ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Со своего кресла на мостике ботанского флагмана адмирал Кре'фей вглядывался в окутавшее Корускант облако, образовавшееся из обломков истребителей и кораллов-прыгунов, сторожевых кораблей и фрегатов, эсминцев и крейсеров. Насколько он мог судить, весть о гибели Шимрры, которую донёс до него Кент Хамнер, никак не повлияла на дух вражеских командиров или пилотов. Во время решающего сражения в ходе Галактической Гражданской войны смерть Императора Палпатина вызвала настоящее смятение в рядах имперских солдат. Но Шимрра не владел могуществом ситов, которое позволяло бы ему при помощи боевой медитации поддерживать высокий моральный дух своих войск. Воинов Нас Чоки связывали между собой не узы зла, а общее стремление к завоеваниям, подкреплённое незыблемой стойкостью, готовностью стоять до последнего. Пока Альянс не сокрушит армаду до основания, о надежде на мирное будущее не может быть и речи.

«Но как? — спрашивал себя Кре'фей. — Как избавить галактику от врага, который не желает уходить добровольно?»

Если он отзовёт флот Альянса, йуужань-вонги просто-напросто отвоюют Корускант. Или отступят на позиции, которые ещё не подверглись нападению. Бывшая столица галактики изобиловала крупными лесными массивами, в которых мог обосноваться враг. Там же он мог вырастить и обучить нового дуриама, и тогда снова началось бы строительство фортификаций и боевых кораблей. Война могла затянуться на годы. Равно как и при ином раскладе событий: если Нас Чока вдруг решил бы увести свою армаду в гиперпространство, в те звёздные системы, где всё ещё правят йуужань-вонги. Альянсу пришлось бы преследовать его по всей галактике — точно так же, как и тогда, в битве за Мон Каламари, как полагал Кре'фей, должны были поступить сами йуужань-вонги в отношении Альянса.

«Война должна окончиться здесь, на Корусканте», — твёрдо решил он. Но какой ценой? Сколько ещё бойцов погибнет, если он прикажет усилить натиск — если поступит как Нас Чока, потребовав от своих командующих сражаться до последнего. Десятки тысяч? Сотни тысяч? Миллионы?

Командующий оказался в тупиковом положении.

Его размышления прервал капитан «Ралруста», явившийся с докладом о том, что флотилия Нас Чоки, оборонявшая Маскейв, ушла в гиперпространство и с минуты на минуту должна объявиться у Корусканта.

* * *

Компаньон Шимрры носился по просторному командному мостику, оживляя органические компоненты корабля взмахами своих скрюченных рук и, судя по всему, телепатическими командами. Живая панель управления запульсировала и пошла рябью, словно мышечная ткань. Вывернулся наружу шлем восприятия, затрепыхались виллипы, заметались по дисплейной нише жуки-индикаторы.

Джейна обнаружила, что висит на двух крюках, закреплённых на внутренней переборке мостика. «Отверженный» пока не обращался ни к кому из богов с просьбой принять подношение, но резные фигуры главных богов йуужань-вонгского пантеона стояли наготове по обе стороны от девушки. Джейна сделала вывод, что находится в самом центре алтаря, на котором «отверженный» будет осуществлять жертвоприношение. В помещении царил гнетущий полумрак, который разгоняло лишь тусклое зелёное свечение лишайника и кристаллов-светляков, отбрасывающих свет на йорик-коралловые стены, потолок и палубу.

«Джейсон! Дядя Люк!» — позвала она сквозь Силу.

Как только они стали досягаемы, её разум потонул в сценах жестокой резни. Джейсон и Люк преодолели колоссальное неравенство сил, но оба были серьезно ранены. Другие участники сражения были ей доступны лишь посредством разума Джейсона и Люка, но она поняла, что большинство воинов мертвы.

Скрюченная фигура «отверженного» вдруг отвернулась от панели управления и уставилась прямо на неё — словно читая её мысли.

— Я знаю, ты слышишь меня, — продребезжал на общегалактическом гортанный голос. — Я дал тебе лишь чуточку яда, заключённого в моём клыке. Только для того, чтобы обездвижить тебя.

Вернувшись к панели управления, уродец продолжил оживлять приборы и системы корабля. Он явно готовил корабль к взлёту. Как только мостик завибрировал, «отверженный» удовлетворённо кивнул и вновь повернулся к пленнице.

— Я так признателен, что ты предпочла преследовать именно меня, Йун-Харла, — сказал он. — Наконец-то мы с тобой встретились на поле боя, на равных условиях. Мы оба с тобой в плену. Ты — у моего парализующего токсина, я — уже полжизни как пленник твоей несправедливости.

Джейна с трудом заставила себя проговорить:

— Я не…

— Кто был более предан богам, чем Оними? — озлобленно прикрикнул на неё «отверженный». — Кто был более предан домену Шимрры, чем формовщик, который обнаружил правду: что восьмой кортекс пуст и раса, сотворенная Йун-Йуужанем и тебе подобными, обречена на вымирание? Да, наши предки воспользовались твоими подарками, чтобы начать войну с теми, кто в противном случае поработил бы нас самих, но, вместо того чтобы вознаградить нас за желание избавить галактику от неверных и их мерзких механизмов, ты изгнала нас из родного мира, разорвала с нами все контакты, заставила многие поколения моих собратьев скитаться по галактике в поисках новой родины.

Его сжатые в кулаки руки тряслись, а в перекошенных глазах пылала ненависть.

— В своём всеведении ты, конечно, знаешь, почему я пошел на такой риск и пересадил в собственную нервную ткань клетки йаммоска — я надеялся обнаружить способ спастись от твоих нескончаемых пыток. Но вместо того, чтобы вознаградить меня за мужество, за смелую попытку скопировать твои труды по сотворению вселенной, ты прокляла меня. Ты одарила меня способностью говорить устами других, контролировать их волю — на расстоянии, как йаммоск — но при этом наказала меня физическим уродством, навсегда лишив шанса возвыситься над другими. Ты сделала меня «отверженным», и теперь я больше и мечтать не мог влиться в элиту. Ты не только отказала мне в ранге мастера-формовщика; ты лишила меня возможности внести свой вклад в спасение моего народа.

— Вот тогда-то я и восстал против тебя, Йун-Харла. Я не был в этом одинок, но ты, словно желая причинить мне ещё большую боль, в течение всех этих долгих лет скитания по космосу вознаграждала других, меня же оставляя молча страдать. Долгие годы ты наблюдала за тем, как наше общество рушится, как дети голодают, как воины сражаются друг с другом… а потом поманила нас галактикой, наполненной обитаемыми планетами. На какой-то момент это показалось благословением, доказательством того, что ты не покинула нас в годы нужды. Но вскоре я понял: ты просто готовила почву для новых пыток.

Джейна вновь попыталась ответить, но тут же последовал окрик:

— Только с помощью могущества, данного тобой, я сумел добраться до Шимрры и превратить его в марионетку! То был самый дерзкий поступок за всю мою жизнь. Но когда я увидел, что ты либо бессильна помешать мне, либо только приветствуешь возможность выйти со мной на открытый поединок, я понял, что не зря затеял твоё свержение.

— Я заставил Шимрру объявить, что найденная галактика принадлежит нам и осталось лишь взять её. Я предложил ему сделать меня своим фаворитом. Мои телепатические способности заметно возросли, а он просто исчез; только теперь, когда я стал слишком занят, прорабатывая варианты, как одолеть тебя, Шимрра — вернее то, что от него осталось, — вновь выплыл на свет.

— Когда вновь была найдена Зонама-Секот — а в этот раз она, как видно, выступила в качестве оружия, преподнесённого в дар джедаям, — я на секунду предположил, что ты и вправду испытываешь меня на прочность. Но вскоре я осознал истинное положение дел — как осознали его еретики и часть наших жрецов. Я вышел из-под твоего контроля, Йун-Харла, и ты решила уничтожить меня.

Оними пристально вгляделся в Джейну.

«Он видит меня в Силе!» — поняла она. Осознание этого потрясло её, ввергло в смятение, но при этом и подарило надежду.

— Даже сейчас я вижу в тебе этот божественный свет, Йун-Харла. Как свет Йун-Йаммки полыхает в джиидае, именуемом Скайуокер; Йун-Шуно — в джиидае по имени Джейсон; Йун-Не'Шель — в джиидае Тахири…

107
{"b":"18167","o":1}