ЛитМир - Электронная Библиотека

— Да, мог.

— И зрение вернулось полностью? У тебя больше нет сомнений?

— Никаких.

— И ты видел уже несколько дней? — Голос ее упал до шепота.

— Да.

В ее глазах полыхнула ярость, и, развернувшись, она направилась к скатерти, где стояла корзинка с припасами. Эдриан бросился за ней.

— Значит, не был уверен? — Она ухватила край скатерти и дернула. Сыр, хлеб, два хрустальных бокала и бутылка с вином полетели на траву. — А что тебя смущало, Эдриан? Что трава недостаточно зеленая, а небо голубое? Ты видел окружающий мир и сомневался? Не могу поверить, что ты скрыл это от меня!

— Не можешь поверить? — возмутился он. — Знаешь ли ты, что такое потерять зрение, Лилиана? Можешь ли себе представить, что такое оказаться в полной темноте и быть вынужденным снова учиться жить? Зрение возвращалось постепенно, маленькими дозами, и я решил, что это жестокая шутка моего разума. У меня не было уверенности.

— Я могу понять твое потрясение. Но я не понимаю, как ты мог скрывать это от меня. Несколько дней, Эдриан. Прости, у меня такое ощущение, что это ты жестоко подшутил надо мной.

— Нет, Лилиана, — спокойно возразил он, протягивая к ней руку.

Она резко отшатнулась.

— Сколько дней ты наблюдал за мной, притворяясь слепым и зная, что я отдала бы тебе свои глаза, если б могла? Сколько дней? — истерично выкрикнула она.

— Дня четыре. Может, пять.

— Целых пять дней? О нет… ты не сказал мне, что видишь… той ночью, когда я мылась… — Зеленые глаза расширились от ужаса. Эдриан ни разу в жизни не презирал себя так, как в эту минуту. Он не смел ответить. Да ответа и не требовалось. — В оранжерее, полагаю, тоже. Получил удовольствие?

— Господи, ну позволь мне объяснить! — простонал он.

— Ты уже объяснил. — Лилиана подняла корзинку и бросила на него уничтожающий взгляд. — Ты не настолько доверяешь мне, чтобы рассказывать. И ты шпионил за мной, Эдриан! Как ты мог? Как ты посмел?

— Успокойся, принцесса.

— Не смей меня успокаивать!

Подобрав юбки и не обращая внимания на собак, которые, расшалившись, хватали ее за оборки, Лилиана побежала к дому.

Как он мог утаить это от нее? После всего, что они вместе пережили за два последних месяца, как он мог бессовестно шпионить за ней? Именно в те моменты, когда она думала, что свободна… он следил!

Лилиана бежала всю дорогу и остановилась только в саду, чтобы перевести дух.

— Лилиана? Все в порядке?

О Боже, только не сейчас, не сегодня! Она неохотно повернулась:

— Здравствуйте, Бенедикт. Мы вас не ждали. Он взял ее руку, заглянул ей в лицо:

— Вы бежите с озера? Что произошло? То ли участие в его голосе, то ли необходимость выговориться заставили ее сказать правду.

— Эдриан… он снова видит, — произнесла она, прижав руку к груди, чтобы успокоить бешеный стук сердца. — Он видит каждую деталь! Все, что вокруг нас!

Бенедикт ответил не сразу. Он попытался ее обнять, но она воспротивилась.

— Прекрасная новость, Лили, — тихо сказал он. — Думаю, вы очень рады за него.

— Я рада! Просто счастлива! Господь свидетель, как я молилась о таком чуде!

— Тогда что вас расстроило?

— Он не сказал мне! Знал уже несколько дней и не сказал мне!

— Вы имеете в виду… — Бенедикт замолчал. — О Боже, не сказал вам? А я уж подумал… Не важно. Главное, что к нему вернулось зрение.

Подняв голову, Лилиана увидела, что он смотрит на ее губы.

— О чем вы подумали?

— Конечно, это прекрасная новость. — Он пожал плечами и слегка улыбнулся.

— О чем вы подумали?

— Я подумал, что ему следовало прежде всего сказать вам.

Невероятно! Он рассказал Бенедикту? Он доверял брату, а не своей жене?

— Хотите сказать, что вы знали? — Голос у нее прерывался от ярости.

— Ах, Лили, мне больно видеть, как вы огорчаетесь.

— Так вы знали?

— Я же его брат. — Он беспомощно пожал плечами. Значит, Бенедикт оправдывал ложь Эдриана? Потому что он его брат? Господи, а она кто? Провинциальная дурочка, которой посчастливилось жить в Лонгбридже? Какой же она была идиоткой! Все те ночи она лежала в его объятиях, убеждая себя, что он любит ее так же сильно, как и она его!

Разъяренная, Лилиана повернулась и зашагала к дому.

— Погодите! Клянусь, я пытался вам сказать!

— Что вы пытались мне сказать? Что муж видел меня, когда я считала себя защищенной от посторонних глаз?

— Я пытался вам сказать, что он не заслуживает доверия.

Не желая слушать его намеки, она пошла дальше.

— Лилиана, я знал его всю жизнь. Эдриан думает только о себе, ему нельзя доверять, он заставил отвернуться от него всех, кто его любил, он будет лгать вам без размышлений и без всякого повода.

— Зачем вы это делаете? Почему все время стараетесь оклеветать его?

— Оклеветать его? Неужели вы и правда так наивны? Я пытаюсь оградить вас от беды. Мое единственное желание — заставить вас наконец понять его и не позволить ему причинять вам боль. Лилиана, подумайте об этом. Он никогда не был честным. Знаете, почему он на вас женился? Из мести. Нанес удар мне, потому что отец лишил его наследства. О, я уверен, он сказал вам, что отец властный, подозрительный и бог весть какой еще. Но поверьте, Арчи воспитал его как собственного сына, дал ему все шансы стать наследником, а Эдриан ими не воспользовался. Это он виноват в разрыве между ними, а не отец! Это он затеял ссору с Ротембоу. Он сам причина своих бед, включая слепоту. Почему, вы думаете, он вам не сказал?

— Я… я не знаю, — смущенно ответила Лилиана. Бенедикт схватил ее за плечи и встряхнул:

— Ради Бога, откройте глаза! Да потому, чтобы вы остались с ним, разве вы этого не понимаете? Он в вас нуждается. Если вы уедете, шансы отца в суде повысятся. Зачем бы жене оставлять своего мужа?

Это неслыханно и доказывает, что он не может обеспечить ее как положено.

Нет! Он несет что-то несусветное. Лилиана покачала головой, но Бенедикт упрямо сжимал ей плечо.

— Соблюдение приличий слишком важно для знати, Лилиана. Только ради этого вы ему и нужны.

Похоже, все сошли с ума… Тут нет никакого смысла.

— Если вы так за меня беспокоитесь, то почему не сказали мне раньше?

— Потому что разговор был строго конфиденциальным, — быстро произнес он. — А я человек слова. Кстати, вы его жена, а не моя. И меня это не касается.

Что-то в его тоне заставило Лилиану усомниться.

— Прошу меня извинить.

Обойдя его, она направилась к дому. Она сыта по горло и семейством Спенс, и их тайнами.

Но их тайны продолжали занимать ее весь остаток дня. Она дважды отсылала Эдриана, слишком расстроенная и обиженная, чтобы с ним разговаривать. Она пыталась найти приемлемое оправдание его поступку, стараясь не думать о том, какие еще секреты он мог утаить от нее. Да к тому же Бенедикт… его отвратительные слова… говорил ли он правду? Мой отец воспитал его как собственного сына. Мог ли Эдриан так легко солгать? Эдриан не заслуживает доверия. А его печальный рассказ о матери и Филиппе Ротембоу? Была ли там хоть крупица правды?

Один из братьев Спенс ей лгал.

И разумеется, это Эдриан, что доказывает его так называемая слепота. Нет, это она была слепа, если ничего вокруг себя не видела. Именно она, мечтавшая выйти замуж, чтобы обрести свободу и жить так, как ей хотелось. Но в браке главное не свобода, а честность, преданность и обязательства — понятия, о которых она раньше не думала. Теперь они в отместку нанесли ей удар, потому что она променяла их на удовольствия.

Ладно, удовольствий ей хватает. Каждый, кто парит над облаками, должен когда-нибудь приземлиться. Вот и она упала на землю, как птенец, выпавший из родного гнезда. Эдриан лгал ей, добиваясь ее сочувствия, и продолжал околдовывать, пока она всем сердцем не полюбила его.

К тому же есть еще и Бенедикт, всегда очаровательный, всегда «присутствующий», не делающий ничего такого, что вызвало бы сомнения в его правдивости. Но была в нем какая-то фальшь. Не ради ли собственной мести он пытался отравить ее чувства к Эдриану?

42
{"b":"18246","o":1}