ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Закон торговца
Вишня во льду
Дети судного Часа
Анна Болейн. Страсть короля
Миф. Греческие мифы в пересказе
Шаман. Похищенные
Библия триатлета. Исчерпывающее руководство
Полночный соблазн
Второй шанс

Она и в самом деле улыбнулась, и Лиланд ответил ей теплой, искренней улыбкой. Взгляды их встретились, обоим стало ясно, что шутка понята и оценена по достоинству. Для Дейзи то был момент глубоко личного взаимопонимания, она не испытывала этого чувства, с тех пор как была еще совсем юной девушкой и могла в случае необходимости говорить с лучшей подругой на этом тайном, безмолвном языке. Когда она осознала это секундой позже, глаза ее широко раскрылись от волнения.

Что за человек этот мужчина? Его никак нельзя назвать красивым, о нет, однако Дейзи чем дальше, тем больше завораживали его загадочные взгляды исподтишка. Она провела много лет в местах, где женщины составляли меньшинство населения, и полагала, что видела и знала мужчин во всем их разнообразии, но таких, как Лиланд, не встретила ни разу. Манерный, порой почти жеманный, но вместе с тем веселый и полный какой-то умной злости. Говорит так же легко, как двигается, и кажется, ничего не принимает всерьез, кроме моды. Но при всем том он сильный и мужественный.

Вероятно, все дело в несходстве между ним и мужчинами, которых она знавала прежде. Дейзи надеялась, что со временем, когда она сведет знакомство с другими людьми такого склада, то и к виконту станет относиться благодушно, а не с той странной смесью удовольствия и беспокойства, которая возникает у нее от каждого его взгляда. Как, например, сейчас, когда он наблюдает за ней с невеселой усмешкой и даже состраданием.

Лиланд отвернулся, и у Дейзи стало легче на душе.

– Ну как, есть какие-нибудь новые соображения насчет моего противника? – спросил он у графа.

– Нет. А у вас?

– Никаких, – сказал Лиланд. – Я горжусь своими врагами. В конце концов, не только те, с кем ты дружишь, служат мерилом твоей оценки в глазах окружающих. Враги у меня, скажу вам, тоже высший класс. – Едва стих вызванный его словами общий смех, Лиланд продолжал: – Во всяком случае, враги мои чистосердечны, и никто из них не стал бы платить наемному убийце. Чем больше я думаю об этом происшествии, тем больше склоняюсь к тому, что это несчастный случай. В Лондоне полным-полно воров, и далеко не все они мастера своего дела. Но, Дейзи, – снова обратился он к ней, глядя ей в глаза твердо и серьезно, – прошу вас, будьте очень осторожны. По крайней мере, до тех пор, пока мы в этом не разберемся до конца.

– Я согласна, – ответила Дейзи, вздернув подбородок.

– Готов держать пари, что это так и есть, – сказал Лиланд, – но я не хочу, чтобы вы подвергались испытаниям. Что касается меня, то думаю, к концу недели я уже буду в состоянии показаться на людях. Появлюсь ли я в театре или на приеме? Быть может, на балу? У меня есть приглашение на восхитительный бал. Я еще не отправлял в этот дом свою визитную карточку.

Дейзи принялась обдумывать услышанное. Она хотела попасть в такое место, где присутствовал бы и граф, чтобы понять, может ли она войти в его мирок. Она еще не была уверена, что готова к такому испытанию. Дело не в подходящих к случаю платьях. Если она поймет, что полностью оскандалилась, ей придется, как это ни печально, покинуть Джеффа. Она очень хотела, чтобы он стал ее мужем, но это вовсе не значило, что она вправе обременить его женой, которая не будет принята в обществе. Уж она-то знала, каково это – быть изгоем, и не пожелала бы такой участи никому из тех, кого любила.

– Но вы уж точно пока не сможете танцевать, – запротестовал граф.

– Верно, только я всегда к этому не готов. Танцую лишь по обязанности, это совершенно недоступное мне искусство. Если мне случается в деревне вступить в круг танцующих, то я выгляжу как пугало на ветру, а пытаясь исполнить менуэт, делаюсь похожим на палку от щетки, на которую зачем-то надели штаны. Простите, – извинился он, обращаясь к Хелене, которая, как он заметил, с трудом удерживалась от смеха. – Мне следовало поберечь нежные ушки моих слушательниц, мэм. Но все же я мог бы танцевать на балу, о котором сказал вам, если бы, конечно, захотел. А если нет, то уж флирт ни в коей мере не истощил бы мои силы, такое занятие по мне, лучше не придумаешь. Есть и еще одно преимущество в моем положении: после нападения я стал такой сенсацией, что мы могли бы взять с собой Дейзи на самый фешенебельный прием, и никто не посмел бы взглянуть на нее без должного уважения. Все только и таращили бы глаза на меня. Ведь вы не против того, чтобы стать царицей бала? – спросил он у Дейзи.

Она готова была поклясться, что он угадал ее мысли.

– Нет, – ответила она. – Никоим образом.

– Я не уверен, что врач позволит вам поехать на бал, – сказал граф. – Но если вы хотите этого добиться, нам придется немедленно покинуть вас. Доктор велел вам отдыхать, этим вы и должны заниматься до его следующего визита.

– Увы! – воскликнул Лиланд, снова откинувшись на подушки. – И вы не пустите ко мне в спальню еще хоть парочку молодых прелестных леди? Это меня убьет, клянусь вам! Если я и выживу, то лишь потому, что стану готовиться к субботнему вечеру. Дейзи, вы оставите один вальс для меня?

Голос Лиланда просил больше, чем о вальсе, и глаза тоже. Она была не в состоянии произнести «да», потому что вдруг представила себя в его объятиях.

– Я не танцевала уже несколько лет, – выговорила наконец она.

Лиланд махнул рукой.

– Вы все вспомните, как только услышите музыку. А я бесконечно терпелив. Ну?

– Благодарю, я согласна. Мне будет приятно, – солгала Дейзи.

Лиланд усмехнулся, и Дейзи догадалась, что он ее понял.

Едва Дейзи ушла, Лиланд смежил веки. Он чувствовал, как согревала игра солнечных лучей его лицо, и старался вообразить тепло ее тела возле себя. Он не знал, ощутит ли когда-нибудь это в действительности, потому что сегодня он почему-то испугал ее и не мог понять, чем именно.

У него репутация распутника, что верно, то верно. Но почему она должна этого бояться? Особенно если вспомнить о том, откуда она приехала. При всех своих пороках он, безусловно, джентльмен. Она должна понимать, что он никогда и ни к чему не станет ее принуждать. Сам он не уверен, Что так уж развратен, просто получил мнение света и для собственной забавы хотел его оправдывать в глазах окружающих.

Лиланд любил любовь. Радость обладания женским телом была настоящим чудом, которое позволяло ему забыть о себе, и уже само это было еще одной немалой диковиной. Игра в любовь, флирт, ухаживание и вызов, влечение и наслаждение всегда и неизменно восхищали его.

Он не знал, понимает ли Дейзи, что флиртует с ним. Однако она это делала великолепно, пока он не испугал ее. Это удивило его. Была ли у нее какая-то постыдная тайна? Имела ли она отношение к тому, что Дейзи его сторонилась и всячески стремилась увлечь Джеффа?

Было бы очень важно ради Джеффа решить сию загадку. Лиланд вдруг расхохотался.

– Милорд? – вопросительно произнес слуга, убиравший комнату. – Что с вами?

– Ничего, – ответил Лиланд и открыл глаза. – Меня просто позабавила ложь, которую я сам для себя сочинил. Должно быть, подействовало лекарство от боли, которое дат мне наш добрый доктор. И вот что я тебе скажу: дай мне еще немного этого зелья, чтобы я поскорее уснул. Мне надо готовиться к танцам.

Глава 10

Дейзи в последний раз посмотрела на себя в зеркало. Она собиралась после завтрака нанести следующий визит Джеффу и виконту и хотела выглядеть элегантно и легко одетой в это теплое летнее утро. Волосы были гладко зачесаны со лба на затылок и перетянуты лентой так, что их вьющиеся концы падали на плечи пышными локонами. Платье пестренькое – на желтом фоне розовые цветочки и мелкие зеленые листики. Зонтик подобран соответствующий, однако Дейзи, к своему сожалению, вынуждена была держать его в футляре. Она еще недостаточно усвоила манеры леди из высшего света и не умела обращаться с зонтиком так непринужденно, как это делали они, то раскрывая его над головой для защиты от солнца, то перекидывая за спину, то снова складывая и кокетливо им поигрывая. То же относилось и к умению изъясняться на особом языке движений, придуманных для веера, который Дейзи пока еще только готовилась усвоить.

28
{"b":"18210","o":1}