ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Карта хаоса
12 встреч, меняющих судьбу. Практики Мастера
Свежеотбывшие на тот свет
Принц Дома Ночи
Пять Жизней Читера
Машина Судного дня. Откровения разработчика плана ядерной войны
Все девочки снежинки, а мальчики клоуны
Дама с жвачкой
Императорский отбор

– Дело не в этом, – сказала она. – Мое или твое происхождение тут ни при чем.

Корд не поверил ей. Он не джентльмен и прекрасно это знает.

Рейн смотрела на мужчину, стоявшего рядом с ней, тихого, опасного, голодного, сильного и беззащитного, как Дев в тот день, когда она увидела его впервые. Если бы она не подбежала к жеребцу, не помогла ему, не вылечила… Дев умер бы.

От этой мысли у нее сжалось сердце. «Корд не Дев, – быстро и сурово сказала она себе. – Он волен в своем выборе. И он сам выбрал себе такую работу».

Рейн выбросила все это из головы и вернулась к реальности.

– Пошевеливайся, Дев. Пора на прогулку.

Глава 9

Стоя неподвижно. Корд наблюдал, как быстро удаляется Рейн. Такое не впервые случалось между ним и женщинами. Он повидал немало замков, от которых уходил без сожаления, заботясь только о следующей горной цепи, об очередной перестрелке в долине, о новом военном сражении, еще более страшном, чем прежние.

Но Рейн позволила ему побыть несколько минут подле своего огня, согрела его душу. И Корду Эллиоту показалось, что горы между долинами наверняка стали неприступнее, сражения – более жестокими, а вероятность поймать пулю – выше, чем обычно.

В эту минуту Корд впервые понял: ему больше не нужны никакие горы. Он познал много высот и побед; на его долю выпало немало волнений и отчаяния. Он прошел горные цепи одну за другой, удерживая их и сдавая. Он спускался в зеленые долины, направляясь к очередному перевалу, навстречу очередному сражению.

Уходя, он не скучал по зеленым теплым долинам и не оплакивал их. Горы и перевалы всегда неудержимо манили его, и он шел на их зов, чтобы вести свое бесконечное сражение…

За плечами оставалась жизнь, состоящая из перестрелок, из погибших товарищей, – суровые и нелегкие годы.

Корд с трудом представлял себе другую жизнь, в которой не надо преодолевать подъемы, не надо сражаться… Все эти годы он постепенно сдавал свои позиции холоду, и скоро он броней скует его сердце.

Однажды он не сможет понять разницу между долиной и перевалом, между теплом и холодом. Он видел таких людей.

Они сгорели в огне постоянных схваток.

Как и другие мужчины, Корд всегда клялся, что с ним такого не произойдет. Как и другие мужчины, он считал, что умрет раньше, чем такое случится.

Но подобно многим мужчинам, он ошибался.

Теперь пришло время подвести итоги, увидеть, осталось ли что-то и впрямь стоящее спасения.

На ремне Корда раздался сигнал. Он тотчас вернулся на грешную землю и нажал кнопку.

Потом быстро направился к огромному «дому на колесах», который был припаркован с внутренней стороны забора, ограждающего конюшню. Он не видел ни цветов, ни золотых потоков солнечного света, заливавшего все окрест, не чувствовал легкого дуновения ветерка. Он видел только холодные пики горы и думал о предстоящей схватке с врагом.

Пыльный «дом на колесах» несколькими проводами был подсоединен к сети Санта-Аниты. Но только один из них снабжал электричеством. Остальные – секретные телефонные линии, замаскированные под обычные. Если бы не множество антенн, то ничего примечательного в этом «доме на колесах» не было. Многие люди, связанные с Олимпийскими играми, предпочитали жить в таких машинах, нежели в спальных кварталах Лос-Анджелеса. По крайней мере они не теряли время в автомобильных пробках на городских и загородных дорогах.

На лужайке перед «домом на колесах», расположившись в легком кресле. Корда ожидал Тори. Это имя ему дали в целях конспирации. Казалось, он прекрасно проводит время, нежась на солнышке. Но при всей внешней расслабленности его взгляд был проницательным и настороженным.

– Доброе утро, мистер Эллиот, – певуче произнес Торн.

– Доброе утро, Торн, – откликнулся Корд. – Кто-нибудь появлялся?

– Нет, сэр. Даже любопытствующих нет.

– Хорошо.

Корд набрал код, открыл дверь «дома на колесах» и вошел внутрь передвижного командного поста.

Внутри «дом» был оформлен в желтовато-коричневых тонах, этакая смесь золота и буйволовой кожи, полированного каштана с редкими вкраплениями зеленовато-черного цвета. Кушетка размером с королевское ложе занимала стену напротив двери, рядом с ней стоял карточный стол, за которым могли разместиться четверо. Телевизор, стереосистема, несколько книг и географических карт составляли все убранство комнаты.

Впрочем, от взгляда стороннего наблюдателя не укрылось бы, что стены в этом «доме» чрезвычайно толсты, а замки на шкафах – сверхнадежные.

Внутренняя дверь, ведущая в заднюю часть «дома», была открыта. По сторонам узкой прихожей располагались ванная, кухня и спальня. В последний отсек «дома» вела еще одна внутренняя дверь. Она была заперта на электронный и механический замки.

На всем западном побережье Корд Эллиот был единственным человеком, знающим все комбинации. Он быстро отпер дверь, вошел и запер ее за собой.

Большая комната была уставлена электронным оборудованием и напоминала кабину самолета-истребителя или современную студию звукозаписи, а не спальню хозяина роскошного «дома на колесах». Отдельный кондиционер без устали работал, поддерживая температуру, необходимую для наиболее чувствительного оборудования. Правда, здесь еще поместились кровать и стол с настольной лампой.

Компьютерный терминал занимал целый угол, на экране ничего не было. Корд отодвинул вертящийся стул подальше от приемника и уселся перед клавиатурой. Он набрал длинный, сложный код и застыл. Через несколько секунд экран загорелся.

СИНЯЯ ЛУНА ВЫЗЫВАЕТ СИНЮЮ СЕЛЕДКУ.

Корд внутренне подобрался. В этой операции Боннер был Синей Селедкой и охотился за Барракудой.

Корд нажал на клавиши, подтверждая прием, крутанулся на стуле к радиотелефону, оснащенному шифратором, набрал цифровой код и стал ждать.

Через нескольких минут телефон зазвонил.

Он снял трубку. Несмотря на то что разговор был защищен от прослушивания, они с Боннером на всякий случай пользовались эзоповым языком.

– Как рыбалка? Каков улов? – спросил Корд.

– Неплохо, приятель. – Голос невидимого абонента звучал мягко и спокойно.

Корд мрачно улыбнулся. Боннер все еще жил исключительно ради гор, перевалов и новых сражений.

– Вот как? – удивился Корд. – И какая рыба сегодня клюет лучше всех?

– Барракуда.

Он поерзал на стуле.

– Ты уверен?

– На восемьдесят шесть процентов. В рыбном отделе подтвердили по фотографии, сделанной в специальном диапазоне электромагнитного излучения. Мне известно, как ты относишься к фотографии, но я не стал бы придираться.

– Где снято? – требовательно осведомился Корд.

– В ЛАКС, вчера вечером.

Корд сразу смекнул, что убийца по кличке Барракуда обнаружен в международном аэропорту Лос-Анджелеса представителями иммиграционных властей. А если точнее, человек, похожий на Барракуду с единственной имеющейся фотографии. Если здесь нет никакой ошибки, то это огромный шаг к поимке террориста Корд был одним из немногих, кто видел Барракуду вблизи и остался жив, поэтому он мог его опознать. Но Корд не доверял фотографии на удостоверении личности, особенно когда дело касалось Барракуды. У них есть одна фотография этого типа, но он снят с большого расстояния.

И что еще хуже – это снимок в профиль. На нем невозможно увидеть особую примету террориста – близко посаженные глаза, которые и натолкнули Корда на мысль о сходстве террориста с хищной рыбой барракудой.

– Кто узнал его? – спросил Корд.

– Старина Орлиный Глаз.

Корд рассеянно погладил подбородок, переваривая информацию и составляя план дальнейших действий. Прищурив глаза, он погрузился в мир насилия и жестокости.

Раз Митчелл – Орлиный Глаз – узнал Барракуду, то Корд склонен ему верить. У Митчелла был необыкновенный дар соотносить двухмерные снимки с предполагаемым оригиналом Вот почему он был назначен в таможенный и иммиграционный контроль в лос-анджелесский аэропорт на время Олимпийских игр, когда иностранцы со всего света устремятся туда.

22
{"b":"18151","o":1}