ЛитМир - Электронная Библиотека

– Фу! – раздался у нее над самым ухом знакомый голос. – Они оставили вас в одиночестве? Вот негодяи! Ведь это все равно что забыть драгоценную жемчужину на бархатной подушечке у всех на виду и без всякой охраны. Но не страшитесь, я здесь.

Лиланд! Крохотные волоски на затылке и на обнаженных руках Дейзи встали дыбом при звуке этого голоса. В ноздри ударил запах нагретого сандалового дерева. Дейзи попыталась прогнать вспыхнувшее возбуждение.

– Любой, кто попробует схватить эту жемчужину, лишится руки, милорд, – сказала она, не открывая глаз.

– Милорд? – произнес виконт с наигранным удивлением, усаживаясь на стул рядом с Дейзи. – Но почему? Вы называете графа Джеффом, а Даффида – Даффи. Меня терзает зависть. Прошу вас, называйте меня Ли, Лиландом, пусть это будет даже Хей, если вы считаете нужным. А еще лучше, если, разумеется, хотите, зовите дорогим Ли или просто дорогим.

– Никоим образом, милорд, – ответила Дейзи по-прежнему с закрытыми глазами.

– Я вас обидел? – спросил он мягко.

Только бы попробовал, подумала Дейзи, но вслух произвела:

– Нисколько, но ведь я почти не знаю вас.

– Это легко поправимо, – возразил он. – Поговорите со мной немного.

Дейзи было бы намного легче разговаривать с ним, если бы она продолжала считать, что виконта не интересуют женщины. А теперь она чувствовала себя в его присутствии неловко и неуверенно. И дело было не только в том, что она услышала о нем от Хелены. Лиланд совершенно переменился. Раньше он был ироничным, отчужденным, вялым и оттого ничуть не интересным. Но теперь, быть может, потому, что она узнала правду о нем, или оттого, что он изменил обращение с ней самой, Лиланд казался Дейзи безусловно привлекательным.

К тому же он сейчас был рядом с ней, очень близко, и Дейзи понимала, что он хочет подобраться еще ближе. Она отлично сумела бы отделаться оттого, кто попытался бы откровенно флиртовать с ней, или от похотливого наглеца, но даже не представляла, как надо вести себя с этим элегантным аристократом. Лиланд держался дружелюбно и обаятельно, однако в речах его крылось немало намеков и двусмысленностей, воспринимать которые можно было по-разному. Дейзи никогда еще не встречала такого человека. Единственное, что ей оставалось, – это держаться естественно и обдумывать каждый шаг.

– Поговорить с вами? – спросила она. – Если бы один человек говорил другому только правду о третьем, не было бы войн.

– Очень мудрое изречение, – заметил Лиланд.

– Не мое, – сказала Дейзи. – Отец часто повторял его. Но как вы уже знаете, сам он не был мудрецом.

– Что, я полагаю, подтверждает верность вашей точки зрения, – сказал Лиланд. – Прошу прощения, вы собираетесь открыть глаза? Или мой вид ослепил вас?

– Я просто стараюсь привыкнуть к темноте, – солгала Дейзи. – Даффид говорил, что, если предварительно закрыть глаза, фейерверк покажется более ярким.

– Совершенно верно. За исключением того, что фейерверки начнут пускать не ранее чем через час. Вы можете уснуть до того времени.

– Не засну, если вы будете говорить со мной.

Он рассмеялся веселым искренним смехом.

– Но я непременно должен продолжить разговор. Ведь я и только я, сижу здесь, возле вас. К счастью, граф заметил, что я вернулся. Что он подумал бы обо мне, если бы я снова ушел? Я английский джентльмен, и мне не пристало оставлять леди в одиночестве в столь поздний час.

– Я не леди, – сказала Дейзи.

– Видите ли, – заговорил виконт с подчеркнутой любезностью, – даже рискуя показаться невежливым, я все-таки позволю напомнить вам, что вы были рождены леди и продолжали оставаться ею в дальнейшем. То, что произошло с вами в юности, ничего не меняет. Не может изменить.

Глаза ее раскрылись и полыхнули огнем.

– То, что случилось, изменило меня навсегда, милорд. Попробуй вы пожить в Ньюгейте, после чего вас переведут в плавучую тюрьму и отправят в дальнее плавание, попытайтесь выжить среди отпетых подонков, а потом вступить в брак с... Но хватит, извините, – прервала она свою страстную речь, удержавшись от еще более горьких слов. – Добавлю только, что и вы стали бы другим человеком. Я больше не могу считать себя леди.

– Тогда выходит, что и граф не джентльмен, не так ли?

– Ничего подобного. Он, разумеется, джентльмен. Всегда им был и будет.

Лиланд усмехнулся:

– Да. Но это применимо и к вам. Замечу кстати, что существуют леди порождению, которые навсегда остаются простолюдинками, и есть простолюдинки, которые всю жизнь ведут себя как настоящие леди, что бы ни утверждали по этому поводу представители моего класса. Такого не изменишь. Вы ничего не можете с этим поделать. И перестаньте это отрицать. Ведь вы не хотите, чтобы граф начал верить таким вашим утверждениям?

При свете лампиона цвет его глаз казался похожим на тот, какой появляется на небе, когда день переходит в ночь. Но взгляд Лиланда был теплым, человечным и словно бы проникал в душу Дейзи.

Она вздрогнула, внезапно ощутив, что ей хочется отдаться этому покоряющему теплу, и поспешила напомнить себе, что перед ней мужчина, не лучше тех, кого она знала, а может, и хуже, поскольку он вынудил ее забыть об этом, пусть и не надолго.

– Джефф меня знает, – сказала она, опуская глаза. – Я не пытаюсь обмануть его. Да и не смогла бы. Если он считает меня леди, это замечательно. Постараюсь оправдать его мнение.

– Дело не в старании. И не в наружности или манерах, – возразил Лиланд. – Честь, совесть и сердце – вот что имеет первостепенное значение для леди и джентльменов. Но в так называемом высшем обществе это всего лишь слова, не более. Моя собственная мама, которая, к счастью, слишком занята, чтобы вмешиваться в нашу жизнь, мнит себя леди самого высшего сорта. Но она ошибается, до этого ей далеко. Джефф – джентльмен не только по рождению. А вы леди, даже если не рождены для титула.

– А вы? – спросила Дейзи, невольно поднимая на него глаза – она не смогла удержаться от этого.

– Ах, я? – Лиланд, кажется, удивился вопросу. Улыбка его сделалась печальной. – Право, не знаю. Стремлюсь быть джентльменом. В самом деле. Но знать не могу. Даст Бог, вы скажете мне об этом, когда поближе познакомитесь со мной. А это случится, миссис Таннер, я уверен.

Дейзи не поняла, что это – обещание или угроза. И вопреки всему, что она задумывала, чувствовала и знала, была напугана и приняла слова виконта как вызов.

Глава 8

– Ну как, вы готовы идти любоваться фейерверком? – спросил у Дейзи граф, вернувшись к их столику.

– Идти?

Дейзи взмахнула ресницами и повернула голову, отводя глаза от упорного, застывшего взгляда виконта. Щеки у нее вспыхнули. Слова Джеффа вывели ее из состояния странной завороженности, и Дейзи вдруг почувствовала себя так, словно ее поймали на чем-то недозволенном.

– Ах да. – Она подхватила свою шаль и вскочила со стула с такой поспешностью, словно он под ней загорелся. – Но почему идти?

– Потому что, хотя фейерверки можно увидеть и отсюда, они гораздо эффектнее, если их наблюдать с другого места, – пояснил граф. – Я не хотел слишком торопить вас, но встретил Даффида, и он сказал, что направляется сюда немедленно. Нам, кстати, надо подождать вашу компаньонку. Ведь ей пора бы уже вернуться, как вам кажется?

– Как же это глупо с моей стороны! – воскликнула Дейзи. – Разумеется, пора! Она ушла в дамскую комнату, я не знаю, где это, и до сих пор не вернулась, а я и не заметила. Закорми собаку получше, и она забудет про улицы, – пробормотала она последнюю фразу себе под нос и снова заговорила в полный голос: – Женщине никак не следует ходить где бы то ни было в одиночку в такое позднее время. Тем более такому хрупкому созданию, как Хелена. И о чем я только думала? Кто пойдет вместе со мной искать ее?

Лиланд посмотрел на нее с удивлением.

– Я готов, если вы считаете, что это нужно. Но не волнуйтесь. Подозрительным личностям вход сюда закрыт. С Хеленой все будет в порядке.

22
{"b":"18210","o":1}