ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Лошадь, которая потеряла очки
Мужчины с Марса, женщины с Венеры… работают вместе!
Дорога домой
Это слово – Убийство
Результатники и процессники: Результаты, создаваемые сотрудниками
#Как перестать быть овцой. Избавление от страдашек. Шаг за шагом
Личный бренд с нуля. Как заполучить признание, популярность, славу, когда ты ничего не знаешь о персональном PR
День коронации (сборник)
Девочки-мотыльки
A
A

Шелби кивнул.

– Как и твой брат. – Он задумался на секунду, а затем сказал: – На твоем месте я бы послушался совета: иди-ка ты назад к черту или откуда ты там еще прибыл! Твой брат не хочет видеть тебя. Ты представляешь, каково ему: ведь он осознает, что его дом спасла для него Минна! Минна, да еще то, что ты на стороне северян! Если бы не это, Риверглен был бы потерян, а Берк остался бы без дома. – Глаза Шелби сверкнули фанатичным огнем. – Ты ведь не знаешь, что такое – испытывать чувство стыда, не правда ли, Дейк? Посмотри на этих негров в форме на углу улицы. Некоторые из них принадлежали мне. Я их купил, заплатил за них! Черт, они могли быть и твоими! А ты знаешь, почему они здесь стоят? Чтобы мы стыдились! Федералисты завербовали их, чтобы они нами правили!

Дейк осмотрелся, размышляя, как бы остановить пламенную речь Шелби, пока она не стала взрывоопасной.

– Так ты сказал, моего брата ранили?

– Ранили – не то слово.

Дейк окаменел. Он кивнул Шелби, чтобы тот продолжал.

– Берк потерял обе ноги. Одну – по колено, другую – по бедро.

Несмотря на то, что Шелби стоял рядом и видел его, Дейк на секунду закрыл глаза, пораженный этой новостью. Его разум отказывался верить тому, что его всегда подвижный брат изуродован и останется прикованным к инвалидному креслу на всю жизнь. Но он видел слишком много людей с подобными ранениями, чтобы не поверить этому.

– Послушай меня, Рид. Проваливай отсюда. Поезжай на север. Твое место там.

Дейк не мог не обратить внимание на то, как изменились глаза Шелби Гилмора.

– Здесь мой дом. Я никуда не поеду.

Два солдата-федералиста пересекли улицу и прошли мимо них. Гилмор пренебрежительно посмотрел на них, а потом повернулся к Дейку.

– Вот двое таких же, как ты, Дейк! Думаю, мне не стоит стоять тут и дышать с такими, как янки, одним воздухом.

И не сказав ни слова на прощанье, Шелби Гилмор пришпорил коня и поскакал галопом вниз по улице.

К Дейку приблизились военные, один из которых был капралом. Рид хотел было отдать им честь, но потом просто кивнул и протянул руку для приветствия.

– Я – Дейк Рид, бывший капитан Юнионистских войск. Был приписан к форту Додж в Канзасе. Я демобилизовался примерно месяц назад.

Приветствие Дейка было встречено с обычным для военных лет скептицизмом и сомнением. Часто северяне не доверяли ему из-за южного акцента. Рид подождал, пока капрал смерил его взглядом, явно сомневаясь в его словах.

– Что вы делаете здесь, в Декейтере?

– Я из Риверглена, плантации на реке.

– Сомневаюсь, что она все еще цела, – добавил один из военных.

– Джентльмен, который только что ускакал отсюда, уверял меня, что это так, – сказал Рид.

Второй военный, стоявший за капралом, посмотрел в направлении, куда поскакал Шелби Гилмор.

– Этот джентльмен, – сказал капрал, – подозревается в том, что состоит в «комитете бдительности», организованном два года назад. Они называют себя Ку-Клукс-Клан.

Светловолосый юнец как бы невзначай положил руку на курок пистолета. Нарочно тот это сделал, или случайно, Дейк не понял. Но возможность угрозы не стоило не принимать во внимание.

– Они носят белые колпаки, чтобы скрыть свои лица, и нападают на негров. Они предполагают, что этим смогут снова подчинить негров, теперь, когда они стали свободными. А если колпаки и разговоры о привидениях не помогают, тогда они прибегают к линчеванию и поджогам. – Он вновь внимательно посмотрел на Дейка. – Если вы действительно тот, за кого себя выдаете, мистер Рид, то желаю вам побольше силы, в случае, если вы здесь останетесь. Этих людей здесь довольно много, и они не выносят тех, кого прозвали тори или мошенниками. А уж вас-то они точно отнесут к предателям. Но если вы лжете нам, если вы из Ку-Клукс-Клана, тогда – берегитесь!

– Послушайте, капрал, Я действительно тот, за кого себя выдаю. Если вы мне не верите, попросите вашего командира отправить в Вашингтон телеграмму для проверки.

– Мне бы надо это сделать. Где вы остановились?

Задетый недоверием капрала, Дейк взорвался:

– Я должен отвечать вам?!

– Должны, если вы собираетесь быть на нашей стороне.

Рид был на голову выше и лет на пять старше капрала. Холодно взглянув на него, он произнес:

– Я буду или в гостинице «Полк», или в поместье Риверглен в восьми милях отсюда.

– Послушайте совета, мистер Рид.

Дейк молча ждал.

– Если вы сказали правду о себе, то уезжайте назад.

Кара сходила с ума. Она не просто кипела от злости, а именно сходила с ума: ей уже во второй раз приходилось ждать его в гостинице, не представляя, где он и когда вернется. С того дня, как они поплыли вниз по реке, Дейк избегал ее. И в это утро, бросив ей короткое: «Я скоро вернусь», – он исчез. Ей хотелось сказать ему, что она тоже не прочь размять ноги и осмотреть Дейкетер, но его напряжение и озабоченность заставили ее промолчать. К тому же он был с ней холоден.

Чтобы хоть чем-то заняться, она стала делать куклу с головой из грецкого ореха. Сидя на краю кровати, она разглядывала материалы, которые у нее были. Рассматривая орех со всех сторон, она пыталась представить себе маленькое личико, нарисованное на скорлупе, глаза и крохотный нос. Это займет немного времени, и ей понадобится лишь несколько лоскутков, чтобы сделать куклу в одежде.

Она выбрала яркий лоскуток для платья, бледно-желтый для шляпки и решила сделать модницу – такую же, какую она видела на улице в Мемфисе и которая ей очень понравилась. Взяв ножницы, она принялась за дело. Ее руки были заняты, но она не могла не думать о Дейке. Чем ближе они были к Декейтеру, тем больше он спешил, не обращая на девушку внимания. Вначале Кара напомнила себе, что это было именно то, чего она хотела. Не будет никаких душераздирающих прощаний.

Приближаясь к Алабаме, он становился все напряженнее. Она не могла осуждать его за это. Очень часто они видели, что люди, которые были противниками в кровавой войне, довольно спокойно относились друг к другу. А Дейк сам себе все время напоминал, что его возвращение в родные места может быть кому-то не по нраву.

Ее огорчал его резкий, командирский тон, каким он с ней разговаривал. Когда они сошли с парохода в Мемфисе, он приказал ей остаться на железнодорожной станции и ушел на добрых два часа по каким-то делам, прежде чем они сели на поезд.

Клей заплакал. Кара отложила лоскутки, из которых она уже скроила платье, и выглянула в окно. Ее глазам предстала безрадостная картина полуразрушенного города, который до войны был спокойным и процветающим. Взяв малыша на руки, она подумала о том, как приятно держать это маленькое, крепкое тельце. Благодаря ее заботам Клей рос быстро. Как обычно, она улыбнулась ему и стала напевать какую-то бессмысленную песенку, ласково пощипывая его за щечки, чтобы малыш засмеялся.

За последний месяц его черты определились. Он уже не был похож на сморщенного старичка, как в первые дни. Его глаза стали больше и приобрели теплый коричневый цвет. Гуще стали курчавые волосы, которые она так часто наматывала на пальцы. У него, к счастью, всегда было хорошее настроение, и он часто улыбался. Клей был прекрасным ребенком. Красивым и очаровательным. О таком можно только мечтать.

Кара быстро сменила ему подгузник – это действие стало для девушки таким же привычным, как ее собственное дыхание. Она лишь улыбалась, вспоминая свои первые неумелые попытки запеленать малыша, когда извивающийся сверток то и дело выскальзывал из рук. Подходя с ребенком к окну, она инстинктивно крепче сжимала его. Теперь, когда они оказались в Алабаме, он скоро попадет к своим родным. Дейк сказал, что сначала он должен поехать к себе домой и узнать, может ли он как-то помочь своему брату. А уж потом решит, как доставить Клея в Гадсден. Что собой представляли Клейтоны? Она молила Бога, чтобы это были добрые, любящие люди, которые будут заботиться о мальчике по-настоящему.

Снова и снова она представляла себе, как передаст малыша в руки его бабушкам и дедушкам, тетям и дядям. Они будут оплакивать Анну Клейтон. Кара надеялась, что их горе смягчится, когда они увидят, какой подарок оставила им Анна перед смертью. Они будут обнимать Клея, передавать его из рук в руки.

25
{"b":"18239","o":1}