ЛитМир - Электронная Библиотека

— Прекрасно! — Эрик пожал Рафу руку. Драм коснулся руки Бренны.

— Желаю вам всего наилучшего. Думаю, Рафу очень повезло.

Его голубые глаза светились искренней радостью. — Вы не можете знать этого, — ответила Бренна. — Тем не менее благодарю вас.

— В таких случаях обычно произносят банальные фразы, но всякий, кто знает меня, скажет, что я ненавижу их. Сейчас я говорю правду. Только, пожалуйста, будьте добры к нему, — добавил он со своей ироничной улыбкой. — Рафу редко приходилось видеть доброту.

— Будь я добра, то, вероятно, отказала бы ему. Ведь вам все известно. — Бренна с мольбой посмотрела на Драма. — Разве я поступила достойно, приняв его предложение?

— Достойно? — переспросил Раф, услышав ее слова. Он рассмеялся. — В любви, как и на войне, все достойно.

Бренна пыталась понять, серьезно ли Раф относится к их браку. Но лицо его было непроницаемым. Он снова взял ее за руку и повел в дом, чтобы сообщить родителям радостную новость.

Глава 13

Обед закончился. Раф и Бренна перешли в гостиную и остались наедине, пользуясь привилегией помолвленной пары. Они сели рядом у камина, и Раф, скрестив свои длинные ноги, непринужденно положил руку на спинку дивана. Он держался спокойно, хотя Бренна заметила, что пальцы его отстукивают дробь по подлокотнику.

После того как они объявили о своей помолвке, Раф писал приглашения на свадьбу, а сейчас они обсуждали свои планы.

— Незачем тянуть с обручением, — сказал Раф.

— Но излишняя поспешность вызовет всякие толки, — возразила Бренна.

Он приподнял брови.

— Думаешь, их сейчас мало? Она опустила глаза.

— До объявления в церкви о предстоящем браке пройдет три недели, — продолжал Раф. — Еще три нужно, чтобы приготовиться к свадьбе. За это время все свыкнутся с мыслью о твоем замужестве.

— Но зачем такая спешка?

— А почему ты возражаешь?

— Хочу дать тебе время обдумать все как следует еще раз.

— Я редко меняю свои решения. Это один из моих самых больших недостатков. А какой твой главный недостаток?

— Что?

— Главный недостаток.

— Полагаю, импульсивность. Нет, скорее желание поступать вопреки своим обещаниям, хотя я всегда держу слово. Впрочем, это не главный недостаток. — Бренна задумалась. — Хуже всего моя непомерная гордость! Эрик прав. Я предпочитаю справляться со своими бедами сама, так, чтобы об этом никто не знал. Кроме того, часто подозреваю, что мне нанесли оскорбление, хотя никто не имел в виду ничего подобного.

Раф ласково взял ее руку в свои ладони.

— Значит, ты очень ранима и часто обижаешься без причины? Это вполне терпимые недостатки.

Бренна покраснела.

— Ну, есть еще один: я грызу ногти.

— Ерунда! Вот если бы ты грызла чужие ногти, тогда это был бы действительно недостаток. А свои? Наверное, это просто привычка.

Бренна увидела, что Раф улыбается. Она тоже рассмеялась.

— По-видимому, насмешливость ты не относишь к своим недостаткам?

— Это, скорее, достоинство, — отозвался Раф, положив руку на ее плечо.

Бренна вздрогнула, а он наклонился и коснулся губами ее лба. Затем двинулся ниже, но она отстранилась.

— Нет, пожалуйста, не сейчас. — Она покачала головой. — Известно, к чему это ведет. Я еще слишком мало знаю тебя. Расскажи о себе побольше.

— Я обычный человек, Брен, и мне почти нечего рассказывать о себе.

— Тогда о твоей семье.

— О, что касается семьи, здесь есть о чем поговорить. Мой брат — весьма достойный человек. Он наследник и не похож на меня: блондин и очень образованный. Он джентльмен во всех отношениях — любит лошадей и занимается науками, прекрасно одевается, и у него всегда холеный вид. Мать обожает его, а отец им гордится.

— А ты?

— Мы давно расстались. — Увидев выражение лица Бренны, Раф рассмеялся. — О нет! Мы не в ссоре. Просто не понимаем друг друга, да в этом и нет необходимости. Он имеет титул и наследует поместье, а я обеспечил себя самостоятельно. Между нами нет ни любви, ни вражды. Так что не беспокойся — мы остаемся братьями. Я написал письмо своей семье и сообщил о нашей предстоящей свадьбе. Уверен, ты понравишься им, и надеюсь, они тебе тоже.

— А что другие члены семьи? — спросила Бренна.

— У меня были две сестры, но обе умерли в раннем детстве. Был и дядя, оставивший мне в наследство поместье в Кенте и городской дом в Лондоне. Есть еще несколько дядюшек и тетушек, а также дюжина кузенов и кузин. Некоторые из кузенов занимаются государственными делами. Наше семейство довольно разрозненно и не поддерживает близких отношений. Так будет, пока мой брат не женится, а это произойдет, когда он найдет образец красоты и добродетели. И конечно, после того, как ты и я пополним семейный клан. — Раф коснулся пальцами ее щеки. — Кроме того, я хочу иметь детей. Я был бы неискренен, если бы не сказал, как мечтаю завести их с тобой.

Другие мужчины часто говорили Бренне о своем желании, но она никогда не испытывала такого волнения. Раф был лаконичен, однако его слова доходили до самого сердца — краткие, ясные и прямые.

Он обнял и поцеловал Бренну. Прошло несколько минут, прежде чем ее руки соскользнули с его плеч и уперлись ему в грудь. Он покорно отстранился, но в глазах его застыл немой вопрос.

— Я еще мало знаю тебя, — повторила она, потрясенная тем, как откликнулось ее тело на ласку Рафа. — Мы ведь едва знакомы.

Раф кивнул:

— Верно. Прошу прощения. Видишь ли, как это ни странно, но я новичок в любовных делах. То есть я, конечно, знал женщин, но никогда не имел возлюбленной. Нет, и это неправда. С одними женщинами я дружил, с другими состоял в близких отношениях, но это редко сочеталось. Проклятие! Не могу ясно выразиться!

— Ты все превосходно объяснил, — рассмеялась Бренна.

— Хорошо, — продолжил Раф, радуясь ее оживлению. — В таком случае мы должны поскорее узнать друг друга. Начнем с тебя. Твой любимый цвет? Любимое блюдо? Любимая песня, книга? А когда мы все это выясним, можно еще раз поцеловаться?

Раф и Драм остались у Фордов почти на месяц, к удовольствию Эрика и его отца. Они совершали верховые прогулки, охотились и предавались воспоминаниям. Бренна же была занята подготовкой к предстоящей свадьбе.

Все разговоры с Рафом касались главным образом этих планов. Они, конечно, вели беседы и на другие темы, узнавая друг друга. Это были обыденные вопросы, и разговор, как правило, шел в обществе близких, часто вызывая общий смех. Но самые важные вещи они обсуждали, оставшись наедине, что в последнее время происходило почти каждый вечер.

— Нет, — сказал Раф Бренне, когда однажды они сидели в гостиной у камина. — Пойми наконец, я не привязан к Аннабел и не думаю о ней постоянно. Скорее это делаешь ты. С ней все кончено, и я уже успокоился. Пора и тебе перестать говорить о ней. Нет больше повода для возобновления наших отношений. Я не утверждаю, что она не нравится мне. Нравится. Но огонь в сердце мужчины гаснет, если его не поддерживать. Так произошло и со мной, и впредь я не допущу, чтобы этот огонь поглощал меня.

— Любовь — чувство, которому трудно противостоять, — грустно заметила Бренна.

Раф замер. Обычно она избегала эту тему.

— С тобой тоже такое происходит? — осторожно спросил он, Бренна пожала плечами,

— Ты хочешь знать, думаю ли я о Томасе, моем женихе? Нет, это не то, что ты имеешь в виду. Я действительно любила его, — призналась она, — Он был молод, и мы строили планы совместной жизни. Когда он погиб, мне казалось, что я никогда никого не полюблю. Более того, меня терзали угрызения совести, оттого что я здесь, живая, а он — нет. Чувство вины так угнетало меня, что я… — Бренна потупилась, — в конце концов перестала любить его.

— Твоя семья была права, что не отпустила тебя вслед за ним, — сказал Раф. — И Томас поступил правильно, настояв на том, чтобы ты осталась дома. Конечно, мужчине хорошо, когда женщина следует за войском, но для женщины это очень тяжело. Она испытывает непомерные трудности и стареет раньше времени. Я часто наблюдал это. Солдатские жены ждут мужей и постоянно беспокоятся. Они живут в палатках или снимают жилье неподалеку от фронта. Они проводят в таких условиях полжизни, ожидая весточки от мужей или их коротких визитов. Это несправедливо.

28
{"b":"18216","o":1}