ЛитМир - Электронная Библиотека

– Да, – снова прошептала она, тихо ахнув, когда его губы коснулись груди.

Руки Клодии проникли под его рубашку, заскользили по соскам, разжигая желание. Он застонал и, сражаясь с юбками, добрался до заветного местечка.

Клодия тихо застонала, прерывисто вздохнув, когда его палец скользнул в ее лоно. В этот момент Джулиан видел только ее глаза, затуманенные желанием. Они завораживали его.

– Ты хочешь меня, вот так? – хрипло переспросил он, и она вздохнула, закусив губу.

И в нем словно плотина прорвалась, сметая на своем пути долгие недели безответного желания. Стремительным движением он сорвал с нее панталоны, зарылся лицом между ее бедер и вдохнул ее запах, от которого закружилась /голова. Этот запах заполнил каждую клеточку его тела, пульсировал в его плоти, которая рвалась наружу.

– Ты хочешь меня? – Голос его сел от желания.

Клодия приподнялась, обхватила его лицо и крепко поцеловала в губы. Он вошел в нее, но сдерживался изо всех сил, чтобы не прийти к финишу. Двигался медленно, желая насладиться моментом. Ведь она сама пришла и сказала, что хочет его.

– Ты хочешь меня? Ты за этим пришла? Клодия закрыла глаза.

– О, Джулиан, я пришла потому, что люблю тебя! – прошептала она и нежно поцеловала его в шею.

Сердце Джулиана, казалось, разлетелось на тысячи осколков. Как он жаждал услышать от нее эти слова! Как жаль, что они прозвучали только сейчас, когда он так слаб, когда она причинила ему столько боли! Он входил в нее глубже и глубже, передавая ей всю свою растерянность, страсть и надежду, которые носил в себе долгие два года. Она выгнулась ему навстречу, тяжело дыша, и, когда вскрикнула, его страсть взорвалась в ней яростным всплеском.

Он упал на нее, не веря в случившееся, выскользнул из ее лона и в отчаянии перекатился на спину.

Клодия приподнялась на локте и посмотрела на него.

– Джулиан! Что такое?

Он бросил взгляд на огонь и сел.

– Ты можешь хотеть меня сейчас, Клодия, но уже слишком поздно. Слишком поздно.

Ее растерянный возглас вызвал у него новый приступ раздражения, и он стал неловко застегивать брюки.

– Как... как ты можешь говорить такое? Ты не веришь мне? Не веришь, что я люблю тебя?

Эти слова обожгли его. Разве сможет он после всего, что было, изгнать сомнения из своего сердца, позволить вновь вспыхнуть надежде? Она все разрушила и теперь, когда ему нечем ей ответить, произнесла слова любви, которые он уже не чаял услышать.

Джулиан посмотрел на жену. Ее волосы рассыпались по плечам. Грудь, бледная, словно луна, мягко поднималась при каждом вдохе.

Будь проклята эта ее манящая красота!

– Честно говоря, Клодия, я уже и не знаю, чему верить, – беспомощно пробормотал он и, перешагнув через нее, вышел из гостиной.

Придя к себе, Джулиан быстро оделся, подстегиваемый желанием побыстрее покинуть дом. Он не мог сейчас оставаться здесь, рядом с ней. Каким же дураком он был, полагая, что они смогут жить под одной крышей!

Приказав лакею нанять экипаж и дожидаясь, пока его подадут, он вдруг с болезненной остротой понял, что достиг наконец самого дна своей жизни. Он был словно резиновый мячик, каждый ударяет его, а он только успевает отскакивать. Господи, вот какова эта любовь!

Несколько часов спустя он оказался перед заведением мадам Фарантино. Он стоял, прислонившись к фонарному столбу, и курил. Как он очутился здесь? Когда он вышел из дома, мозг его все еще был затуманен изрядным количеством спиртного, и он велел вознице ездить кругами по Гайд-парку. Потом ему это наскучило, он вышел на Риджент-стрит и бесцельно побрел по улице, пока каким-то непостижимым образом не оказался возле этого заведения.

Стоявший у входа лакей жестом пригласил его войти. Джулиан приподнял шляпу в знак приветствия, но с места не сдвинулся. Да, конечно, он подумывал о том, чтобы войти. Он чувствовал себя словно зверь в клетке, жаждущий вырваться на свободу. Ему хотелось побыть с женщиной, которая ничего не будет требовать, кроме его плоти, оставив в покое его сердце и душу.

Джулиан бросил сигару на мостовую и загасил каблуком. Сунув руки в карманы, он в последний раз взглянул на заведение мадам Фарантино и повернул к клубу «Тэм О'Шантер». На самом деле не было у него никакого намерения переступать порог борделя, чего бы там ни желало его тело. Что бы он ни думал о Клодии, одно, к сожалению, оставалось для него неизменным: он по-прежнему любил ее, глубоко и отчаянно.

Глава 21

Джулиан арендовал для Софи небольшой, но удобно расположенный особняк на Саут-Одли-стрит, рядом с Гайд-парком. Стэнвуд переехал туда утром, но уже после обеда отправился в магазин, славившийся своими неприлично высокими ценами. Судя по всему, его гардероб не соответствовал новому месту обитания, и он настоял, чтобы Софи сопровождала его. Джулиан подозревал, что он просто хочет держать ее подальше от семьи.

И в этом Стэнвуд весьма преуспел. Джулиан старательно навещал Софи три раза в неделю. Более частые визиты, считал он, показали бы, насколько сильно он переживает, а более редкие – что пребывает в постоянном отчаянии. Он действительно все время думал о Софи. И очень страдал. Она сильно похудела, под глазами пролегли глубокие тени. И хотя она улыбалась и весело щебетала во время его визитов, Джулиан видел, что улыбка у нее вымученная. Софи, несомненно, была несчастна.

И так же несчастен был Джулиан. Он никак не мог изменить ее положение с помощью английских законов. Потеря ею невинности тяжелым бременем лежала на его сердце, ничто уже не могло вернуть ей этого. Единственное, на что Джулиан был сейчас способен, – это подавлять в себе ненависть к Стэнвуду, и на это уходили все его силы.

Даже его попытки устроить мерзавца на достойную службу не увенчались успехом. Он уговорил Артура взять Стэнвуда клерком в юридическую фирму семьи Кристиан, что было отнюдь не легко, но Стэнвуд отказался, заявив, что его не устраивает работа по утрам. И это было чистой правдой – негодяй обычно встречал Джулиана в халате, хотя уже давно перевалило за полдень. К тому же он сильно пил, запах спиртного пропитал весь дом.

Но больше всего Джулиана бесило, как Стэнвуд разговаривает с Софи, командуя ею, словно ребенком или служанкой, насмехаясь над ней. Его так и подмывало свернуть Стэнвуду шею. А тот, словно чувствуя, что Джулиан вот-вот выйдет из себя, обнимал Софи за плечи и с ухмылкой рассуждал о достоинствах семейной жизни. Мерзавец прекрасно знал, насколько бессилен Джулиан, и это доставляло ему явное удовольствие.

Хуже того, Стэнвуд начал делать огромные долги под деньги, которые должна была получить Софи, когда достигнет совершеннолетия. Джулиан предвидел это, поэтому ссудил Стэнвуду тысячу фунтов вскоре после возвращения супругов в Лондон. Однако теперь сумма уже составляла две с половиной тысячи и росла с каждой неделей. Джулиана это обескураживало. Он знал, сколько стоит аренда дома, примерную цену одежды Стэнвуда и понимал, какую малость он расходовал на Софи. Все это вместе не составляло и пятисот фунтов. Джулиан подозревал, что Стэнвуд проигрывает в карты средства Софи, однако никто не видел его ни в одном известном игорном заведении. Джулиан недоумевал, но найти место, где Стэнвуд играл в карты, было чертовски трудно.

Стэнвуд не допускал, чтобы Софи оставалась наедине с сестрами, и дал совершенно ясно понять, что присутствие Джулиана ему не по нутру. Но Джулиан был его единственным источником дохода, и поэтому Стэнвуд просто не мог закрыть перед ним двери своего дома. И Джулиан, пользуясь этим, исправно приезжал три раза в неделю, очень довольный тем, что его присутствие бесит Стэнвуда, надеясь, что тот сойдет от злобы с ума.

Джулиан никак не мог смириться со своим бессилием. Мало того что он страдал из-за Софи, его еще мучила Клодия.

Да, это была настоящая мука, проникающая в самые темные уголки его души. Это выражалось в миллионе мелочей, которые, наслаиваясь друг на друга, грозили поглотить его. Как ни странно, Джулиан был убежден, что Клодия пытается добить его своей добротой. Но если бы только он заикнулся об этом кому-нибудь, его тут же отправили бы в Бедлам.

52
{"b":"18242","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Человек-Муравей. Настоящий враг
Русская пятерка
Как перевоспитать герцога
Совет двенадцати
Кремлевская школа переговоров
Питание в спорте на выносливость. Все, что нужно знать бегуну, пловцу, велосипедисту и триатлету
Двойной удар по невинности
Перстень отравителя