ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Действительно, что он вмешивается в чужую игру? – подлил масла в огонь доктор Ясенчак. – Я не первый день играю в бридж!

Еще минута, и скандал грозил разрастись. Могло дойти и до рукоприкладства. Профессор Войцеховский счел нужным вмешаться, прийти на помощь жене.

– Прошу вас, успокойтесь. О чем идет речь? Не жизнь же вы проигрываете, в самом деле! Поистине ведете себя как десятилетние мальчишки. Ну что особенного случилось? И без того видно, что шлем выигрывается, а такой великолепный игрок, как доктор, не мог, конечно, не справиться со столь простой задачей. Ты удивляешь меня, Станислав. Где твоя обычная сдержанность?…

– Стах в последнее время плохо себя чувствует, – вмешалась Мариола. – Сколько раз я советовала ему поехать хоть ненадолго куда-нибудь отдохнуть.

– И ты тоже хорош, адвокат называется… – пытался обратить в шутку неприятный эпизод Войцеховский, – одно замечание выводит тебя из равновесия. Садись на место.

Потурицкий послушно последовал совету хозяина дома.

– И меня простите за резкость. – Господин Лепато, хотя и поляк по происхождению, демонстрировал свое истинно английское воспитание.

– Предлагается всем по глотку коньяка для успокоения, – заключил профессор. – У кого какие цвета салфеток?

На передвижном столике теснилась целая батарея разных бутылок. Сюда же играющие ставили и свои бокалы, каждый на свой цветной бумажный кружок, чтобы не путать. Гостям только надо было запомнить цвет.

– У меня красный, – отозвался Ясенчак.

– Я, как всегда, на зеленом, – улыбнулся адвокат.

– У меня – белый, а у господина Лепато – желтый, я запомнила, – откликнулась Мариола.

Войцеховский не спеша разливал коньяк. Обстановка постепенно разряжалась.

– А у тебя, Стах? – спросила Эльжбета.

– Голубой, – буркнул тот.

Хозяйка подошла к столику, взяла два бокала, один подала Лехновичу и, подхватив его под руку, увлекла в сторону от играющих.

– Ты ведешь себя, как бурбон, – проговорила она тихо. – Просто стыдно за тебя.

– Прошу, прости меня, – сказал доцент, целуя хозяйке руку, – но, знаешь, я действительно в последнее время скверно себя чувствую. Не пойму толком, что со мной.

Говоря это, Лехнович залпом осушил бокал и даже передернулся от столь крепкого напитка.

Внезапная смерть игрока (часть сб.) - pic_1.jpg

Минуту он стоял неподвижно, полуоткрыв рот. Затем лицо его исказила гримаса боли, он схватился рукой за сердце, бокал упал на ковер. Доцент зашатался, рухнул на пол возле дивана и застыл в полусидячем положении, уткнувшись головой в сиденье. Глаза его были широко открыты.

Все повскакали со своих мест.

Доктор Ясенчак первым подбежал к доценту и пытался нащупать пульс.

– Помогите мне. Его надо положить на диван.

Войцеховский с англичанином подняли Лехновича и положили на диван. Доктор расслабил Лехновичу галстук, расстегнул рубашку, приложил ухо к сердцу.

– Он умирает, – ужаснулся доктор. – Срочно вызывайте «скорую помощь», попросите выслать реанимационную машину.

– Я позвоню, – отозвалась Эльжбета.

– Нет, лучше я сам. – Ясенчак прошел в библиотеку, схватил телефонную трубку и торопливо набрал нужный номер. – Говорит доктор Ясенчак. Я звоню с Президентской улицы, дом пятьдесят пять, угол Фильтровой. В квартире профессора Войцеховского у одного из гостей сердечный приступ. Думаю, острая сердечная недостаточность. Состояние крайне тяжелое. Срочно вышлите реанимационную машину. Спасибо, ждем.

Доктор снова торопливо бросился к больному, пытался нащупать пульс.

– Умер, – произнес он глухо. – Увы…

– Не может быть! – вскрикнула Мариола.

– Увы… это так.

– Его надо спасать! – с мольбой протянула руки к доктору Янина Потурицкая.

– Боюсь, уже поздно.

Эльжбета разразилась рыданиями. Ее с трудом

успокоили. Мариола тихо плакала. Остальные столпились возле дивана. На нем неподвижно лежал человек, который еще пять минут тому назад был жив.

– Может быть, искусственное дыхание? – неуверенно предложил англичанин.

– Теперь уже ничто ему не поможет.

– Какое страшное несчастье! – не могла прийти в себя Кристина Ясенчак. – Что же теперь делать?

– Надеюсь, мне удастся убедить врача «скорой помощи» забрать умершего в больницу. Это наилучший выход. Иначе Зигмунту не избежать хлопот.

– Что ты имеешь в виду?

– Внезапная смерть в чужом доме безусловно повлечет за собой проведение расследования со всеми вытекающими последствиями, то есть допрос присутствующих, вскрытие тела, постановление прокурора о выдаче тела семье и разрешение на погребение. Я сам много лет был судебно-медицинским экспертом и хорошо знаю, как все эти формальности «приятны» для семьи, для тех, у кого в доме такое случилось. Милиция рассматривает их как подозреваемых.

– Какой страшный случай! – простонал Войцеховский.

– Готовься к тому, что у тебя будет еще немало неприятностей, если мне не удастся уладить дело со «скорой помощью». Таков закон.

В эту минуту послышался сигнал «скорой помощи», затормозившей у дома. Спустя минуту в комнату вошел врач. Это был молодой человек в наброшенном на плечи белом халате с чемоданчиком в руке.

– Где больной? – спросил он, не тратя времени на формальности.

Ответа ему ждать не пришлось – он сам увидел Лехновича, лежавшего на диване.

– Коллега, – доктор Ясенчак подошел к прибывшему врачу,. – боюсь, ваше вмешательство уже не потребуется. Доцент Станислав Лехнович умер за минуту до прибытия «скорой помощи».

– Вы… – Молодой человек вопросительно взглянул на говорящего.

– Витольд Ясенчак, к вашим услугам, – доктор протянул руку.

– Жаль, что довелось познакомиться с вами, доктор, при столь печальных обстоятельствах, – сказал молодой врач. Поскольку фамилия Ясенчака, одного, пожалуй, из самых известных в Польше кардиологов, говорила очень многое, он с уважением пожал протянутую ему руку, а затем подошел к дивану.

– Да, – подтвердил он заключение Ясенчака. – Факт смерти бесспорен.

– Классический случай внезапно наступившего инфаркта, – пояснил Ясенчак. – Я сразу почувствовал, что тут ничто не поможет.

– Увы, да, – согласился врач.

– Эльжбета, детка, – обратился Ясенчак к хозяйке дома, – где бы мы могли спокойно поговорить?

– Пройдите в кабинет Зигмунта.

Оба врача поднялись на второй этаж.

ГЛАВА II. Бестактный молодой врач

Комната профессора была обставлена на редкость скромно. У одной стены стояла тахта, накрытая пестрым покрывалом, вдоль другой тянулись полки с книгами. Кроме этого, в комнате стоял огромный письменный стол, заваленный бумагами, удобное вращающееся кресло, журнальный столик и возле него два небольших кресла. Сюда и привел доктор Ясенчак своего коллегу. Усадив его в кресло, он протянул пачку американских сигарет.

– Спасибо, не курю.

– Увы, такое о себе сказать не могу. Знаю, как вреден мне табак, но ничего не могу поделать. Несколько раз пытался бросить – все напрасно. Но я, конечно, не затем вас пригласил, коллега, чтобы толковать о вреде курения, когда внизу в комнате лежит умерший человек.

– Неприятная история, – заметил молодой врач.

– Крайне неприятная. Дружеский ужин, дом полон гостей. Бридж. Небольшая ссора за карточным столом, как это нередко бывает, и вот тебе на – человек вдруг хватается за сердце. Едва мы успели уложить его на диван, и он тотчас скончался.

– Тут уж ничего не поделаешь. Даже если бы мы приехали в самый момент приступа, вряд ли удалось бы ему помочь.

– Несомненно. Но что теперь делать? – Ясенчак вопросительно взглянул на собеседника.

– Лично я здесь больше не нужен. Сообщу в милицию и вернусь в больницу на дежурство.

– Именно об этом я и хотел бы с вами поговорить.

– О чем «об этом»? – холодно спросил молодой человек.

2
{"b":"182","o":1}