ЛитМир - Электронная Библиотека

Вскоре она закончила омовение и снова укрыла Кей-са. К ее облегчению, пациент никаких сюрпризов больше не преподносил. Внутри у нее тоже все было спокойно.

Глава 7

– И что, по-твоему, ты делаешь? – спросила Сара, входя в хижину.

– А что ты видишь? – вопросом на вопрос ответил Кейс.

Она захлопнула за собой дверь.

– Отсюда это смотрится так, будто какой-то дурачок прыгает на одной ноге, используя ружье вместо костыля, а пулю – вместо мозгов.

– В отношении ружья ты права.

Несмотря на раздражение, Сара улыбнулась. Быстрый ум и юмор Кейса скрашивали ей однообразные дни.

Нельзя сказать, чтобы Коннер был глуп. Но Коннер, как правило, не огрызался.

А вот с Кейсом все было по-другому.

Прищурив глаза, она наблюдала за его неловкими движениями. Когда Сара в первый раз обнаружила Кейса одетым и ковыляющим вокруг хижины, она, как только он заснул, спрятала его одежду.

Но если Сара полагала, что это удержит Кейса в кровати, то она глубоко заблуждалась. Доказательством служило то, что сейчас он в набедренной повязке упражнялся в ходьбе с ружьем.

Зрелище было весьма впечатляющее.

– К чему такая спешка? – попробовала Сара другой подход.

– Десятидневное лежание на спине превратило меня в слабого котенка.

Сара посмотрела на мускулистое тело Кейса и рассмеялась.

– Котенка? Кейс, даже у львов не найдешь таких детенышей, как ты.

Кейс пробормотал что-то нечленораздельное.

– Ты не мог бы повторить то, что сказал? – невинно спросила Сара.

– Мог бы, но вряд ли тебе это понравится.

Ружье выскользнуло из-под мышки и упало на землю. Кейс покачнулся и, вероятно, упал бы, если бы Сара не подскочила и не подставила свое плечо.

– Спокойно, – Пробормотала она, помогая ему восстановить равновесие.

– Прибереги свой воркующий голос для сокола. Он слеп и способен поверить.

– На нем сейчас колпак.

– Вот я и сказал – слеп.

Сара улыбнулась Кейсу.

Однако Кейс не ответил ей тем же.

Это ее нисколько не удивило и не расстроило. Она успела узнать, что Кейе никогда не смеялся и не улыбался, хотя и обладал чувством юмора.

Вначале Сара решила, что он не улыбается потому, что его мучают раны. Но по мере того как он выздоравливал, она все больше склонялась к выводу, что дело не в физической боли.

Она не знала, что именно убило в нем радость. Сара подозревала, что это связано с людьми, имена которых он называл в бреду, – Эмили и Тед, Белинда и Хантер.

Но чаще всего звучало имя Эмили. Когда Кейс произносил его, в его голосе слышались ярость, боль и отчаяние, надрывавшие сердце Сары.

Она и сама хорошо знала, что значит все потерять, лишиться тепла и любви и оказаться одной-одинешень-кой с маленьким беспомощным мальчишкой.

– Если я надену тебе колпак, ты останешься на своем месте? – шутливо спросила Сара.

– Это не поможет, даже если Ют наставит на меня ружье.

Она посмотрела Кейсу в глаза и поняла, что он не шутит.

Сара вздохнула.

– Коннер вырезал тебе костыль, – сказала она после паузы. – Я принесу его тебе.

– И одежду тоже.

– Нет.

Рот у Кейса вытянулся. Он впился глазами в лицо Сары. Как это было уже не раз, его внимание привлек таинственный цвет ее глаз. Они были серые, но в них плясали голубоватые огоньки и мерцали серебристые искорки. А иногда в них можно было увидеть и грозовые облака – в зависимости от настроения.

– Ты хочешь, чтобы я бегал голым вокруг тебя, – ровным тоном произнес он, – пусть будет по-твоему.

Слова его прозвучали жестко, как он и хотел. Мысль о том, что он будет голым в присутствии быстрой на язык, бесстрашной маленькой вдовы, ему даже понравилась.

– Ты вовсе не голый, – возразила Сара.

– Ты уверена? – протянул он. – Я постоянно боюсь, что у меня что-нибудь развяжется, стоит мне только покачнуться.

Румянец вспыхнул на щеках Сары, но она не отвела глаз от его лица.

– Дело в том, что ты еще слишком слаб, чтобы прыгать, будь ты совсем раздет или разодет, как лорд на Пасху.

– Дело в том, прелестная вдовушка, что вы подвергаетесь опасности нападения со стороны Эба Калпеппера, пока я нахожусь здесь.

– Я не прелестная, это раз, и опасность для нас не уменьшится с твоим уходом, это два.

– Я слышал, что говорил Эб. Он приехал на ранчо за мной, а не за тобой.

– Ты не слышал всего, – выпалила Сара. – Он обещал кастрировать Коннера.

Кейс невольно ахнул.

– Мерзавец! Это за что же?

– Не знаю, могу лишь догадываться.

– Я слушаю.

– Мой брат очень… импульсивный.

Кейс терпеливо ждал продолжения рассказа.

– Коннер как-то прокрался в лагерь бандитов в Спринг-Каньоне, смешал соль с сахаром, бобы с конским навозом и отпустил их лошадей, чтобы они замели его собственные следы.

– Было бы больше пользы, если бы он перерезал кому-нибудь горло, когда был там.

– Нет! Я не хочу, чтобы Коннер вел такую жизнь! – выкрикнула Сара.

– Тогда вам нужно искать другое место для жилья.

– Не мне, а ему. Поэтому я собираюсь отправить его в восточные штаты в школу.

Кейс, ничего не ответив, оглядел хижину. Убогая обстановка и грязный пол свидетельствовали о том, что деньги были редкими гостями на этом ранчо.

– Коннер почти совсем взрослый, – бесстрастным тоном проговорил Кейс. – Вполне вероятно, что он сам выскажется, куда хочет и куда не хочет ехать.

– Свет не сошелся клином на одной реке, которая течет по красной пустыне, – напряженным голосом возразила Сара.

– Это говоришь ты или твой брат?

– Кроме ранчо «Лост-Ривер», мне ничего не надо. Меня вполне устраивает жизнь в этих местах.

О том, насколько Сара взволнованна, говорил не только напряженный голос, но и блеск в ее глазах.

– А с Коннером дело обстоит совсем иначе, – яростно продолжала Сара. – Он может стать врачом, или адвокатом, или учителем. Он может плавать по морям и встречаться с королями. Он может все!

– Это то, чего он хочет?

– Откуда Коннеру знать, чего он хочет! – запальчиво сказала Сара. – Он ничего не видел, кроме каньона! Я хочу, чтобы у моего брата был шанс повидать свет.

Сара все еще находилась рядом с Кейсом, продолжая поддерживать его, и он чувствовал, как ее тело вибрировало, словно туго натянутый канат.

Но туго натянутые канаты имеют свойство лопаться.

– Спокойно, малышка, – пробормотал Кейс, поворачиваясь к ней лицом. – Последние десять дней были для тебя испытанием.

– К черту последние десять дней! Я просто хочу… я просто…

Последние слова она произнесла, уткнувшись лицом в грудь Кейсу. С нежностью, удивительной для такого могучего мужчины, он стал гладить ей волосы и спину.

Мало-помалу Сара чуть расслабилась.

– Сколько лет тебе было, когда умерли твои родители? – негромко спросил он.

– Тринадцать.

Кейс закрыл глаза. Ему случалось видеть осиротевших девочек во время войны. Хорошо, если у кого были родственники, которые могли взять сирот на свое попечение. Другие же дети жили как придется, дрались с собаками за кусок хлеба. Многие умирали от голода и холода.

Вряд ли Сара была в числе тех везучих сирот, у которых были родственники.

– А сколько было Коннеру? – спросил Кейс.

– Девять.

– Самый младший в семье? – предположил он.

– Да.

– И к тому же, должно быть, избалованный…

– Он не избалованный! – тут же заступилась за брата Сара.

– Разве? У него такая улыбка, что он может ввести в заблуждение самого дьявола, а не только любящую сестру.

Сара встретила взгляд Кейса. Она выглядела бледной и взволнованной, но слез в ее глазах не было видно.

– Я была вторая по старшинству из пятерых детей. И единственная девочка. Мать долгое время не могла оправиться после рождения Коннера. Я его баюкала, кормила, пела ему песни, целовала места ушибов…

Этот ясный взгляд Кейса становился для нее невыносимым. Было такое впечатление, что он не просто слушает ее, а пытается заглянуть ей в душу.

18
{"b":"18155","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Очаровательный кишечник. Как самый могущественный орган управляет нами
Метро 2035: Стальной остров
Охотник за идеями. Как найти дело жизни и сделать мир лучше
Пятьдесят оттенков свободы
Роковой сон Спящей красавицы
Священный крест тамплиеров
Грей. Кристиан Грей о пятидесяти оттенках
Луна для волчонка
Школа спящего дракона. Злые зеркала