ЛитМир - Электронная Библиотека

Лорен почувствовала тяжесть в желудке. Не мог Алекс просить ее об этом сегодня, после той ночи. Но зачем Марлен лгать? Лорен уставилась на дверь, борясь с приступом дурноты. Не хватало еще упасть сейчас в обморок. Марлен кашлянула.

— Он… он клянется, что не может ждать до свадьбы, но я сказала ему, что придется. Знаете, я действительно так считаю. Пусть наберется терпения, теперь уже недолго. — Она снова засмеялась, на этот раз несколько истерично.

Лорен почувствовала, что тоже близка к истерике. Подобной извержению вулкана.

— Прошу прощения, графиня. Просто я… — она снова подняла глаза и поймала испуганный взгляд Лорен, — просто я беспокоюсь за него. Страшно беспокоюсь. Знакомо ли вам это чувство?

Лорен, не в силах говорить, слабо покачала головой.

Марлен улыбнулась, но выражение ее глаз оставалось по-прежнему напряженным.

— Понимаете, я готова ради него на все, но нельзя же бежать в Гретна-Грин и обвенчаться без благословения родителей и без свидетелей… Наше положение в обществе этого не позволяет. Как бы ни был нетерпелив жених! Впрочем, хватит об этом, — сказала она, махнув рукой. — Какое у вас красивое платье! Вы куда-нибудь собрались с визитом?

— Нет, — сдавленно ответила Лорен. — Однако мне пора…

— О нет, останьтесь, пожалуйста! Я не хотела мешать вашему визиту к леди Дарфилд.

— Я действительно тороплюсь.

И Лорен на деревянных ногах направилась к двери, желая оказаться как можно дальше от Марлен Риз, прежде чем разразиться потоком слез. Она буквально выбежала из комнаты и не видела, как Марлен в изнеможении прислонилась к спинке дивана, уронив голову.

Она и сама не знала, куда идет. Брела по Гайд-парку, не видя ничего вокруг, с единственным желанием умереть. Боль в груди, появившаяся в тот момент, когда в уютную гостиную Эбби вошла Марлен, разлилась по всему телу и стала невыносимой. Лорен не знала, что было больнее — позор и бесчестье, которые она навлекла на себя? Или то, что Алекс хотел бежать с леди Марлен сегодня, именно сегодня? Боже, этот кобель даже не может подождать до свадьбы! Какая же она дура!

Неожиданно она наткнулась на лорда и леди Фэрлейн. Она выдавила из себя улыбку и пробормотала приветствие; лорд Фэрлейн коротко кивнул ей, а леди Фэрлейн сделала вид, что вообще не заметила ее, и они быстро прошли мимо.

Молодая женщина обернулась и посмотрела им вслед. «Они загрызут вас насмерть», — вспомнила она предостережение Магнуса и захлебнулась в горьком рыдании. Испорченная девчонка — вот кто она такая. Распутная женщина, кабацкая девка!

Но кто же тогда он? И что значат его слова и искренность, с которой он произносил их? «Я найду выход для нас обоих», — сказал он. Будь он проклят! Он имел в виду нечто совсем другое, не то, о чем подумала она! Нет сомнения, он имел в виду уютную квартирку — Боже, и она еще просила его ласк! Охваченная жгучим стыдом, она прижала руки к лицу и пошла дальше. Ну ладно, ладно, положим, она действительно домогалась его любви, но ведь именно он заманил ее в оперу! Именно он сказал, что она нужна ему так, как никто не был нужен! Он наговорил столько милых, ласковых слов, но ни разу не сказал, что любит ее. А она приняла похоть за любовь!

Зарыдав, Лорен буквально рухнула на скамью и спрятала лицо в ладонях. Ей стало дурно при мысли, что прошлая ночь была иллюзией. Только иллюзией. Что же ей теперь делать?

Солнце уже почти село, когда она наконец подняла голову. Из ее плачевного положения есть только один выход. Нужно бежать как можно быстрее от Алекса Кристиана. Как можно дальше от Лондона. И вообще из Англии.

Приняв решение, она встала и медленно побрела к площади Бедфорд, где Магнус снимал дом.

Сварливый субъект, нанятый им в лакеи, не нравился Магнусу. Большую часть времени он проводил на кухне в обществе судомойки. Невозможность нанять хорошую прислугу была настоящим бичом для иностранцев, приезжающих в Лондон. Не проходи Магнус случайно мимо входной двери, никто не услышал бы стука.

Магнус открыл и глазам своим не поверил. На пороге стояла Лорен. Растрепанная, с подолом, забрызганным грязью. Можно было подумать, что ее избили. Не в силах вымолвить ни слова, она едва держалась на ногах. Магнус буквально втащил ее в дом.

— Дорогая, что случилось? — в отчаянии спрашивал он, убирая волосы с ее лица.

— Магнус, мне нужно с вами поговорить, — пробормотала она, дрожащей рукой вытирая слезы.

— Потом поговорим, — сказал он, переходя на немецкий. — Позвольте сначала предложить вам что-нибудь выпить.

Он провел ее в главную гостиную и сердито дернул за сонетку. Потом усадил ее на диванчик, сел рядом и взял ее за руку. Появился лакей; глаза его округлились от удивления при виде Лорен.

— Портвейна! — рявкнул Магнус и, подождав, пока лакей выйдет, спросил: — Что с вами?

Глаза ее опять наполнились слезами, и она замотала головой. Потом вздохнула, изо всех сил стараясь взять себя в руки.

— Отвечайте же! Неужели кто-то…

— Нет, — прошептала она.

— Что же? Что с вами случилось?

— Это не имеет значения, — сказала она, вяло махнув рукой. — Магнус, я обдумала ваше великодушное предложение. Я принимаю его.

Он изумленно уставился на молодую женщину. Вошел лакей, неся на подносе графин с портвейном и хрустальные стаканы. Магнус нетерпеливым жестом велел ему поставить поднос на соседний столик и выйти.

— Я не понимаю, — сказал он, протянув руку к графину.

— Я выйду за вас замуж, — слабым голосом проговорила она, покачав головой, когда он протянул ей стакан. — Но… но у меня есть два условия.

Магнус, охваченный сильным удивлением и не менее сильным недоверием, осторожно сказал:

— Продолжайте.

— Первое, — начала она по-немецки, — вы разрешите мне побывать в Роузвуде, чтобы уладить кое-какие дела и попрощаться. — Она всхлипнула. Он сделал движение, чтобы прикоснуться к ней, но она покачала головой, с трудом сглотнула и продолжала шепотом: — А второе — вы увезете меня в Баварию. — И она подняла глаза, чтобы видеть его реакцию.

Никогда в жизни он не встречал человека в таком жалком состоянии.

— Это все? — медленно спросил он. Она кивнула.

— Вы уверены? Лорен, вы вполне уверены? Она снова заплакала. Из уголка глаза выкатилась слезинка и медленно сползла к губам.

— Я совершенно уверена.

Магнус порывисто обнял ее, словно желая защитить, поцеловал ее соленые губы. Он ни о чем ее не спрашивал — он обещал и выполнит свое обещание. Единственное, что он мог сделать сейчас, — положить ее голову себе на плечо, пока она изливала свое горе в потоках слез.

Наконец, уступив его настояниям, она выпила портвейна и спокойно, даже бесстрастно заговорила о приготовлениях к отъезду. Решено было уехать, как только Лорен соберет кое-какие вещи. Магнус сомневался, что она сможет отправиться в путь в таком состоянии, но она уверяла его, что все будет хорошо.

Он проводил ее домой и сообщил новость Итану и Полу. Пол отнесся к этому спокойно, то и дело поглядывая на Лорен, которая храбрилась изо всех сил, стараясь улыбнуться. Итан не скрывал своего разочарования. Он уже нацелился на герцога, но Магнус знал, что дядюшка с радостью согласится, если брачный договор будет подписан на выгодных для него условиях. Магнус даже предложил оплатить проживание в особняке на Рассел-сквер до конца сезона, поскольку Итан посетовал, что только-только начал развлекаться. Итан предложил выпить за это событие. У него хватило наглости пошутить по поводу того, как ловко сумел он поймать двух Бергенов. Магнус украдкой взглянул на Пола. Юноша, плотно сжав губы, смотрел на свой нетронутый бренди. У Лорен же был такой вид, словно ей подписали смертный приговор.

Вскоре Магнус ушел, охваченный нетерпеливым желанием оказаться как можно дальше от этого отвратительного лорда Хилла.

Каминные часы в виде горгульи пробили одиннадцать. Лорен, сидевшая за письменным столом, посмотрела на них и нахмурилась. Потом снова склонилась надлежащим перед ней чистым листом бумаги и похлопала себя по щеке гусиным пером.

53
{"b":"18243","o":1}