ЛитМир - Электронная Библиотека

Стук в окно заставил ее слегка обернуться. Уильям хмуро посмотрел на нее через стекло, потом исчез и появился уже в самой кондитерской. Он был необычайно хорош в темно-коричневом сюртуке. Белокурые волосы безукоризненно уложены, усы аккуратно подстрижены. И Софи в который раз возблагодарила Бога за то, что Уильям влюбился в нее. Она просияла, когда он сел напротив и взял печенье.

– Я думала, ты уже не придешь, – сказала она с радостной улыбкой.

Уильям пожал плечами:

– Я сказал, что приду в половине четвертого.

На самом деле он говорил, что в три, но сейчас у Уильяма столько забот!

– Всего лишь печенье? И больше ничего? – раздраженно спросил он.

– Прошу прощения, – сказала Софи и торопливо налила ему чашку чаю, когда он потянулся еще за одним печеньем. – Ты сегодня, случайно, не заходил к своему знакомому в банке? – спросила она.

Уильям нахмурился:

– Заходил. Он не пожелал удовлетворить мою просьбу о кредите на короткий срок. Это наверняка дело рук Кеттеринга.

У Софи перехватило дыхание.

– Дж... Джулиана? Что ты хочешь сказать?

Уильям поднял на нее полные гнева темно-карие глаза.

– А то, Софи, что твой брат яростно возражает против нашего брака и использует свое влияние, чтобы я не получил даже небольшой кредит. Он вознамерился разорить меня. И все потому, что я люблю тебя.

– Но... но он даже не знает о нас!

Уильям схватил ее руку и нежно погладил ладонь.

– Поверь мне, любовь моя, знает.

– Не может быть! Это так несправедливо! – воскликнула Софи.

Уильям с мольбой посмотрел ей в глаза.

– Конечно, дорогая, но я же пытался объяснить тебе, что он за человек. Для меня самого это непостижимо, но он, судя по всему, скорее лишит тебя счастья, чем расстанется хотя бы с одним шиллингом! – воскликнул он и отпустил ее руку. – Видит Бог, твой брат может себе это позволить, – добавил он раздраженно.

Гнев вспыхнул в сердце Софи. Ей не хотелось верить в это, но она уже убедилась, насколько скупым может быть Джулиан. Она все еще возмущалась тем, с каким подозрением он посмотрел на нее несколько дней назад, когда она попросила у него чуть больше своего обычного месячного содержания. И Уильям разъяснил ей: раньше она никогда не просила денег сверх полагающихся ей, и все же брат пожалел для нее несколько фунтов, что для него – сущий пустяк! Джулиан буквально допрашивал ее, с большим сомнением приняв ее объяснение, что она хочет купить новые дорогие шляпки. Уильям прав, ей повезло, что она имеет такое щедрое приданое и годовое содержание и не будет вечно зависеть от Джулиана. Если бы только она получила разрешение на брак и могла наконец распоряжаться своими деньгами! Честно говоря, ситуация уже казалась ей совершенно безнадежной.

– Ну, будет, Софи, – произнес Уильям. – Я придумаю что-нибудь. У меня встреча с еще одним банкиром в четверг. Ведь не может Кеттеринг распространить свое влияние на все финансовые учреждения города! – Он улыбнулся и положил в рот половинку печенья. – А пока у тебя не найдется несколько лишних фунтов?

Конечно, найдется – у нее всегда находилось. Она открыла расшитую бисером сумочку и вытащила толстый рулон банкнот. Уильям тут же засунул их в карман, даже не потрудившись пересчитать. Затем порылся в другом кармане, вытащил пару крон и бросил на стол.

– Пойдем отсюда, – сказал он.

Софи торопливо встала и поправила шляпку.

– Твои перчатки, Софи.

Ужаснувшись, Софи поспешно поправила перчатки, чтобы те не болтались вокруг запястий. Уильям предложил ей руку, и они вышли из кондитерской.

– Это новое платье? – спросил Уильям с очаровательной улыбкой, ведя ее по улице.

Рука Софи тут же застенчиво потянулась к воротнику.

– Это платье Энн. Она отдала его мне. Тебе нравится?

– Очень мило, – ответил Уильям, и Софи радостно улыбнулась. – Но цвет не совсем твой, да? – задумчиво добавил он.

Энн сказала, что цвет зеленого яблока очень идет ей.

– Не мой?

– Нет, пожалуй. Приятный голубой цвет пошел бы тебе несравненно больше, не правда ли? – Он издал короткий смешок и покачал головой: – Право же, дорогая, иногда мне кажется, что ты выбегаешь из дома, даже не взглянув на себя в зеркало. – Он похлопал ее по руке, а Софи боролась с унизительным чувством осознания того, что даже не способна выбрать себе платье.

Глава 14

Клодии явно доставляло удовольствие мучить его.

Джулиан не мог найти иного объяснения тому факту, что за несколько недель после свадьбы она изменилась до неузнаваемости. Стала энергичной и жизнерадостной. Куда девались ее растерянность и грусть? С утра до вечера Клодия занималась делами. Ее кипучая деятельность, казалось, озаряла светом обширный особняк Джулиана.

В этом-то и заключалась мука.

Этот свет никак не касался Джулиана. И не то чтобы Клодия избегала его, нет. Но их разделяла пропасть, которую он никак не мог преодолеть. Когда он слишком близко подступал к ней, Клодия замыкалась, отгораживалась от него, не пуская в свой мир. Порой у Джулиана возникало ощущение, что она просто не замечает его и целиком сосредоточена на чем-то своем, доступном только ей одной.

Чудесные мгновения, испытанные ими, когда они предавались любви, теперь стали лишь воспоминаниями. Нет, Клодия не отказывала ему. Ее нельзя было назвать непокорной женой. Но за исключением той первой недели, когда естественное желание и теплота прорывались наружу, теперь она, казалось, едва терпит его присутствие в своей постели, подавляя свою реакцию, не испытывая наслаждения от его прикосновений. А когда его страсть утихала, Клодия отворачивалась или находила повод встать и уйти.

На следующий день она вела себя так, будто между ними ничего не было, и снова погружалась в вихрь деятельности, от которой у Джулиана просто захватывало дух.

Джулиан был в шоке, поняв, что живет с женщиной, не влюбленной в него. Прекрасно воспитав четырех девочек, он вряд ли мог считаться неопытным в отношении поступков и поведения женщин. Но Клодия не вписывалась в привычные рамки. Помимо стен, которые она возвела вокруг себя, в ее прелестной головке роились самые необычные идеи. Чувство беспомощности, которое она поначалу испытывала, бесследно исчезло.

Одной из ее идей стало проведение чаепитий. Раз в неделю целая толпа женщин, человек двадцать, включая и его сестер, заполняла Кеттеринг-Хаус. И во время чаепития, целью которого, как предполагалось, была встреча за беседой утонченных дам, в доме раздавались взрывы смеха, восторженные крики и громкие споры. Это продолжалось два часа, потом двери гостиной распахивались, и дамы выходили с таким решительным блеском в глазах, что умудренные опытом мужчины вздрагивали.

Джулиан случайно узнал об этих чаепитиях, когда однажды застал у закрытой двери двух молодых любопытных лакеев. Он отослал их, а сам остановился послушать. Через неделю уже несколько лакеев собирались у этих дверей – вместе с Джулианом. Их глаза часто округлялись от удивления и потрясения, а лица заливала краска, когда до них доносились слова из гостиной. И они разбегались, словно всполошившиеся куры, едва слышали что-то, хотя бы отдаленно напоминающее приближение дам к двери. Однажды Тинли, несмотря на все предупреждения, вошел в «святая святых» с чайником свежего чая... и не вышел оттуда.

Если Джулиан и питал надежду сохранить в тайне эти чаепития, то вскоре убедился в том, что это ему не удалось, когда однажды в клубе «Уайте» Адриан Спенс, Алекс Кристиан, герцог Сатерленд, а также Виктор и Луи насели на него, словно стая атакующих гусей, требуя, чтобы он немедленно прекратил эти чаепития. Они утверждали, что его жена, возможно, слегка не в себе и явно нуждается в крепкой узде. Мало того, что Клодия и ее дамы курили его сигареты, сделанные из особого американского табака, и пили его портвейн, что, по словам герцога, было все равно что целоваться с мужчиной, только что вернувшимся из «Уайтса», так они еще обсуждали идеи равенства женщин, отчего мужчины чувствовали себя в собственных домах словно в осаде. Дамы, судя по всему, настаивали на каких-то неимоверных переменах, включая ознакомление с работой парламента и системой выборов в Англии. Они даже носились с совершенно нелепой идеей, что когда-нибудь женщины, упаси Господи, тоже будут голосовать!

35
{"b":"18242","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Viva la vagina. Хватит замалчивать скрытые возможности органа, который не принято называть
Любовь. Секреты разморозки
Сердце бабочки
В игре. Партизан
Практический курс трансерфинга за 78 дней
111 новых советов по PR + 7 заданий для самостоятельных экспериментов
Мой личный враг
Популярная риторика
Путь домой