ЛитМир - Электронная Библиотека

Марни чуть удар не хватил, когда Рис, нанятый ими шеф-повар, которому они заплатили такую сумму, что ее с лихвой хватило бы на приобретение небольшого государства, позвонил через два дня после отъезда Оливии и заявил, что никуда не летит.

– Как это никуда не летите? – спросила Марни. Она так стиснула трубку, что та чуть не треснула.

– Видите ли, я боюсь летать самолетом.

– Но ведь вы прилетели в Лос-Анджелес из Ирландии, – заметила Марни, изо всех сил пытаясь придать голосу беспечность.

– Да, но нельзя сказать, чтобы мне это очень понравилось.

– Рис, – решительно заявила Марни, – у вас нет выбора. Вы можете добраться до Колорадо в срок только на самолете. И не бойтесь, за штурвалом будет классный пилот. Он обучался в военно-воздушных войсках. На чем он только не летал!..

– Да мне все равно, хоть бы он долетел до Луны и обратно! Я не полечу, мисс Бэнкс.

Марни злобно уткнулась в календарь. Оставалось всего три дня. И все эти дни ей придется убеждать этого придурка, что он просто обязан лететь в Колорадо, иначе все погибло. Сейчас было не время действовать по принципу бархатной перчатки.

– Знаете, – продолжал безмятежно разглагольствовать Рис, – я лучше наведу справки насчет расписания поездов и автобусов. Вообще-то я предпочел бы машину...

– Нет, – спокойно заявила Марни. – Вы полетите, и точка! Даже если мне придется взять вас под мышку и лично затащить в наш вертолет! Вы подписали контракт. И даже не пытайтесь увильнуть! Это мой единственный шанс добиться успеха в бизнесе. Я и без того уже намучилась со звездными клиентами: они меняют решение по сто раз на дню! Вы понимаете, что мы сменили уже четыре музыкальные группы? А Оливия все недовольна! Вы хоть представляете, какого труда стоило доставить в Колорадо вонючую арку исполинских размеров? Ее в чемодан не засунешь! Скатерти мы взяли напрокат, их нужно доставить обратно в Денвер в понедельник после свадьбы – как будто я успею так быстро спуститься с гор! А тут еще вы лететь отказываетесь!

Рис долго молчал. Потом прочистил горло:

– Ну что ж... Тогда придется мне принять какую-нибудь таблетку от нервов, и вперед.

– Да, Рис, именно так!

– Ну хорошо. Значит, утром в четверг.

– Спасибо! – прокричала Марни и захлопнула крышку сотового.

Телефон тут же зазвонил опять. Марни с ненавистью посмотрела на него.

– Ух, скотина! Ничего у тебя не выйдет, – пробормотала она и снова открыла крышку. – Послушайте, Рис, если хотите, я лично отведу вас к врачу. Но теперь даже не пытайтесь увильнуть: слишком поздно. Могли бы рассказать о своей фобии несколько недель назад, когда мы впервые с вами встретились.

– Кто такой Рис?

– Илай! – охнула Марни.

– Привет, Марни, как дела? – Связь была плохая, в трубке раздавались негромкие гудки. – А кто такой этот Рис?

– Один деловой шеф-повар! Где ты сейчас?

– Где-то на юге Колорадо, – ответил он. – В... приема не будет. Сегодня добрался до вершины, и... Как у тебя-то дела?

Связь была ужасная, половину слов не разобрать.

– Замечательно! Все под контролем! А ты почему интересуешься? Тебя Оливия попросила? Она по-прежнему переживает?

– Кто, Оливия? – Он рассмеялся. – Если она и... молчит об этом. Нет, я сам решил позвонить, убедиться, что все в порядке и ты...

Он позвонил ей с гор. Сам решил позвонить.

– Все прекрасно! – заверила она.

– Слушай... Прежде чем оборвется связь... сказать, что я совсем забыл...

– Что? – крикнула Марни, заткнув пальцем свободное ухо, чтобы лучше слышать.

– Забыл попрощаться с тобой перед отъездом!

– Мягко сказано!

– Да... в общем, я ждал... останусь... чтобы можно было позвонить тебе и сказать, что я очень...

Резкий гудок и тишина. Молчание! Связь оборвалась. Взвыв от отчаяния, Марни бросила телефон на стол, а затем вновь прижала его к уху:

– Илай? Илай!

В трубке были слышны только щелчки. Илай сорвался с линии. Что «очень»? Глупо поступил? Сожалеет? Очень большой дурак? А может, «очень люблю тебя»?

– А-а-а! – вскричала Марни, проклиная небеса, которые управляют работой сотовых телефонов.

Глава 17

На пятый день плавания на байдарках с двумя любовниками, которые постоянно прихорашивались и попеременно то дрались, то занимались любовью, испуская неестественно громкие стоны, Илай чувствовал себя выжатым лимоном. Ему постоянно хотелось есть, и настроение у него было паршивое.

Он не мог дождаться собрания «АИП». Илай объявит парням, что, если они еще хоть раз возьмутся организовывать чью-то свадьбу, он лично свернет им шеи, а потом покончит с собой, спрыгнув с утеса. Он был уверен, что Куп его в этом поддержит. Оливия оказалась страшным нытиком. С каждым днем ее голос становился все пронзительнее: то вода ей слишком холодная, то чересчур высоко, то «А вдруг со мной что случится?», то «Не буду я ничего упаковывать!». И так четыре дня, без передышки. Других слов из уст этой женщины он не слышал.

Но несмотря ни на что, плавание продолжалось: они спускались на байдарках по сумасшедшим водопадам, проплывали мимо головокружительных ущелий, продирались через осиновые заросли, прогуливались по долинам, пестревшим цветами, взбирались по северным склонам, разбивали лагерь под яркими звездами, которые висели над головой так низко, что Илаю казалось, будто он очутился в открытом космосе.

Наконец они добрались до горного лагеря Пьедра, который был расположен высоко на склоне пика Сан-Мигель. Здесь была прислуга и отдельные номера. Илай сможет отдохнуть от знаменитостей. Звезды, похоже, тоже мечтали удалиться от них с Купом. Сразу же по прибытии они отправились в свои апартаменты, заявив, что опасаются папарацци.

Все вроде бы шло как надо. Охранники свое дело знали и стояли на страже, пропуская лишь грузовики, которые почти каждый час подвозили палатки и льняные скатерти. В лагерь также были доставлены два здоровенных снегораспылителя. К аппаратам, как ни странно, прилагалось двести фунтов перьев.

Перья, подумать только!

Илай что-то не помнил, чтобы перья были включены в список барахла, подготовленного для отправки в Колорадо. Он с нетерпением ждал приезда Марни, чтобы та ему объяснила, зачем они понадобились.

Хотя он не только поэтому не мог дождаться Марни. Он скучал по ее улыбке, по ее круглым глазам, даже по ее нескончаемому потоку речи. Проведя шесть дней в компании такого нытика, как Оливия, он надеялся, что веселая Марни разрядит обстановку.

Он вспомнил их последний разговор. Жаль, что не удалось поболтать с ней подольше. Ему так хотелось услышать ее смех, но связь оборвалась. Интересно, все ли она разобрала? Поняла ли она, что он очень жалеет, что уехал, не попрощавшись? Нужно будет сказать ей это лично, при встрече. Только когда это еще будет? До лагеря Марни пока не добралась.

Джек и шеф-повар, который оказался на редкость здоровенным детиной, уже ввалились внутрь. С собой они притащили три внушительных морозильника и огромную сумку с одеждой. Бугай-повар крепко прижимал к груди какой-то чемоданчик.

– Кухонная утварь, – с долей обиды пояснил он, когда Илай поинтересовался, что там такого ценного.

Кухонная утварь? Этого добра, наверно, в лагере и так навалом. Впрочем, Илай не разбирался в тонкостях кулинарии. Повар вразвалку направился к бару, утирая пот со лба. Он заявил во всеуслышание, что его спасет только неразбавленное виски, иначе он не жилец. Он весь испереживался, пока летел до Дуранго, а потом еще пришлось трястись в машине по «ужасным извилистым дорогам».

– Где Марни? – спросил Илай у Джека.

– Я одолжил ей свой джип. Она захотела что-то там проверить. Красотища! – Он огляделся. – Чем-то напоминает Мексику.

Лагерь был громадным. Он представлял собой глинобитную постройку с необтесанными балками.

Внутри было полным-полно чучел: наверняка какой-нибудь набивщик сколотил на интерьере этого дома целое состояние. Сосновые дощатые полы устилали толстые ковры. Вестибюль отапливали три искусно выложенных кирпичных камина. Повсюду, куда ни кинь глаз, изделия искусства: глиняная посуда, картины... Из комнат для гостей открывался чудесный вид на горы Сан-Хуан. Каждый такой номер имел камин, джакузи и ковер из медвежьей шкуры.

38
{"b":"18244","o":1}