ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Какой отвратительный мир, – прокомментировал командующий Малик Карр, присоединяясь к Ном Анору возле окна.

– Хатты знают его как «Сверкающую драгоценность», – бесстрастно ответил исполнитель. – Но он не без потенциала. Спутник Нар Шаддаа куда хуже – полностью опутан зданиями и техникой.

Малик Карр проворчал:

– Не вижу потенциала. Но, возможно, ваш единственный глаз видит лучше, чем пара моих.

Ном Анор изогнул губы в улыбке.

– Я нахожусь в этой Галактике уже некоторое время, командующий и научился смотреть в глубь вещей, – он слегка повернулся к Малику Карру. – Представьте Нал Хутту, скажем, лабораторией генетического экспериментирования.

Малик Карр медленно улыбнулся.

– Да-да, это я могу себе представить.

Выше, чем Ном Анор, командующий был представлен во всем своем великолепии, без углитха-маскуна или углитха-плашанника. Изрезанное лицо и обнаженная верхняя часть торса Малика Карра говорила о прославленной военной карьере. Вокруг его покатого лба была затянута вибрирующая головная ткань, чьи кисточки были вплетены в блестящие черные волосы, формируя хвост, свисавший почти до талии. Главнокомандующий Нас Чока возложил ответственность за следующую фазу завоевания на командующего, недавно прибывшего с края Галактики, где большие судна нетерпеливо ожидали, пока каста воинов завершит вторжение.

Чтобы скрыть свою личность – даже от хаттов, а также в противоположность Малику Карру, на Ном Аноре был углитх-маскун, который скрывал шрамы, наросты и подобные свидетельства его жертв богам, а также протез в пустой глазнице, в которой обычно располагался плюющий ядом плаэрйин-бол.

Малик Карр отвернулся от окна и в гневе упер руки и бока.

– Как это создание смеет заставлять нас ждать! Он совершенно не понимает, чем рискует для себя и своего жалкого мира?

– Она, командующий, – подкорректировал Ном Анор. – Сейчас, по крайней мере. Говорят, хатты двуполы. То есть в каждом соединены мужские и женские черты.

Малик Карр искоса взглянул на него.

– И именно сейчас этот – женского пола?

– Полностью женского, как вы увидите. Что до продолжительного ожидания, это не больше, чем традиция.

– Но этот прецедент…

– Не беспокойтесь насчет прецедентов. У меня есть план, как побороть эту старомодную формальность.

Когда два йуужань-вонга прошли в центр вестибюля, свита из десяти представителей почетной охраны и столько же слуг встала по стойке «смирно». На охранниках была вондуун-крабовая броня, они также имели при себе амфижезлы и обоюдоострые кауффи. Слуги женского пола были облачены в вуали, туники и плащи, которые оставляли открытыми только извилистые отметины на их обнаженных руках.

Малик Карр кивнул охранникам, когда они оживленно отдали честь, и сел на мягкую скамью. Ном Анор остался стоять. Высокий потолок приемной поддерживала дюжина величественных, хоть и старомодных колонн. Полы были изготовлены из тесаного камня, натертого до слепящего блеска, а стены украшали ткани с замысловатыми узорами.

В этот момент в вестибюль вошло обладавшее выпуклыми глазами яркозеленое двуногое существо среднего размера. Бугорчатая голова создания отличалась двойными роговидными отростками, остроконечными ушами и узким желтым гребешком. По-видимому, его длинные клиновидные пальцы были снабжены присосками.

– Родианец, – тихо сообщил Ном Анор. – Агрессивный вид, склонный к участию в войнах и охоте за головами. Этот – дворецкий у хаттов, Линик.

Линик приблизился к гостям своих хозяев, его короткая голова подергивалась.

– Борга Всемогущая готова пожаловать вам аудиенцию, – объявил он на обшегалактическом.

Малик Карр бросил на Ном Анора раздосадованный взгляд. Вся свита йуужань-вонгов встала и последовала за родианцем через огромный дверной проход, по бокам которого стояло множество неприветливого вида охранников, чьи остроконечные нижние зубы и клыки на лбу идеально подходили друг другу.

– Я предлагаю вам глубоко вздохнуть перед тем, как вы войдете, – посоветовал командующему Ном Анор.

– Запах хаттов настолько непереносим?

– Представьте себе купание в только что отрытой могиле.

Малик Карр скривил лицо и втянул воздух. Сводча-тый'потолок богатого двора был даже выше, чем в вестибюле, посередине между полом и потолком на поддерживаемом антигравитанией диване парил огромный склизень с луковичной головой, непропорционально короткие руки которого можно было бы считать рудиментами, если бы маленькие ладони, которыми они заканчивались, не манили настойчиво Малика Карра и Ном Анора. Воздухообменники работали в режиме, превышающем их возможности, но в воздухе все равно оставалось достаточно вони, чтобы командующий прослезился. Вокруг на кушетках и коврах развалились изнеженные приживальщики – музыканты, стукачи и едва одетые танцовщицы самых разнообразных видов. К одной стене цепью был прикован свирепого вида зверь; Ном Анор знал, что это было домашнее животное – кинтанский побродяжник.

Борга соблаговолила взглянуть на Ном Анора.

– Как приятно снова увидеть вас, – пророкотал ее глубокий голос. – Подойдите и сядьте рядом со мной.

Ном Анор – которого Борга знала как Педрика Куфа и который заявлял, что он всего лишь посредник между йуужань-вонгами и хаттами, – улыбнулся, не разжимая губ, и остался там, где стоял, на приличном расстоянии от репульсорной платформы. По его сигналу слуги вынесли в центр комнаты несколько богато украшенных сундуков, которые, похоже, содержали в себе дань. Ном Анор подошел к ближайшему сундуку и открыл крышку. Почти немедленно летающий диван вздрогнул и громко упал на каменный пол, едва не сбросив Боргу Всемогущую на ее шокированных подхалимов.

– Я ужасно сожалею, – извинился Ном Анор, пока раздосадованная хаттесса пыталась восстановить самообладание. – Я не знал, что йуужаньвонги принесли вам на забаву тонко настроенный довин-тягун. По-видимому, создание задела попытка вашего дивана перехитрить гравитацию, и оно решило исправить дисбаланс, захватив над ним управление.

Ном Анор был искусен в имитации субгармоники, соторая придавала оттенки языку хаттов. И все же Борге было трудно определить искренность извинения. Ее раскосые глаза с тяжелыми веками в замешательстве заморгали, потом она быстро подперла себя, сделав кольцо из своего мускулистого хвоста, покрытого фиолетовыми пятна-ми, и кивнула двум из своих слуг, чтобы они принесли стулья ее гостям. Командующий и исполнитель чинно уселись, старательно пытаясь не выказать слишком много самодовольства по поводу своей маленькой победы, хотя по лицу Малика Карра и пробежала легкая улыбка.

– Йуужань-вонги принесли и другие чудеса, – в конце концов продолжил Ном Анор.

Снова двое слуг по его сигналу поместили под рукой Борги аквариум, его мрачные воды содержали многообразные жизненные формы размером с кулак, такие, которых хаттесса никогда не видела. Борга что-то прошептала Линику, дворецкий выловил одно из животных из резервуара и осторожно откусил. Когда родианец с умеренным восторгом кивнул, Борга выхватила существо из длиннопалых рук Линика, проглотила его целиком и испустила резонирующую и продолжительную довольную отрыжку.

– Еще, – приказала она.

На этот раз Борга открыла свои челюсти так широко, что Ном Анор почти смог услышать, как живая закуска плюхнулась в огромную полость желудка. Она снова отрыгнула и провела своим мощным языком по губам и ноздрям.

– Немного похоже на карновианского молодого угря, но с намеком на терпкость, которую можно ожидать от прекрасных нала-квакш, поставляемых «Фхнарк и компанией», – произнесла она так, как мог сказать только гурман. – В общем, пойдет в пару к каким-нибудь классическим закускам из дрохов, которые готовит Зубинди Эбсук, – она перевела взгляд на Ном Анора. – Как вы на них наткнулись, Педрик Куф? На каком мире их можно найти?

– Ни на одном в этой Галактике. – Ном Анор мило улыбнулся. – Они – продукт биоинженерии.

Хаттка взглянула на Малика Карра.

– Он их создал?

9
{"b":"18170","o":1}