ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Правительство Анны Ивановны в 1730 г., идя навстречу пожеланиям шляхетства, отменило указ о единонаследии, а в следующем году учредило Сухопутный шляхетский корпус. Контингент учащихся в нём был ограниченным, и поэтому сеть сословных учебных заведений для дворянства в последующие десятилетия значительно расширилась: Морскую академию преобразовали в Морской шляхетский кадетский корпус, а в 1762 г. Артиллерийская и Инженерная школы были реорганизованы в Артиллерийский и Инженерный шляхетские корпуса. К придворной и гражданской службе детей дворян готовил основанный в 1759 г. Пажеский корпус.

Если во времена Петра I обучение в школах считалось обременительной обязанностью, то теперь чадолюбивые родители пускались во все тяжкие, чтобы пристроить своих детей в какой-либо кадетский корпус – обучение в них стало престижным. Повинность, таким образом, превратилась в привилегию.

Одновременно с расширением сети сословных учебных заведений детям родителей, имевших свыше тысячи крепостных, разрешалось получать домашнее образование.

Правительство удовлетворило требование шляхетских проектов о сокращении срока службы. Правда, манифестом 31 декабря 1736 г. он был установлен в 25 лет, а не в 20, как того требовали дворяне. Так как манифест был обнародован во время русско-турецкой войны, то реализация его началась с 1740 г.

Дворяне, однако, тяготились и 25-летним сроком службы и добивались полного освобождения от неё. Этот вопрос интенсивно обсуждали при Елизавете Петровне, в середине 1750-х гг. И уже тогда он созрел настолько, что Манифест Петра III о вольности дворянства 18 февраля 1762 г. дословно повторял его слова.

И мелкопоместные дворяне, и дворяне, владевшие многими сотнями крепостных и поспешившие уйти в отставку, вскоре возвратились на службу – жалованье и им оказалось необходимым.

Крестьяне. К рассмотренным выше привилегиям дворянства надлежит добавить ещё одну – расширение прав на личность и результаты труда крестьянина, тоже составлявших один из краеугольных камней правительственной политики.

Труд крестьянина являлся источником благополучия его самого, государства и помещика. Из многочисленных повинностей крестьян и горожан фиксированной (размер которой был точно установлен) была одна – уплата подушной подати в 70 коп. с крестьянской души мужского пола, принадлежавшей помещику, монастырю или дворцовому ведомству, 1 руб. 10 коп. – с государственных крестьян и 1 руб. 20 коп. – с горожан.

Другая тягловая повинность крестьян и горожан – рекрутская – не была величиной постоянной и зависела от того, в мирное или военное время производились рекрутские наборы, а также от потерь на театре военных действий. К нефиксированным повинностям относились периодически производившиеся сборы драгунских лошадей, привлечение крестьян и горожан на строительные работы, на перевозку грузов и т. д.

Повинности в пользу помещика тоже не были регламентированы, но их размер постоянно увеличивался. Рост владельческих повинностей легче проследить на размере крестьянского оброка: в середине 1720-х гг. он равнялся 40 коп. с мужской души, т. е. был меньше подушной подати почти в 2 раза. На протяжении XVIII в. размер подушной подати оставался неизменным, в то время как денежный оброк постоянно повышался и к середине столетия достиг 1 – 2 руб., а к концу века – 4 – 5 руб.

Чтобы помещик имел возможность извлекать повышенный оброк или принуждать крестьянина больше времени отдавать барщине, надо было предоставить барину дополнительные права в сферах судебной, полицейской и административной. Законодательство на этот счёт крайне бедно – здесь действовал не столько закон, сколько обычное право.

Важным источником обычного права являются вотчинные инструкции приказчикам. Каждая помещичья инструкция отражала личность барина, его нравственный облик, меру образованности и милосердия. Одни из них преследовали леность и неучтивость, другие главным пороком считали пьянство, третьи – воровство и сквозь пальцы смотрели на пьянство, четвёртые бесцеремонно вторгались в семейную жизнь и т. д. Из карательной власти барина и его приказчиков исключались всего лишь три вида преступлений: политические, разбой и смертоубийство.

Было бы, однако, неправильно ограничиться изложением карательных функций барина, регламентацией хозяйственной и духовной жизни зависимых крестьян. Вотчинник выступал и в роли заботливого хозяина, беспокоившегося о благополучии крестьянской семьи, ибо понимал, что его собственное благополучие находится в прямой зависимости от достатка крестьянской семьи. Отсюда готовность помочь крестьянину, оказавшемуся в беде: при падеже скота, гибели посевов, пожаре, лишении кормильца и т. д. Подобное попечительство называется патернализмом, оно органически присуще обществу с патриархальным укладом жизни.

Покровительство дворянскому предпринимательству. Экономическая политика правительства, как и тесно связанная с ней социальная политика, тоже проводилась прежде всего в интересах дворянства. Её цель состояла в оказании помощи помещикам приспособиться к новым условиям – проникновению рыночных отношений в поместье. Помещики перестали довольствоваться реализацией на рынке излишков сельскохозяйственной продукции в первозданном виде и начали заниматься её переработкой, что приносило неизмеримо больший доход, чем продажа зерна, пеньки, шерсти и др. Важнейшей отраслью переработки сельскохозяйственного сырья было винокурение.

Поставками вина в казну в первой половине XVIII в. занимались как купцы, так и помещики, но последние вследствие обязанности нести пожизненную службу в армии лишены были возможности вплотную заняться хозяйственными заботами: в 1719 – 1725 гг. помещичьи винокурни поставляли в казну менее 1/5 вина. По мере ослабления служебных забот дворян и вовлечения их хозяйств в рыночные отношения увеличивалась способность вотчин удовлетворять спрос на вино. В начале 1750-х гг. правительство убедилось в возможности дворянских винокурен вместе с казёнными с избытком обеспечить вином питейные дворы. В результате в 1754 г. последовал указ, запрещавший купцам заниматься винокурением: им предложено было в шестимесячный срок сломать свои винокурни либо продать их дворянам. Винокурение, таким образом, объявлялось дворянской монополией, и помещики избавились от конкурентов в лице купцов.

В 1740 – 1750-е гг. было положено начало дворянскому предпринимательству и в других отраслях промышленности, где дворяне могли использовать собственное сырье на полотняных и суконных мануфактурах.

Запрещение покупать крестьян к купеческим мануфактурам. Пётр I в 1721 г. предоставил право промышленникам покупать крепостных крестьян к мануфактурам, чем нарушил монопольное право дворян на владение крепостными. Право покупки крестьян к мануфактурам было одной из важнейших привилегий промышленников из купцов, и они широко воспользовались этим правом, ибо оно обеспечивало их предприятия дешёвым трудом. К 1780 г. за мануфактурщиками числилось свыше 76 тыс. душ купленных крестьян мужского пола.

Указом 1762 г. Пётр III запретил покупку крестьян к заводам. Это запрещение имело три следствия: восстанавливалось монопольное право дворян на душевладение; дворяне-предприниматели получили преимущество перед промышленниками из купцов; третье следствие указа состояло в расширении использования наёмного труда в промышленности, что влекло в перспективе к распространению более передовых отношений в производстве.

Мануфактурщики упорно домогались восстановления утраченной привилегии, но правительство свято блюло интересы дворян и многочисленные челобитные и выступления депутатов в Уложенной комиссии 1767 – 1768 гг. оставило без последствий.

Учреждение банков. Правительство использовало ещё одно средство оказания помощи дворянам – оно обеспечило их дешёвым кредитом и тем самым избавило от опасности оказаться в цепких объятиях ростовщиков. Речь идёт о создании в 1754 г. двух банков – Дворянского и Купеческого. О предпочтительном отношении правительства к интересам дворян свидетельствуют суммы исходного капитала в банках и условия выдачи кредита: изначальный капитал Дворянского банка составлял 750 тыс. руб., в то время как Купеческого – только 500 тыс. руб.; срок погашения ссуды в Дворянском банке достигал трёх лет, в то время как в Купеческом – шести месяцев.

18
{"b":"18205","o":1}