ЛитМир - Электронная Библиотека

Для приставов, гвардии Сената и дроидов-охранников персона канцлера шла под кодовым названием «Багаж». После того как было решено отослать для разрешения кризиса на Асмеру половину контингента джедаев, начальники расчетов охраны настояли на том, чтобы Валоруму был временно имплантирован пеленгатор, чтобы они всегда знали, где он находится.

Было забавно, что ему приходилось держаться в центре внимания, в то время как все внимание Внешних территорий сосредоточено на самой идее конференции. И все же он был рад, что у него хватило здравого смысла прислушаться к совету сенатора Палпатина и не переносить сроки конференции, несмотря на происходящее в секторе Сенекс.

Еще более забавно было то, что семья Валорума внесла свой вклад в загрязнение атмосферы Эриаду, поскольку именно благодаря им труба на окраине города периодически извергала в воздух гигантские огненные шары.

Вкладом его семьи был кораблестроительный и транспортный концерн. Производственные мощности размещались как на орбите, так и на поверхности. По объему выпуска продукции концерн и рядом не стоял с «Тагге и Компания», а по объему перевозок в подметки не годился «Перевозкам Дуро», не говоря уже о Торговой Федерации. Но отчасти благодаря имени Валорумов компания всегда оставалась прибыльной.

У Валорума были родственники на Эриаду, и они наперебой предлагали ему почтить своим присутствием их дома и усадьбы. Но канцлер и здесь решил последовать совету Палпатина и остановиться в доме какого-то его знакомого.

Знакомый Палпатина Уилхуфф Таркин занимал должность лейтенант-губернатора, и из его резиденции открывался замечательный вид на неестественно голубые воды залива.

Таркин, по слухам, был человеком честолюбивым и с грандиозными амбициями. Его вилла у моря полностью этим слухам соответствовала.

Резиденция не уступала по размерам усадьбам зажиточных дальних родственников самого Валорума и была выстроена в аляповатом стиле, представляющем собой дикую смесь классицизма Центральных миров и деко-арта Провинции. Проявлялось это в высоких стенах внешних строений, куполах, золоченых колоннах и отполированных до зеркального блеска каменных полах. Но во всех этих величественных колоннадах и просторных залах было что-то холодное, безликое, официальное. Словно бы вся эта дорогая мебель и произведения искусства были выставлены здесь только для вида, а сам хозяин отдает предпочтение практичному уюту добротного космического фрахтовика.

В резиденцию Таркина Валорум вошел, окруженный кольцом гвардейцев. Сэи Тария и дюжина членов делегации Корусканта тоже шли в сопровождении охраны. За ними следовали Ади Галлия и еще трое джедаев, которые, подчиняясь пожеланию Валорума, старались держаться в тени.

Когда они вошли в здание, гвардейцы немного расступились, дав Валоруму некоторую свободу, да и то только потому, что каждый из гостей и дроидов дома был тщательно просканирован задолго до прибытия канцлера. Сам дом был от подвалов до чердаков нашпигован аппаратурой. Командир расчета охранников, который об этом позаботился, не поскупился и на то, чтобы оборудовать командный центр и штаб. На деревьях и парапетах засели снайперы, а воды залива патрулировали канонерки.

Валорум, естественно, предполагал, что ему окажут соответствующие чину почести, но к такому великосветскому приему, который ждал его на вилле, он готов не был. Они с Сэи Тария вошли в огромный бальный зал, заполненный высокопоставленными представителями миров Провинции и Внешних территорий — с Суллуста, Маластара, Беспина и Рилота. Немногие из них были преданными поклонниками Валорума, но все они очень хотели высказаться по вопросу налогообложения свободных торговых зон.

— Верховный канцлер Валорум, — сказал тот, кто все это устроил. — Для Эриаду большая честь приветствовать вас.

Хозяин дома оказался человеком заметным и необычным. Особенно поражало лицо. Вялые, невыразительные очертания рта не вязались с умными, пронзительно-голубыми глазами. Лицо было так туго обтянуто кожей, что по нему с успехом можно было изучать строение лицевых костей. Волосы над высоким лбом с ранними залысинами были аккуратно зачесаны и не менее тщательно подстрижены. Безупречная осанка выдавала несколько поколений профессиональных военных.

Валорум смутно припомнил, как ему доводилось слышать, что Таркин и в самом деле служил в армии в те времена, когда Эриаду был частью так называемых Внешних территорий.

— Сенатор Палпатин прибыл вместе с вами? — спросил лейтенант-губернатор, источая аристократическую ауру.

— Неотложные дела требовали его присутствия на Корусканте, — ответил Валорум, — но я уверен, что делегация Набу успеет к открытию конференции.

Таркин объявил собравшимся о прибытии Валорума, и они стали неспешно прогуливаться по залу. Толпа почтительно расступалась перед ними.

— Это очень редкий случай, когда лицу, вовлеченному в политическую жизнь Республики, доводится покидать Корускант, — говорил хозяин. — Это ведь своего рода тюрьма, не правда ли? Если бы мои обязанности требовали от меня постоянного присутствия на одном и том же месте, я бы по крайней мере потребовал, чтобы вокруг меня было свободно, — он очертил тонкой рукой воображаемый круг.

Валорум выдавил улыбку.

— Путешествие было коротким и необременительным.

— Да, но ведь для вас покинуть Центральные миры и забраться в такую даль — это просто из ряда вон выходящее мероприятие!

— Это просто необходимое мероприятие, — сказал Валорум.

Брови лейтенант-губернатора высоко изогнулись. Было совершенно непонятно, где у него скрываются мышцы для такой богатой мимики.

— Возможно, это и необходимо, но определенно не имеет прецедентов в прошлом. И я верю, что это говорит о вашем стремлении сделать все возможное для блага Внешних территорий, — он понизил голос и добавил: — Я надеюсь, эти беспорядки вас не очень огорчили?

Валорум нахмурился.

— Я не заметил никаких беспорядков. В космопорте была, помнится, какая-то толпа недовольных, но…

— Ах да. Конечно, вы не могли видеть никаких беспорядков, потому что маршрут вашего кортежа был изменен в последний момент.

Валорум не нашелся, что на это ответить.

— Позвольте мне сказать, как мы все были обеспокоены этой недавней попыткой покушения на вашу жизнь, верховный канцлер. Но с другой стороны, полагаю, у всех нас хватает забот на местах. У Рилота — контрабандисты, у короля Набу, Веруны — его клеветники, а у Эриаду — Торговая Федерация и возможность обложения налогом торговых путей.

Валорум и без того уже уловил несколько не слишком доброжелательных взглядов со стороны гостей дома.

— Похоже, известия о попытке покушения не прибавили мне популярности в этом зале.

Таркин величественно отмахнулся.

— В том, что касается налогообложения, мы больше всего боимся роста коррупции. Ведь тогда между теми, кто во власти, и теми, кто вне ее, добавится еще одна ступенька бюрократической лестницы. Но это вовсе не означает, что мы поддерживаем сепаратизм или поощряем открытый мятеж. Как и на многих мирах, расположенных вдоль Окраинного торгового пути, на Эриаду хватает сторонников «Невидимого фронта», но ни я, ни кто-либо еще из администрации губернатора к ним не принадлежим. Угрозе мятежа может противостоять только сильная централизованная власть. А то каждый может улучить момент и нанести удар.

Впечатление от этой пламенной обличительной речи Таркин постарался загладить, рассмеявшись с легкой самоиронией.

— Не обращайте внимания на бредни ничтожного заместителя губернатора, верховный канцлер. Кроме того, я же понимаю, что Республике вовсе не пристало отвечать жестокостью на жестокость.

— Я тоже до недавнего времени так полагала, — вдруг раздалось поблизости.

В аристократичном голоске смешались презрение и вызов. И его обладательница была, несомненно, благородного происхождения — от зубцов бесценной короны до кончика шлейфа безумно дорогого платья.

Таркин, мило улыбнувшись, предложил руку отнюдь не хрупкой женщине.

41
{"b":"18168","o":1}