ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Корона из звезд
Половинка
Смерть в белом халате
Я и мои 100 000 должников. Жизнь белого коллектора
Remodelista. Уютный дом. Простые и стильные идеи организации пространства
Создавая бестселлер. Шаг за шагом к захватывающему сюжету, сильной сцене и цельной композиции
Мертвый вор
Атлант расправил плечи
Эволюция: Битва за Утопию. Книга псионика
A
A

Девушка медленно открыла глаза. Вздох облегчения вырвался из груди Бича.

— Ты сейчас примешь великолепную теплую ванну, — проговорил Бич. — И перестанешь дрожать, и все будет чудесно… Ты поняла меня?

Шеннон еле заметно кивнула. Было слышно, как стучат ее зубы.

— Ну и молодец, сладкая девочка. Надо выгнать простуду, чтобы она не забралась внутрь.

Говоря это, Бич стащил с себя промокшие ботинки и одежду. А через несколько секунд он внес Шеннон в бассейн. Широкий каменный помост, который соорудил Молчаливый Джон, находился на такой глубине, что вода доходила Бичу до груди, а Шеннон, которую он придерживал обеими руками, — до подбородка. Живительная теплая влага бурлила вокруг Шеннон, возвращая ее к жизни.

При первом прикосновении вода показалась Бичу обжигающей, хотя он знал, что в этой части бассейна она горячей быть не должна: слишком велик был контраст между температурой воды и переохлажденной кожей.

— Ты как себя чувствуешь? — обеспокоенно спросил Бич. — Тебе не больно?

Шеннон отрицательно покачала головой.

Некоторое время было слышно лишь потрескивание фитиля в лампе да серебряное бульканье воды, омывающей иззябнувшие тела Бича и Шеннон. Бич обеими руками прижимал к себе Шеннон, чувствуя, как она дрожит.

Бич мог точно сказать, когда включился мозг Шеннон. Она все еще продолжала дрожать, но внезапно напряглась и попыталась отстраниться от Бича. Однако он не разжал объятий.

— К-крас-савчик, — пробормотала она.

— С Красавчиком все в полном порядке. Он чувствует себя гораздо лучше, чем ты. Нет необходимости выскакивать и бежать к нему. Ты все еще как сосулька. Оставайся в воде, пока окончательно не согреешься.

Шеннон не стала спорить. Говорить ей было трудно, и она лишь кивнула.

Но больше она не прижималась к Бичу. Она хорошо помнила, как он в прошлый раз оттолкнул ее, и не хотела снова оказаться в таком же положении. Это было бы слишком горько и больно.

А Бичу было приятно своим телом ощущать тело девушки, чувствовать легкое прикосновение шелковистых волос к своему плечу, когда Шеннон слегка покачивалась в воде.

Но стоило ему только обнять ее покрепче, как она напряглась и сделала попытку отодвинуться.

В конце концов тепло сделало благое дело, и Шеннон оттаяла. Тело ее обмякло и расслабилось.

Наступил момент, когда девушка вдруг поняла то, что Бич осознавал еще тогда, когда спускался с ней в бассейн: они оба были нагими.

— Отпусти меня, — отчужденным голосом сказала она.

— Ты ведь еще дрожишь.

И действительно, трепет прошел по ее телу, хотя он уже не имел никакого отношения к ознобу.

— Я чувствую с-себя х-хорошо, — прошептала Шеннон.

— Превосходно, — холодным тоном произнес Бич. — В таком случае ты можешь мне объяснить, какого дьявола тебя понесло на холод, когда следовало спокойно спать в тепле и в безопасности?

— Я пошла охотиться.

— Это я и сам вижу. Но зачем?

Шеннон подняла голову и в первый раз взглянула Бичу в глаза. Несмотря на внешнее спокойствие, чувствовалось, что он взбешен.

«Ничего нового, — подумала Шеннон. — Он бешеный с того момента, когда я сказала, что люблю его».

— А зачем люди вообще охотятся? — вопросом на вопрос ответила Шеннон.

— Неужто ты думаешь, что я такая скотина, что не обеспечу тебя олениной?

В сапфировых глазах Шеннон отразилось неподдельное изумление.

— Я так не думаю.

— Если бы я стал охотиться ради тебя, ты бы приняла от меня дичь?

— Да.

— В таком случае объясни, для чего ты отправилась на охоту? — допытывался Бич.

— Ты же не будешь все время за меня охотиться, поэтому я должна научиться обеспечивать себя.

— Ты гораздо лучше обеспечивала бы себя, если бы жила у Кэла и Вилли.

— Это ты так считаешь.

— А ты, конечно, так не считаешь.

— Не считаю, — подтвердила она. — И кроме того, я не могу оставить Чероки и Красавчика.

— Красавчика можно взять на ранчо.

— Чероки не пойдет.

— Откуда тебе знать?

— Это первое, о чем я спросила, когда вернулась.

Теперь пришла очередь Бича удивиться.

— Неужто ты спрашивала?

Шеннон молча кивнула.

— У меня было достаточно времени, чтобы поразмышлять о том, почему ты уехал таким расстроенным и сердитым, — сказала Шеннон. — Я решила, что надо вернуться, чтобы… затем попытаться жить не своей, а чужой жизнью.

Веки Бича дрогнули — он увидел боль в глазах Шеннон.

— Но я не смогла бы уйти отсюда, не позаботившись о Чероки.

Бич почувствовал внезапное облегчение. Он ослабил объятия, его губы коснулись волос Шеннон, но сделал это он легонько, и она скорее всего не заметила.

— Такой старик может сам себя обеспечивать еще много-много лет, — сказал Бич. — Он может выжить один, а ты не сможешь.

— Чушь, — отреагировала Шеннон. — Она долгое время сама о себе заботилась. Ей это по душе. И поэтому она намерена остаться.

— Она?

— Да, она. Чероки — женщина.

— Всемилостивый Боже! А ты уверена в этом?

Шеннон кивнула.

— Так что перестань обо мне беспокоиться, вечный странник, — вполголоса сказала Шеннон. — Женщина может прожить в одиночку даже здесь, в долине Эго.

— Нет! Ты не переживешь зиму одна, — бесстрастно проговорил Бич, словно речь шла о банальной и бесспорной истине.

— Я пережила прошлую зиму, пережила позапрошлую и позапозапрошлую, — возразила Шеннон.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Молчаливый Джон пропал три зимы назад.

Некоторое время Бич ошеломленно молчал. Затем тряхнул головой, словно его стукнули и он хотел прийти в себя.

— Ты три зимы жила одна?

— Да.

Бичу хотелось, чтобы все сказанное было не правдой, но душой он чувствовал, что Шеннон не лгала.

— Значит, Молчаливый Джон погиб, — пробормотал Бич.

Шеннон кивнула и закрыла глаза.

— Он погребен под оползнем в верховьях ручья.

— Откуда ты знаешь? — раздраженно спросил Бич.

— Уже на вторую зиму я предполагала, что он погиб.

— Но окончательно узнала не так давно… Чероки рассказала мне, что она прошла по следу пришедшего без хозяина Разорбека до свежего оползня, когда Молчаливый Джон не вернулся со своего участка.

— Стало быть, здесь тебя удерживает только твое упрямство, — сказал Бич.

— В жизни только и можно держаться на упрямстве, — устало проговорила Шеннон.

— И ты собираешься оставаться здесь.

Шеннон кивнула.

— Проклятие! — выругался Бич. — Ты хочешь связать меня по рукам и ногам!

— Нет! Я просто говорю…

— Как я могу оставить тебя, беспомощную и беззащитную, одну? — сурово спросил он, сверля Шеннон стальными глазами. — Я не могу, и ты прекрасно это знаешь! Ты рассчитываешь, что я…

— Я не беспомощная! — перебила его Шеннон. — И я ни в чем не рассчитываю на тебя! Я не нуждаюсь в тебе!

Буря эмоций охватила Бича, вызвав спазмы в горле, породив в нем глухой гнев. Холод и мучения, которые он недавно пережил, не шли ни в какое сравнение с леденящей пустотой, овладевшей им, когда он подумал о возможной гибели здесь Шеннон, могила которой будет никем не отмечена, как и могила Молчаливого Джона.

— Черта с два не нуждаешься! — прохрипел, сдерживая гнев, Бич. — Ты и сегодня едва не погибла.

Несколько секунд Шеннон смотрела на человека, который находился так близко от нее и в то же время был так бесконечно далек. Отсветы лампы золотили его волосы и придавали некую таинственность его холодным серым глазам. Она готова была многое отдать, чтобы увидеть свое отражение в его глазах, в его сердце и душе.

Она готова была продать душу, чтобы стать тем солнечным восходом, который позовет его… и услышит отклик.

— Да, — согласилась Шеннон. — Ну и что из этого? Звезды снова появятся вечером на небе, солнце, как всегда, завтра утром взойдет… Только и того, что я этого не увижу. — На лице ее появилась странная, чуть печальная улыбка. — Мало что изменится. Так же, как сейчас. Смотри.

57
{"b":"18147","o":1}