ЛитМир - Электронная Библиотека

Бросив записку, граф взял перчатки и отправился к Тэму О'Шентеру.

Его сразу окружили знакомые. Эдриан приветствовал их кривой улыбкой, вяло хлопал по плечу, как это делал прежний Олбрайт.

Но Артур Кристиан, знавший друга более двадцати лет, сразу понял, что это не прежний Олбрайт. Глаза Эдриана ввалились и потемнели, бронзовая кожа странно побледнела.

— Я же говорил, — тихо произнес Джулиан, глядя на Эдриана. — Он никогда себя не простит.

Артур тем временем наблюдал за Фицхью. Тот с энтузиазмом хлопал графа по плечу, словно вернувшегося домой блудного сына.

— Хорошо выглядишь, Олбрайт! Женитьба пошла тебе на пользу, — гудел он, как бы ненароком распахивая свой сюртук, чтобы показать новенький инкрустированный пистолет.

Он просто идиот!

— Думаю, в браке есть положительные стороны, — ответил граф. — А теперь, Фицхью, извини. С твоего позволения, я иду лишать Кеттеринга всех его денег.

Эдриан вырвался из толпы знакомых и направился к угловому столику, где сидели «негодяи».

— Говоря о браке, ты должен был сослаться на тело, — усмехнулся Джулиан, когда друг плюхнулся на мягкий стул.

— Все произошло слишком быстро, — равнодушно пожал плечами Эдриан, знаком подзывая слугу.

— На мой взгляд, если уж такие вещи должны случаться, то пусть они лучше происходят быстро, — с умным видом изрек Джулиан. — И где, кстати, прекрасная маленькая графиня?

— В Лонгбридже. Я приехал сюда только на один день.

— Ясно. Где же ты отыскал нашу леди Олбрайт? — полюбопытствовал Артур. — Или я ненароком пропустил твой рассказ о неземной любви?

Эдриан фыркнул.

— Кристиан, ты романтик, да? — Он взял стакан, который принес слуга, и отпил виски. — Лилиана Дэшелл родом из Ньюхолла, это рядом с Парком. Наши семьи знакомы много лет.

— Все равно неожиданно, — заметил Артур. — Ты никогда не говорил о своем намерении жениться.

— Намерении? — Эдриан пожал плечами. — Это неизбежно для любого мужчины.

— Нет, черт побери! — решительно возразил Джулиан.

— Лично я не видел причин отказываться. Тем более что принятый в обществе ритуал ухаживания — всего лишь напрасная трата времени.

— Ты хорошо ее знаешь?

Граф оглядел помещение, кивая тем, кто поймал его взгляд.

— Не могу сказать, что знаю. — Он слегка нахмурился. — Да это и не важно.

Значит, странное выражение у него в глазах не имеет отношения к Филиппу, подумал Артур. Причина в этой женщине, кем бы она ни была. Но чем особа женского пола может задеть Эдриана Спенса? Он всегда так мил с дамами, но предпочитает дебютанток мадам Фарантино, поскольку они не доставляют ему хлопот. И все же Артур еще ни разу не видел мужчины, который выглядел бы столь несчастным. Кроме своего брата Алекса, но тот…

Артур уставился на графа.

Да, именно такое выражение он видел у Алекса, когда тот разорвал давнишнюю помолвку с Марлен Риз, потому что безумно любил Лорен Хилл и готов был всем пожертвовать ради нее: матерью, Джозефом, Мэри… Неужели Эдриан…

Нет. Исключено. Только не Эдриан Спенс! Не этот «негодяй». Олбрайту никто не нужен! Однако взгляд у него был именно таким.

Заметив странную усмешку друга, граф нахмурился. Лорды Дуайер и Паркер украдкой поглядывали на него поверх своих карт, Артур и Джулиан наблюдали за ним, словно ожидая каких-то действий с его стороны. Эдриан чувствовал себя цирковым клоуном.

Чтобы отвлечь их внимание, он спросил Джулиана, как поживают его сестры, и попытался выглядеть заинтересованным, игнорировать взгляды, устремленные на него, игнорировать Артура, который, похоже, хотел его о чем-то спросить. Не думать о Лилиане, о неприятном ощущении, что они здесь без Филиппа. Но после трех стаканов виски смог наконец расслабиться.

Зато Джулиан с каждым новым глотком все больше приходил в раздражение.

— Какого дьявола они за нами следят? — вдруг рявкнул он, уставившись на группу мужчин, которые тайком бросали взгляды в их сторону.

— Кеттеринг, ты спрашиваешь об этом уже в четвертый раз, — усмехнулся Артур.

— Они надоедливы. Я не люблю, когда меня разглядывают.

— Ты слишком много выпил, мой друг. Никто тебя не разглядывает.

— Значит, они разглядывают тебя, — упорствовал Джулиан.

— Они ищут Филиппа, — тихо проговорил Эдриан и, когда друзья посмотрели на него, пожал плечами. — Недавно здесь было четверо, теперь здесь трое, и один из нас в ответе за то, что наше число сократилось.

Его слова подействовали на них как ушат ледяной воды. Джулиан одним глотком осушил стакан и возмущенно сказал:

— Ты не должен себя казнить. Пора бы уже наконец успокоиться, я так думаю. Это был несчастный случай.

— Правда? — с большей, чем ему бы хотелось, горечью спросил Эдриан. — Благодарю вас, лорд Кеттеринг, но именно я убил одного из наших лучших друзей и не могу про это забыть. Простите, если докучаю вам.

— Ты мне не только докучаешь, ты приводишь меня в бешенство, — огрызнулся Джулиан. — Честное слово, мы уже тысячу раз тебе говорили, что не ты убил его…

— Странное заявление. — Эдриан пожал плечами. — Не знаю, почему я беспокоюсь… глядя, как ты напиваешься. Ты похож на него.

Оба вскочили. Артур быстро встал между ними и поднял руки:

— Прекратите! Неужели мы никогда не сможем это преодолеть? Олбрайт, ты не виноват — Филипп хотел умереть. Он выбрал подлый способ, но он действительно хотел умереть. Да-да, знаю, ты отвергаешь мою теорию, — поспешно добавил он, не дав Эдриану возразить, — но если бы не ты, это пришлось бы сделать одному из нас, прежде чем он хладнокровно застрелил бы тебя. Он совершил самоубийство. К несчастью, орудием Филипп выбрал тебя.

Граф перевел взгляд с Артура на Джулиана. Они были одного мнения, поэтому не имело смысла говорить им, что Филипп не собирался его убивать, что он намеренно стрелял в воздух. Господи, он же знал, что кузен не будет в него стрелять.

— Да, Артур, он убил себя еще до того, как приехал в Данвуди, — пробормотал Эдриан, потирая лоб. — Это наш общий позор. Если бы каждый из нас понял, что он ведет себя к гибели, ничего подобного не случилось бы. Вы знаете, я не обращал на него внимания и смотрел сквозь пальцы на происходящее.

— То же самое можно сказать обо всех, — грустно согласился Артур. — Одному Богу известно, сколько бессонных ночей я провел, думая…

— Ты тоже лежал без сна, Артур? — прервал его Джулиан. — Ну ладно, я-то обращал на него внимание. Я видел каждый его шаг к самоуничтожению и ничего не сделал, чтобы ему помочь. Вы можете представить мои чувства? Я позволил ему погибнуть.

«Да, каждый винит себя», — мрачно подумал граф и взглянул на Джулиана, который искал глазами слугу, чтобы потребовать новую бутылку.

— Ты слишком много пьешь. Так делал и Филипп, — сказал он, кивнув на его пустой стакан.

— Обо мне не беспокойся, Олбрайт. Я еще не влез в долги и не хочу умирать. Я вообще способен обойтись без выпивки.

— Может быть, — ответил Артур. — Но мне было бы намного спокойнее, если б ты не пил хоть несколько дней. И ты, Эдриан, тоже. Я не знаю, кто из вас двоих вызывает у меня большую тревогу.

— Я? — вскинулся Эдриан.

— Не отрицай, тебя что-то гложет. Ты ужасно выглядишь, старина.

— Весьма любезно с твоей стороны. Я по крайней мере не так слезливо-сентиментален. А вот ты причитаешь как одна из сестер Кеттеринга!

В глазах Артура мелькнула обида.

— Да, с моей стороны непростительный грех беспокоиться за вас. Но я вижу Джулиана, который слишком часто заглядывает в бутылку, и тебя, который выглядит таким несчастным. Я сам почти не сплю с тех пор, как умер Филипп! И знаю, что, если бы проявил к нему больше внимания, он сидел бы сегодня здесь, а потом отправился бы с нами к мадам Фарантино, — громко заявил Артур.

В наступившей тишине многие обернулись, чтобы посмотреть, что происходит за их столом. Артур неловко заерзал, Джулиан отчаянно искал глазами слугу. Эдриан , поморщился. Ему не хотелось говорить об этом, но Артур прав: они потеряли Филиппа, потому что каждый из них игнорировал происходящее, надеясь, что все как-нибудь устроится и нет причин для беспокойства. Они, по своему обыкновению, просто отмахнулись от неприятностей.

25
{"b":"18246","o":1}