ЛитМир - Электронная Библиотека

— Она сильная женщина. Я уверен, она скоро поправится, — сказал Мэтт.

Старушка кивнула.

— Будем надеяться. Что ж, я пойду. На плите остался томатный суп. Мне-то и в голову не пришло что-нибудь вам приготовить. Там молоко и апельсиновый сок в холодильнике, немного сыра и полцыпленка, и еще в кладовке хлеб, который твоя мама пекла. Комната для тебя готова.

— Большое спасибо. Я очень благодарен вам за все, что вы сделали. Давайте, я отвезу вас домой, миссис Морли; вы, должно быть, устали, — предложил Мэтт, взяв старушку за руку и проводив ее до машины.

Обернувшись, он обратился к Бьянке:

— Бьянка, ты подожди меня, а пока выпей чего-нибудь. Я скоро. Миссис Морли живет неподалеку, на другом конце аллеи. Ты, наверное, проголодалась. Как только я вернусь, мы сразу поужинаем.

Она проводила взглядом его спортивный автомобиль, промчавшийся по аллее, словно комета, туда, где за деревьями виднелся темный прямоугольник крыши.

Машина сбавила ход и остановилась, Мэтт вылез, его длинная тень падала на дорогу в серебряном свете луны. Бьянка смотрела на него еще несколько секунд, прислушиваясь к трепету своего сердца, к волнующему жару, нарастающему внутри ее тела.

Что с ней происходит? Как он умудряется производить на нее такое сильное впечатление?

Разозлившись, Бьянка торопливо повернулась и вошла в здание. Она остановилась в прихожей с белыми стенами и черными потолочными балками, слушая шорохи, впитывая атмосферу дома. Где-то очень громко тикали часы. Старые стены поскрипывали. Дом жил и был настороже.

Ее взгляд привлек огромный каменный камин с железной решеткой, облицованный бело-голубой керамической плиткой с изображениями рыбаков и гуляющих в саду дам в длинных платьях. На каминной полке стояла высокая темно-синяя ваза с весенними цветами — сиренью, белыми тюльпанами и желтыми азалиями. Запах сирени казался слишком тяжелым.

Девочка, по-видимому, крепко спала. Сверху не доносилось ни звука.

Бьянка прошла по коридору и оказалась в просторной, современной, очень удобной кухне. В эту комнату с зелеными стенами и ярко-желтыми шкафами приятно, наверное, заходить по утрам — такое сочетание цветов способно поднять настроение даже в самую ненастную погоду.

Она наполнила водой электрический чайник и включила его в сеть, затем достала две кружки из буфета, занимающего почти всю стену. Этот буфет из золотистой сосны, уставленный тарелками, керамическими горшочками и чайничками для заварки, выглядел совсем по-деревенски. Кто выбирал посуду — жена Мэтта или его мать?

Пока чайник закипал, Бьянка заглянула в соседнюю комнату — со вкусом обставленную столовую, посредине которой красовался прямоугольный стол из красного дерева с резными ножками.

Стоя на пороге, Бьянка осмотрела остальную мебель, выдержанную в том же стиле, изящную люстру и потолок, украшенный лепными розами. Комната имела весьма старомодный облик. На длинном журнальном столике были расставлены снимки в серебряных рамочках. Среди них Бьянка заметила и свадебные фотографии: рядом с Мэттом стояла смеющаяся девушка в длинном белом платье и с развевающейся на ветру фатой.

Какой она была, эта счастливая невеста? Ее нельзя было назвать красивой, но она обладала тем типом женской привлекательности, который складывается из хрупкости и чистоты. Ее глаза были огромными и нежными. Казалось, ее любви хватило бы на весь мир.

Почему Мэтт Харн бывает здесь так редко? Если этот дом навевает тягостные воспоминания, то почему не продать его? Или Мэтт до сих пор не смирился с потерей жены?

Бьянка, нахмурившись, отвернулась. Боль утраты лечит только время. Ей это хорошо известно.

Сколько времени прошло, прежде чем она смогла вернуться к жизни после маминой смерти и ухода отца?

Она услышала шаги на крыльце и скрип закрывающейся двери, и поспешила на кухню, к кипящему чайнику.

Мэтта Харна она встретила вежливой улыбкой.

— Что ты хочешь, чай или кофе? И что делать с супом?

— Кофе, пожалуйста; я без него жить не могу. А что касается ужина, тебя устроит суп и салат с цыпленком?

— Вполне устроит.

— Ты очень удобная гостья.

Бьянку обидел его насмешливый тон. Она гневно сверкнула глазами, и Мэтт рассмеялся.

— Чего это ты так смотришь?

— А тебе обязательно быть таким язвительным?

Он удивленно поднял брови.

— Тебе так показалось? Я вовсе не хотел тебя обидеть. Я очень благодарен тебе за то, как ты себя повела. Это огромный талант — уметь приспосабливаться к обстоятельствам. — И он улыбнулся.

Бьянка хотела остаться равнодушной к его очаровательной улыбке, но тело отреагировало помимо ее воли.

— Что? — переспросил он.

— Я согласна с тобой, — пробормотала Бьянка, отвернувшись, чтобы скрыть от него пылающее лицо.

Не обратив внимания на ее реакцию, Мэтт продолжил:

— Слушай, если поставишь суп разогреваться, я сбегаю наверх проведать Лизу, а потом вернусь и сделаю салат.

— Я и сама справлюсь.

— Нет, не надо. Не бойся, я не собираюсь взвалить на тебя всю работу. Ты же моя гостья.

— Ладно, — согласилась Бьянка, зажигая конфорку под кастрюлей с супом.

Проходя мимо, Мэтт неожиданно провел пальцем по ее затылку. Бьянка с яростью обернулась.

— Какого черта ты вытворяешь?

Мэтт удивился:

— Прости; не удержался от соблазна. У тебя очень красивая шея, и мне захотелось ее потрогать.

Взгляд ее зеленых глаз не стал дружелюбнее.

— В таком возрасте пора уже научиться бороться с соблазнами. Не распускайте руки, мистер Харн, или я вызову такси.

Мэтт попятился, подняв ладони кверху.

— Простите, мисс. Я больше не буду, мисс, обещаю.

Он ушел, и Бьянка села, неожиданно обнаружив, что ноги ее не держат. Это могла быть усталость после долгой, изнурительной рабочей недели, но Бьянка знала, что причина в другом.

Она не могла остаться здесь на ночь. Подумать только — она дрожит, как осиновый лист, после одного-единственного прикосновения! Ее неожиданное предложение помощи было вызвано жалостью к Мэтту и к его маленькой дочери. Но откуда ей было знать о подстерегающей ее опасности? Ничего подобного с ней раньше не случалось. До сих пор ей без труда удавалось удерживать мужчин на расстоянии… но и такие мужчины, как Мэтт Харн, ей раньше не попадались.

Он был взрывчаткой, а она — детонатором. Достаточно одной искры, и все взорвется к чертям.

Бьянка глядела в пустоту, пытаясь унять дрожь, успокоить лихорадочно бьющееся сердце и заставить себя дышать ровнее.

Если одно прикосновение вызвало в ней такую бурю, что случилось бы, зайди он чуть дальше?

Слава богу, Дон ничего не знает. Он захотел бы, чтобы она воспользовалась сложившейся ситуацией. Ему бы это понравилось.

Хватит думать. Уж лучше заняться делом. Бьянка заставила себя подняться, быстрым шагом прошлась по кухне, помешала суп, заглянула в холодильник и начала доставать продукты для салата.

К возвращению Мэтта ужин был почти готов. Когда он вошел в кухню, Бьянка размешивала содержимое салатницы деревянной ложкой с ручкой в виде головки ангела. Салат состоял из помидоров, мелко нарезанного огурца, редиски, зелени и соуса, который Бьянка приготовила собственноручно из оливкового масла, уксуса, горчицы и щепотки сахара.

— Я сам собирался это сделать! — воскликнул Мэтт, сунув в рот кусок помидора. — Гмм, отличный соус. Но все-таки, тебе не стоило за это браться. Я пригласил тебя не для того, чтобы ты здесь готовила!

— Но ты ведь заранее не знал, как все обернется. Ты не подашь цыпленка?

— Оставить его холодным, или сунуть в микроволновку?

— Как хочешь. А что с твоей дочерью?

— Дрыхнет, как сурок. По-моему, она способна проспать все на свете. Хотелось бы мне спать так же крепко, а то я в последнее время мучаюсь бессонницей.

«С тех пор, как умерла жена? — подумала Бьянка, глядя, как он ставит в микроволновку деревянное блюдо с цыпленком. — Неужели он однолюб? Бывали ли здесь другие женщины в эти три года, прошедшие после смерти его жены?»

8
{"b":"18231","o":1}