей плоти, возобновив горячую ласку, обещая блаженство и даря муки ожидания.

Шеннон горячечно металась, умоляя его положить конец мукам. Бич закрыл глаза, спасаясь от пота, который выступил по всему телу. Казалось, это было выше его сил — видеть женскую наготу, касаться возбужденной плоти, слышать мольбы Шеннон — и не овладеть ею.

— Держись, сладкая девочка, — прохрипел он. — Еще немного. Еще чуть-чуть поглубже — и…

Бич оборвал фразу на полуслове, словно его ударили топором. Он уставился на Шеннон, в нем боролись гнев и изумление.

— Ты девственница.

Шеннон молча смотрела на Бича, явно не понимая, что явилось причиной его гнева.

Бич вскочил на ноги и встал перед Шеннон.

— Наивная, говоришь? Как бы не так! — выкрикнул он. — Ха! Ты такая наивная, как лиса, маленькая вдовушка! Ты решила, что я подарю тебе обручальное кольцо, если ты завлечешь меня и вынудишь лишить тебя девственности!..

Ошеломленная, дрожащая Шеннон поняла лишь одно: кульминации, которая была ей так необходима, не бывать. Ей хотелось зарыдать, застонать и броситься на Бича, но не хватало воздуха.

А Бич… Никогда еще за всю свою бродячую жизнь он не приходил в такое бешенство.

— Что за странный брак у тебя с этим старым охотником за людьми? — свирепо спросил Бич.

33
{"b":"18147","o":1}