ЛитМир - Электронная Библиотека

Майкл огляделся, давая себе отчет, что не собирается арендовать это помещение. Он наблюдал за Чарльзом – высоким, светловолосым, красивым мужчиной. Мэссей был полной противоположностью Майклу, общим было только одно – сила и рост. Неужели это тот человек, которого любит Бэт? Внешне он представлял собой символ успеха и процветания. Что-то в нем внушало доверие. Если бы Майклу предстояло выбирать мужа для Бэт, он остановился бы на кандидатуре Чарльза Мэссея.

Чарльз посмотрел в окно и повернулся к Майклу.

– Стюарт Браун был моим другом, – не спеша начал он. – Я знал его с той поры, как они с Бэт переехали сюда из Бостона.

Пораженный холодным и вызывающим тоном Чарльза, Майкл полностью переключил свое внимание на него.

– Продолжайте.

– Я не знаю, чем Вы здесь занимаетесь, но знаю, что после Вашего посещения Бэт была очень расстроена. Я сделал ей предложение, и моя святая обязанность позаботиться о том, чтобы Вы не досаждали ей больше.

Значит, несмотря на внешнюю решительность, Бэт расстроилась, когда попросила его уйти. Майкл медленно снял одну перчатку, затем другую и увидел, как насторожился Мэссей. Майкл сказал:

– Когда я уходил, она не была расстроена. Наоборот, она казалась довольно спокойной, спокойной и решительной.

– Когда мы вернулись домой, Бэт спустилась из спальни заплаканной. Она пыталась убедить меня в том, что вспомнила о Стюарте, но я не поверил ни единому ее слову. Стюарт умер три года назад, и я не помню, чтобы она когда-либо проронила слезу. Поэтому я сделал вывод, что ее состояние может быть делом только Ваших рук, Шогнесси.

Майкл не знал, что и думать. Может, его нападки действительно довели Бэт до слез? Может, она почувствовала себя такой же покинутой и несчастной, как и он сам?

– Я люблю Бэт и Эмму, – продолжал Мэссей, – именно поэтому я прошу Вас как джентльмена оставить их в покое.

Их? Майкл насторожился.

– Эмма?

Чарльз Мэссей нахмурился.

– Да, Эмма Браун. Дочь Бэт.

Дочь Бэт? Майкл натягивал перчатки и инстинктивно догадывался, что здесь что-то не так. Он не видел ребенка, и Бэт не упомянула о нем. Возможно, девочка уже большая, тогда это ребенок Стюарта Брауна от первой жены. Не желая проявлять слабость и дать Чарльзу захватить себя врасплох, Майкл скрыл свое потрясение и изменил тему разговора.

– И какова плата за аренду? – он еще раз окинул взглядом помещение.

– 10 долларов в месяц.

– Круто.

– На Колорадо нет больше свободных помещений. – Чарльз направился к двери, открыл ее и стал ждать, когда Майкл выйдет на улицу. – Шогнесси...

Майклу не понравился тон Чарльза.

– Что?

– Надеюсь, Вы восприняли мои слова всерьез. Оставьте Бэт в покое.

Майкл резко натянул перчатки. Мимо проехал дилижанс, разбрызгивая грязь по краям обочины. Чуть дальше наездник кричал на парикмахера, сбитого им с ног. Майкл улыбнулся Чарльзу Мэссею и коснулся кончиками пальцев шляпы.

– Я сделаю так, как буду считать нужным Мэссей. Ваше предупреждение совершенно не пугает меня.

Прежде чем Чарльз смог что-либо сказать Майкл гордо двинулся по направлению к отелю «Шеридан».

Бэт крепко прижимала к себе сверток с закон ченными рисунками и наблюдала, как Эмма прокладывала себе дорожку по заметенной снегом тропке, ведущей к железнодорожной станции Рио Гранде Южный. Даже шалости дочери не могли поднять ее настроение Вчера, выпроводив Майкла, она поняла, что это серьезный поступок, который она когда-либо совершала. Затем Чарльз попросил объяснить причину ее слез. Во время разговора с ним Бэт решительно отказывалась признаться в том, что страдает из-за Майкла. Она так далеко зашла в своей лжи, что заявила, будто плакала по Стюарту. Теперь ей было стыдно. Стюарт ни когда ничего не требовал от нее, женившись на Бэт, он так и жил холостяком. Бэт скучала по нему, но не более того. Поэтому выносить собственную ложь было еще тяжелее.

Городок в три часа дня был пуст. Только несколько лошадей тянули рельсы по улице. Майкл сдержал слово и больше не искал встречи с Бэт, которая полагала, что он еще рано утром уехал в Дэнвер.

Затянется ли когда-нибудь ее сердечная рана?

– Эмма! – окликнула Бэт ребенка, стремглав мчавшегося впереди. – Подожди маму!

– Поторопись, соня, – смеялась Эмма. Ее черные кудряшки, бойко разлетающиеся в разные стороны, в лучах солнца создавали яркий нимб. Улыбка, которую она дарила Бэт, была такой милой и заставляла сердце матери биться учащенно.

Бэт почти подошла к платформе, когда разглядела знакомую фигуру в длинном черном пальто и бобровой шапке, с сумкой в руке, двигающуюся с противоположной стороны платформы. В испуге Бэт посмотрела направо, налево, затем на Эмму, которая уже карабкалась вверх по ступеням платформы. Она в ловушке. Бежать некуда.

Майкл увидел ее секундой позже. Он крепче сжал сумку и заставил себя идти вперед, ей навстречу. Они приближались к лестнице одновременно.

– Бэт, – кивнул вежливо он.

– Уезжаешь? – спросила она.

– Верно.

Майкл отошел в сторону, чтобы дать дорогу прохожему. Бэт крепче сжала сверток.

Никто из них не решался пойти дальше, оба пристально смотрели друг на друга и пытались запомнить любимый образ на всю жизнь.

– Мама!

Крик испугал Бэт так, что она вздрогнула. «Эмма», – пронеслось в ее голове. О, боже. Эмма и Майкл вместе. Она совсем упала духом, думая о том, что как ни старалась предотвратить эту встречу, она оказалась неизбежной.

Майклу показалось, что его окатили сначала горячей, а потом ледяной водой. Такое чувство он испытал, когда увидел ребенка, похожего на фею, переминающегося с ноги на ногу на платформе. Девочка была закутана в твидовое пальто и шарф крупной ручной вязки. Ирландские синие глаза, которые улыбались ему, были полны любопытства. Эти глаза были такими же ясными, как и его собственные.

Майкл разволновался, ему пришлось откашляться, прежде чем он смог заговорить.

– Твоя дочь?

Бэт чувствовала себя пойманной и не видела выхода.

– Да.

– Она похожа на твоих ангелочков.

Бэт молчала. Внимательно глядя на Майкла, она ждала. Он знает, поняла она. Он все знает.

Эмма сбежала вниз по лестнице с тревогой на нахмуренном лобике. Она схватила руку Бэт и прижалась плечом к матери.

– Кто этот человек, мама? – прошептала она. Майкл не мог оторвать взгляда от малышки, прижавшейся к Бэт.

– Мэссей сказал мне, что у тебя есть дочь, но я никогда... – Бэт резко его оборвала.

– Мне необходимо проследить, чтобы все это погрузили на поезд. Извини нас.

Оглушенный новостью, Майкл не мог сдвинуться с места и смотрел, как они рука об руку взбираются по деревянным ступенькам платформы. Однако он обратил внимание на то, что девочка все еще улыбалась ему, оборачиваясь, пока Бэт тащила ее за собой к вагону.

Кипящая злость сменила состояние шока у Майкла. У перрона, ожидая прибывающих пассажиров, стоял экипаж. Майкл подошел к извозчику, вытащил монету из кармана и отдал ее мужчине.

– Мое имя Шогнесси. Возьми саквояж и отвези его в отель, – распорядился он. – Я решил сегодня не уезжать.

Бэт старалась улыбаться, передавая служащему тщательно завернутые работы. Дрожащими пальцами она вынула деньги для оплаты багажа. Харви Литл, клерк, который отсылал все ее предыдущие работы в Уитни Компани, всеми силами старался вовлечь Бэт в разговор.

– Опять картины? По какому случаю? – интересовался он.

– Что? – Бэт казалось, что она не в состоянии связать двух слов. Ей хотелось оглянуться и проверить, наблюдает ли за ней Майкл, но, боясь, что это и вправду так, Бэт не смотрела в ту сторону.

– Праздничные картинки? Но Рождество прошло. – Харви улыбался, медленно наклеивая марки и ставя печать на посылку. Затем он проверил крепость бечевки.

– Ко дню святого Валентина, – старалась поддерживать разговор Бэт.

– Да, верно. Это в следующем месяце, не так ли? Надо купить открытку для жены.

10
{"b":"18240","o":1}