ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Я понимаю, что ее не назовешь шикарной, — медленно произнес Калеб, протягивая рубашку Виллоу. — Но вы будете чувствовать себя спокойнее, если соскользнет одеяло.

Не вполне понимая, что Калеб имеет в виду, Виллоу проследила за направлением его взгляда. Одеяло соскользнуло с плеча, и лишь высокий тугой сосок удерживал его от дальнейшего падения. Ахнув, Виллоу схватила одеяло обеими руками и села к огню спиной. Золотые блики костра отражались на ее коже, и вся она была похожа на янтарную статуэтку.

Калеб сжал в кулак пальцы. Он прикрыл рубашкой плечи Виллоу и снова занялся приготовлением еды, заставляя себя не думать об обольстительной груди и точеном силуэте спины. Но приказание проще отдать, чем выполнить. Его мысль неотвратимо возвращалась к увиденному.

Злясь на себя за то, что не в силах контролировать мысли, а тем более — чувства, Калеб молча готовил мясо. Так же молча Виллоу принялась разогревать лепешки, действуя одной рукой, а второй пытаясь придерживать распахивающееся одеяло, закрепленное на талии. Рубашка Калеба висела на ней, словно пальто, явно большой ворот оставлял открытыми ключицы и впадинку на шее.

Тем не менее в целом Виллоу успешно задрапировала свое тело. Моменты, когда женские ножки Виллоу приоткрывались при движении и между ними пробегали таинственные бархатные тени, были чрезвычайно редкими, но каждый такой момент был как удар ножа для Калеба, всякий раз напоминая ему о том, какая красота скрыта под складками одеяла.

После ужина Калеб добавил дров в костер, расстелил на траве брезент и повернулся к Виллоу. Она внимательно следила за ним, чувствуя, что он не в духе, хотя и не понимала причины этого. Более опытная женщина догадалась, бы об источнике раздражительности Калеба, но Виллоу к разряду опытных женщин не относилась. Ей было ясно лишь то, что Калеб с трудом владеет собой.

— Вы умеете стрелять из дробовика? — спросил он внезапно.

— Да.

Калеб потянулся к бревну, за которым лежало автоматическое ружье и дробовик. Виллоу вздрогнула, решив, что Калеб хочет дотронуться до нее. Он заметил ее реакцию, плотно сжал губы — и ничего не сказал. Подняв дробовик, он привычным движением человека, который проделывал это тысячи раз, вынул его из чехла.

— Держите.

Виллоу взяла в руки дробовик. Несмотря на укороченный ствол, легким его назвать было нельзя. Впрочем, его вес не был для Виллоу неожиданным. Она осмотрела ствол. Калеб удовлетворенно кивнул. По ее действиям он понял, что с длинноствольными дробовиками она обращаться умела.

— Заряжен, — коротко предупредил он.

Виллоу неожиданно улыбнулась.

— Вы им нечасто пользуетесь.

— Заряжать умеете?

— Да.

Калеб бросил ей на колени небольшую коробку.

— Здесь сорок патронов. Если кто-то до моего возвращения подойдет сюда, его лучше прикончить.

— До возвращения? А куда вы уходите?

— В нескольких милях отсюда живут люди. Я хочу узнать, не идет ли кто по нашим следам.

— Разве это возможно? Мы только и делаем, что скачем в темноте и под дождем.

Калеб прищурил золотисто-карие глаза.

— Каждая собака в Денвере знает, что мы отправились в сторону Сан-Хуана. Всякий здравый человек может сообразить, что Сан-Хуан юго-западнее Денвера. Страна чертовски пустынна, это верно, но это не значит, что в ней легко скрыться. Хороших перевалов — считанное число, и все дороги ведут к ним

Он выжидательно помолчал, но Виллоу ничего не возразила и не спросила.

— Туда, куда мы направляемся, есть лишь два пути, — продолжил Калеб. — Первый идет мимо Каньон-Сити вдоль притока Арканзаса через перевал и дальше к реке Гуннисон. В этом случае мы окажемся севернее Сан-Хуана. Или же можно пройти семьдесят миль на юг к передним отрогам Скалистых гор, затем пересечь Сангре-де-Кристос и от Рио-Гранде через Аламосу двигаться на север. В этом случае мы окажемся южнее Сан-Хуана.

Калеб снова выждал. Виллоу внимательно его слушала, однако никак не прореагировала на сказанное.

— Вы меня слышите? — нетерпеливо спросил он.

— Да.

— Если я знаю, куда идти, об этом знают и наши преследователи. Так какой путь мы изберем — через Каньон-Сити или Аламосу? — все также нетерпеливо спросил он

Пытаясь мысленно представить карту, которую Метью прислал в одном из своих писем и которая находилась в саквояже, Виллоу напряженно сдвинула брови. Каньон-Сити упоминался. Упоминалась также Аламоса. Как, впрочем, и другие города. Но ни одному из них не отдавалось предпочтение. Очевидно, предполагалось, что в то место, где находился Мэт, можно попасть различными путями, в зависимости от того, откуда выезжать. Мэт знал, что его письмо может быть передано братьям, которые вряд ли будут дома, поэтому изобразил маршруты с отправными точками, разбросанными чуть ли не по всей карте Америки от Западной Виргинии до Техаса и от Калифорнии до Канады.

Однако Мэт не указал местонахождения золотого прииска. Он лишь отметил пять вершин близ Сан-Хуана и объяснил, что братья должны искать его в этом районе.

— Мэт находится где-то к западу от Великого Водораздела, — медленно произнесла Виллоу. — Крупнейшая река этого бассейна — Гуннисон.

Калеб хмыкнул.

— Бассейн этой реки обширный. Каньон-Сити ближе к северной его части, а через Аламасу попадаешь в низовье.

— Может быть, выбрать самый короткий маршрут?

— Ай да идея! — не без сарказма заметил он. — Будь у меня манчестерский кристалл, я бы мигом определился. Но у меня его нет. А коль так, мы пройдем немного на юг и посмотрим, что сейчас делается на перевалах, начиная отсюда и до той точки. — Собираясь уходить, он добавил:

— Погасите костер. Измаила и кобыл я привязал в овраге. Если услышите, что лошади чем-то обеспокоены, хватайте дробовик и ныряйте в ближайший лес. Когда я появлюсь, то подам сигнал.

— А как я узнаю, что это вы?

Калеб полез в задний карман, затем с удивительной быстротой и точностью поднес руку ко рту. Внезапно тишину ночи прорезал бросающий в дрожь пронзительный звук, напоминающий волчий вой. Виллоу увидела у рта Калеба маленькую губную гармонику. Гармоника исчезла с такой же быстротой, с какой и появилась.

Прежде чем Виллоу успела что-либо сказать, темнота ночи поглотила Калеба. Она услыхала стук копыт уносящихся вдаль лошадей, после чего воцарилась тишина.

Через несколько минут долина вновь наполнилась обычными ночными звуками. Застрекотали и зашуршали насекомые. Треск костра показался Виллоу слишком громким, а пламя слишком ярким. Она вынула из костра несколько головешек. Пламя опало, стало затухать, лишь время от времени вспыхивали слабеющие язычки огня. Вскоре тлеющие угольки подернулись пеплом.

Виллоу свернулась на брезенте, пристроив голову на седло и положив рядом дробовик. Несмотря на твердое намерение бодрствовать, вскоре Виллоу заснула — усталость взяла свое.

5

В предутренней мгле Калеб осторожно и бесшумно двигался в сторону селения. Конечно, вряд ли кто-то окажется здесь в такую погоду, однако рисковать не стоило. Он не собирался идти до самого селения, ему нужно было незаметно добраться до дома Вулфа.

«Слава богу, Вулф не очень общителен, — подумал Калеб, шагая вдоль неширокого ручья, который привел его к бревенчатому дому. — Можно не опасаться, что я натолкнусь на разговорчивую компанию гостей».

В окнах не было света. Тихо было в загоне для скота и в наружных пристройках.

— Кого-нибудь ищете?

Голос, холодный и отрывистый, донесся сзади.

— Привет, Вулф, — сказал Калеб, стараясь стать так, чтобы его руки были видны Вулфу в призрачном предутреннем свете. — Ты гостеприимный, как всегда.

Послышался щелчок — Вулф спустил ружье с боевого взвода.

— Привет, Кэл. Я не мог понять — ты ли это, Рено или кто-нибудь еще из белых великанов.

Калеб улыбнулся.

— А почему не индеец?

— Ну нет! У них хватит здравого смысла не шляться по ночам в такую погоду. — Вулф вышел из-за высокого тополя. Он двигался легко и бесшумно, как человек, привыкший жить в дикой стране, в которой может встретиться не только друг. — Заходи, отдохни несколько дней, amigo <Amigo (исп.) — друг.>. Дьюсу отдых явно не помешал бы. Да и Трею тоже.

14
{"b":"18149","o":1}