ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ева облизала пересохшие губы. У нее появилось искушение вернуться на несколько десятков шагов назад и напиться из углубления в камне, где осталось немного воды после недавнего дождя. В таких углублениях можно было найти от чашки до целой ванны воды.

Но в конце концов Ева решила не возвращаться, потому что у нее не было ни малейшего желания делать хотя бы один лишний шаг. Кроме того, в лужицах плавали какие-то крошечные твари.

Ева сделала глубокий вдох и приблизилась к черному бездонному ручью. На другой стороне склона не было. Она упадет на ровное место, когда приземлится.

«Это же так просто, как прыгнуть вниз с лестницы. Всего лишь».

Сделав еще один вдох, Ева шагнула вперед.

Под ноги Еве попала галька, лишив ее равновесия. Падая, она повернулась, распластав руки, пытаясь за что-нибудь ухватиться пальцами. Но ухватиться было не за что.

Она ударилась и покатилась к черной зияющей дыре. Не было ни выемки, ни выступа, чтобы удержаться. Она неотвратимо скользила по направлению к вечной ночи.

– Рено! – закричала она.

Сначала ее ступни, затем колени и наконец бедра натолкнулись на выступ. Каким-то чудом ее пальцы ухватились за неровности скалы. Она лежала, уткнувшись щекой в камень, а ступни уже висели над пропастью. Когда она попыталась подняться вверх, ее рука едва не соскользнула со спасительного выступа.

Через мгновение Ева почувствовала, что ее оторвали от скалы. Она было забилась, но сообразила, что это Рено поднял и вытащил ее из бездны. Расставив для равновесия ноги пошире, он прижал ее к себе.

– Спокойно, gata. Ты в безопасности.

Дрожа всем телом, Ева мешком повисла на Рено.

– Ты не ушиблась? – с тревогой в голосе спросил он.

Ева покачала головой.

Рено посмотрел на ее белое, как мел, лицо, на дрожащие губы и следы слез.

– Ты можешь стоять?

Она нервно, прерывисто вздохнула и попробовала перенести тяжесть своего тела на собственные ноги. Он отпустил Еву лишь настолько, чтобы убедиться, что она в состоянии стоять. Она стояла, но ее била дрожь.

– Мы не можем идти назад… Мы должны двигаться вперед.

Хотя Рено старался говорить как можно мягче, волнение делало его голос хриплым.

Кивнув и дав тем самым понять, что она все понимает, Ева попыталась сделать шаг. Ее дрожащие ноги подвернулись. Рено подхватил ее и прижался к ее губам. Поцелуй был настолько не похож на прежние, он ничего не требовал от нес. Рено опустил Еву на камень и сел рядом с ней, баюкая и успокаивая ее, пытаясь унять в ней дрожь, причиной которой были и усталость, и страх, и чувство облегчения.

Рено отцепил флягу, которая была у него на спине. Скрипнула пробка, раздалась серебряная мелодия булькающей воды, которой он смочил платок. Когда влажная ткань коснулась лица Евы, она вздрогнула.

– Спокойно, малышка, – пробормотал Рено. – Это лишь вода, вроде твоих слез.

– Я н-не п-плачу… Я от-дыхаю…

Он протер бледное, заплаканное лицо Евы. Она глубоко вздохнула и выпрямилась, чувствуя себя ребенком.

– Попей, – сказал он.

Ева почувствовала, как металлический край фляги коснулся ее губ. Она втянула в рот сначала маленькую толику воды, затем чуть побольше, испытывая невыразимое блаженство оттого, что влага омывает пересохший рот.

Ева не могла сдержать возгласа удивления, когда сделала глоток. Ей никогда не приходилось пробовать ничего более вкусного. Держа флягу двумя руками, она жадно пила, не обращая внимания на капли, срывающиеся из уголков рта.

Рено промокнул капли сначала платком, затем языком. Эта ласка настолько поразила Еву, что она выронила флягу. Он засмеялся, поймал флягу, закупорил ее и водрузил себе на спину.

– Ну как, готова теперь идти? – спросил он мягко.

– Разве у меня есть выбор?

– Да. Ты можешь преодолеть эту пропасть с открытыми глазами рядом со мной или в бессознательном состоянии на моем плече.

Ева широко открыла глаза.

– Тебе не будет больно, – добавил он.

Руки Рено обвили ее горло. Большие пальцы отыскали артерю, питавшую кровью мозг.

– Если только слегка нажать здесь, ты потеряешь сознание, – спокойно объяснил Рено. – Ты очнешься через несколько секунд уже на той стороне.

– Ты не сможешь перенести меня туда, – запротестовала Ева.

– Ты ведь как кошка… Быстрая и гибкая… При всей своей ловкости и грации кошки к тому же и весят немного.

Он встал, поднял Еву на ноги, легко оторвал от земли и усадил к себе на плечо, придерживая одной рукой. Все произошло настолько быстро, что она не успела даже ахнуть.

Глаза у Евы стали большими, как блюдца; она в смятении подумала, какую силу держал в узде Рено, когда касался ее. Она всегда знала, что он сильнее ее. Но она не знала, насколько он сильнее. Из ее груди вырвался возглас удивления.

Рено нахмурился.

– Я не думал, что напугаю тебя, – сказал он.

– Дело не в этом, – возразила она.

Он ждал, глядя ей в лицо.

– Просто… – Ева то ли засмеялась, то ли охнула, – просто я привыкла быть сильной.

Последовала пауза. Рено держал Еву и размышлял над тем, что она сказала. Наконец он медленно кивнул. Это объясняло многое, в том числе и то, почему она не сказала ему, что была на пределе. Ей это просто не пришло ri голову. Она привыкла быть среди людей, у которых было меньше сил и выносливости, чем у нее.

– А я привык путешествовать один, – сказал Рено. – Я загнал тебя. Прости меня.

Он бережно поставил Еву на ноги.

– Ты можешь идти? – спросил он.

Ева вздохнула и кивнула.

Рука Рено обвилась вокруг ее талии.

– Маленькая уставшая gata. Обопрись на меня. Это недалеко.

– Я могу…

Рука Рено внезапно легла на рот Евы, не давая ей говорить.

– Тихо, – шепнул он ей на ухо. – Кто-то идет.

Ева застыла, прислушиваясь и чувствуя, как бешено заколотилось у нее сердце.

Рено был прав. Ленивый ветерок донес голос человека, который отчаянно ругался.

– Проклятье, – прошипел Рено.

Другого выбора не было. Он прижал ее животом к скале с такой быстротой, что она не успела и глазом моргнуть.

– Опусти голову, – приказал он еле слышно. – Они не увидят нас, пока не окажутся на вершине склона над нами.

Рено снял шляпу, передал флягу Еве и вынул револьвер. Она смотрела, как он по-пластунски полз по склону.

На другой стороне пропасти трое индейцев вели за собой жилистых мустангов. Они направлялись в сторону Рено. Впереди шел Горбатый Медведь. Он сразу же засек Рено. По его команде засвистели пули, рикошетом отскакивая от скалы вместе с каменными осколками.

Рено ответил незамедлительно, тщательно прицелившись. Расстояние было таким, что сподручнее стрелять из ружья, а не из револьвера. Укрыться было особенно негде, но команчи искусно использовали малейшие неровности, неглубокие выемки, сосенки, трещины в скале – все играло им на руку.

К сожалению, никого, кроме Горбатого Медведя, револьвер Рено достать не мог. Команчи был ранен в руку, но похоже, что рана была неопасной. Она лишь в какой-то степени замедлила действия большого индейца.

Рено подполз к Еве.

– Они выжидают, но это ненадолго, – проговорил он. – Приготовься бежать.

Ева хотела было сказать, что она еле может двигаться, не то что бежать, но, взглянув в зеленые глаза Рено, передумала. Пальцы Рено сжали ее руку около плеча.

– Три шага, затем прыжок, – сказал он.

У Евы не было времени для колебаний или страхов. Рено подтолкнул ее. Она бегом сделала три шага и прыгнула, словно лань. Рено был рядом с ней, он перелетел через пропасть, приземлился и поддержал ее, когда у нее соскользнула нога. Через несколько секунд они бежали уже по ровной площадке.

Никогда в жизни Ева не передвигалась с такой скоростью. Сильная рука Рено сжимала ее руку, приподнимала ее, толкала вперед и вновь приподнимала в то мгновение, когда ее ступни касались земли.

Они почти добежали до лошадей, когда вокруг них засвистели пули. Рено даже не подумал о том, чтобы укрыться. Он просто еще сильней сжал руку Евы, продолжая бег к оврагу. Он понимал, что они получат шанс на спасение, если успеют добежать до оврага, в котором были укрыты лошади, пока команчи из банды Слейтера перезаряжают свои однозарядные ружья.

33
{"b":"18150","o":1}