ЛитМир - Электронная Библиотека

От молниеносного удара рука Флинна безжизненно повисла.

– К тому времени как твоя рука отойдет, ты и Накамори должны будете быть на полпути к Бруму, – сказал Арчер. – А пока вы едете, остынь и подумай. Мне проще было бы сломать тебе обе руки, чем временно отключить одну. Если я еще раз тебя увижу, так и сделаю.

Кристиан неторопливо поднялся, сохраняя жалкие остатки достоинства. Ледяные кольца, сжимающие желудок Ханны, почему-то сразу исчезли. Она почувствовала такое облегчение, что у нее закружилась голова. Она не совсем понимала его причину, но твердо знала, что оно так же реально, как самообладание Арчера. Он мог бы серьезно покалечить Флинна, но сдержался. Лэн бы так не смог.

Австралиец, прищурившись, посмотрел на Арчера долгим взглядом, затем засмеялся.

– Пошел ты… Но, черт возьми, ты мне нравишься.

Арчер едва заметно улыбнулся.

– Ты не возражаешь, если на этом мы и разойдемся?

– Верно. Пойдем, Том. Или ты хочешь покрутиться вокруг, чтобы найти Коко и предложить ей поиграть?

Накамори повернулся и направился к машине. Насвистывая какую-то песенку,.как ни в чем не бывало Флинн последовал за ним. Арчер смотрел на них до тех пор, пока машина не превратилась в темное пятно на кирпично-красной полосе дороги.

Поднялся ветер, неся с собой запах дождя, потока, который превращает землю в слякотное месиво.

– Ты поедешь за Инем? – спросила Ханна. Он не ответил.

– Когда мы уезжаем? – поинтересовалась она. – И куда едем?

– Если у тебя и вправду серьезные намерения работать сортировщицей жемчуга, то выбери большой город. Любой. «Драгоценности и минералы» Донованов устроят тебя туда на работу. Если такая идея тебе не по вкусу, то Лински были бы безмерно рады принять тебя у себя.

– Для того чтобы думать о будущем, мне надо покончить с прошлым.

– Но для тебя этот кошмар уже закончился.

– Нет, – тут же возразила она. Когда все закончится, Арчер уйдет. Ханна еще не была готова к этому. – Есть и другие люди, которых следует расспросить.

– Иня сейчас не найти.

– Коко здесь.

Арчер пожал плечами.

– Я бы поговорил с ней после того, как ты улетишь.

– Почему?

– Тебе не понравятся мои методы.

Улыбка Ханны была острой, как лезвие ножа.

– Я не смогу смотреть, как ты валишь ее на землю и бьешь, как Флинна?

– Страх и боль срабатывают всегда, но ей я намерен предложить деньги.

Когда Арчер ступил на веранду, Коко с натянутой улыбкой сидела в гамаке. По-видимому, она знала, что стояла следующей в его списке.

– Ты очень быстрый для большого мужчины, – сказала она. – Как Лэн. З-з-з. Змея. – И Коко выразительно изогнула кисть руки.

Ханна осторожно выступила впереди Арчера.

– Кристиан и Том были слишком заняты, разрушая плоты. Им было некогда убивать Лэна, – холодно обратилась она к таитянке. – Ты последняя видела его живым. Полагаю, он закрыл дверь эллинга перед твоим носом.

– Да. Но он сначала тщательно меня обыскал, – произнесла она. Хотя слова были сказаны по-французски, ее улыбка не нуждалась в переводе.

Арчер ответил ей что-то на быстром французском, и улыбка с ее лица исчезла. Затем добавил уже по-английски:

– Только английский. Если ты не можешь отвечать на этом языке, то я буду переводить.

Не сводя глаз с Коко, Ханна обратилась к Арчеру:

– Она достаточно сильна, чтобы взломать стамеской дверь в эллинг.

Он посмотрел на таитянку, отмечая упругие мускулы под гладкой кожей, вспоминая ее легкую и гибкую походку.

– Да.

– Я не убивать Лэна, – сказала. Коко на ломаном английском. Ее глаза блестели от слез.

– Но ты видела, кто это сделал, – сказала Ханна. Это был не вопрос, а скорее утверждение. Каждый раз, когда Ханна отвлекалась от работы в жемчужных эллингах или в доме, она всегда обнаруживала, что Коко смотрела на нее. Всегда смотрела.

– Кто это был?

– Я рассказать и умереть, как Лэн, обманутой и одинокой.

– Ты умрешь, если не расскажешь, – ответила Ханна. – Красная триада не отличается особой жалостью.

Коко побледнела под своим золотистым загаром.

– Ты знаешь?

Улыбка Ханны была безжалостна.

– Я знаю. Мы встретили Иня в притоне триады в Сиэтле.

– Глупый.

– Это верно, – согласилась Ханна. –Кто убил Лэна, Коко?

Таитянка отрицательно покачала головой.

– Десять тысяч американских долларов, даже если ты это сделала.

Коко опять усмехнулась той же горькой усмешкой.

– Я? Я любить Лэна.

Глаза Ханны расширились.

– Это шок для тебя? – продолжала Коко. – Он… прелесть. Холодный, как змея. Опасный, как буря. Боль. Ненависть, он – все.

Ханна потеряла дар речи и только молча смотрела на таитянку. Те самые вещи, которые отталкивали ее от мужа, притягивали Коко.

– Он должен был жениться на тебе, выговорила она наконец.

Коко неопределенно пожала плечами.

– Тогда он потерял бы тебя. Кот с мышкой, чтобы играть. Понимаешь? Каждый раз играть.

– Да, – сказала Ханна тихо. – Понимаю. Он использовал мою честность, чтобы удерживать около себя. Я знала это, но все равно оставалась. Я была обязана ему жизнью. Мне казалось, я смогла бы изменить его к лучшему. Я ошибалась.

Она почувствовала тепло ладоней Арчера на плечах. Ей захотелось опереться на него, но она сдержалась.

– Тот день, когда Лэн умер. Что ты видела? – обратился он к Коко.

– Цин Лу Инь, – просто ответила она. – Он хотеть секрет жемчужин. Он ударять Лэна кулаками, дубинкой… вы понимаете?

– Да, – сказал Арчер. – Продолжай.

– Лэн улыбаться. Инь совсем обезуметь. Лэн двигаться быстро. – Она снова сделала движение рукой. – Пытаться перерезать горло Иня раковиной моллюска. Лэн сильный, очень сильный. Но Инь не инвалид. Он перевернул инвалидную коляску снизу вверх и воткнуть нож в ребра Лэна.

Ханна застыла. Она верила рассказу Коко. Только Арчер упоминал о ноже.

– Инь вколачивать раковину туда, спрятать ножевую рану. Понимаете? – спросила она.

– Да, – сказала Ханна.

– Лэн все еще жил. Он пытался вытащить раковину прочь. Слишком слабый. Инь брать все жемчужины, которые отважился, и бежать.

– Бегает он хорошо, – сказала Ханна, вспомнив кафе «Луна дракона».

– Что ты сделала? – спросил Арчер.

– Я идти в коттедж. Ждать большого ветра.

– Ты знаешь жемчужины, которые Лэн называл «Черной троицей»?

– Уи.

– Ты знаешь, что Ханна узнала бы их где бы то ни было?

– Уи, – сказала Коко. – Он ненавидел ее за это. Ее глаза лучше, чем его. «Лучше, чем мои».

– Ты знаешь, что произойдет, если окажется, что «Черная троица» у тебя?

Коко посмотрела ему в глаза и мгновенно все поняла.

– Уи, – прошептала она.

– Расскажи мне, что случилось с «Черной троицей», – приказал Арчер. – И я не буду спрашивать о том, как таитянская жемчужная ферма Анжелики Дюпре неожиданно разбогатела, получив урожай жемчужин из «Жемчужной бухты». Те самые жемчужины, исчезнувшие после смерти Лэпа.

Ханна окаменела.

– Ты не говорил мне.

– Я надеялся, что мне не придется этого делать.

– Почему?

– Никому не нравится предательство близких. – Его руки нежно гладили ее плечи. – Ты достаточно настрадалась. Я не хотел делать тебе еще больнее. Но мне кажется, что это у меня получается лучше всего. Причинять тебе боль.

Он перестал ласкать Ханну и пронзил Коко ледяным взглядом.

Она бессознательно сложила руки, как бы умоляя о защите.

– Я не видеть «Черную троицу», когда Лэн умереть. После – тоже. Жемчужины, они везде, понимаете? Как морская пена после шторма. Инь брать много. Я брать остальные и послать сестре продать. Лучше Коко, чем вода, так?

– Ты украла у Ханны достаточно, чтобы обеспечить себе дальнейшую жизнь.

Коко улыбнулась.

– Я работать много и тяжело, месье. Очень много. Спросить любого человека.

– Да, я не сомневаюсь в этом. Передай привет Яню от нас.

На мгновение на ее красивом лице проступило удивление.

67
{"b":"18154","o":1}