ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Борис Априлов

Морские приключения Лисенка

ГЛАВА ПЕРВАЯ. РАЗДУМЬЯ

После возвращения Лисенка из гнезда Каменара прошел тридцать один день. Как-то Лисенок отправился на прогулку. Возле большого дерева он остановился и задумался. Он слышал, что лучше всего думается, когда глядишь в одну току.

Поскольку поблизости не было никакой точки, Лисенок стал глядеть прямо в дупло дерева. Дупло было очень глубоким, а потому и мысли Лисенка приобрели необычайную глубину. «Тридцать дней — это еще куда ни шло… но тридцать один день — это уже слишком!.. Тридцать дней можно вести себя примерно, но тридцать один день — невозможно. Тридцать один день никто не может вести себя примерно, как бы ни старался.

Кроме того, — продолжал рассуждать Лисенок, — примерным может быть лишь тот, кто не видел широкого света. А я его видел. Свет очень длинный и очень широкий…

Ладно, но ведь свет не только широк… Разве свет — это лишь то; что видно из орлиного гнезда?.. Смешно утверждать подобные вещи. Если это так, то свет не так уж велик и напрасно так много говорят о его величине… Ясно одно — пора покинуть Тихий лес и отправиться в дорогу.

Но с другой стороны, — размышлял Лисенок, — я обещал стать послушным и не создавать другим забот. У взрослых своих дел и забот достаточно. Зачем их огорчать?»

Похоже, последняя мысль оказала свое благотворное действие. Лисенок перестал рассуждать и отправился дальше. Тихий лес благоухал. Повсюду цвели яркие цветы.

Лисенок с удовольствием вдыхал их аромат и приходил к выводу, что жизнь поистине прекрасна.

Мимо него проходили обитатели леса — одни спешили на работу, другие — в школу.

Птицы оглашали простор своими песнями. Такая уж у них работа — петь с утра до вечера, радовать всех. Об этих птицах говорили, что они служат искусству.

Лисенок не знал, что такое «искусство» и почему нужно всю жизнь ему служить, но решил, когда вырастет, тоже посвятить себя искусству. Впрочем, уже и теперь не мешает научиться петь — как соловей, например.

Несколько дней назад он посетил Главного соловья Тихого леса и дал ему понять, что желал бы служить искусству — забраться на какую-нибудь ветку и запеть, как птица. Главный соловей сказал ему:

— Это можно, но прежде всего тебе следует научиться взбегать на тоновую лестницу и спускаться с нее.

— Хорошо, научусь, — пообещал Лисенок и ушел, постеснявшись спросить, что такое «тоновая лестница». Напрасно он искал такую лестницу по всему лесу. Он так и не смог найти ее.

Пройдя еще несколько метров, Лисенок увидел Хитрушу и Рыжуху. Они играли в чехарду. Лисенок обошел сестер издалека, ему совсем не хотелось играть с ними.

Родители говорили о них, что они развиваются медленно, но радовались их послушанию.

Лисенок снова погрузился в раздумья. Озорник вдруг понял, что может думать на ходу. Это открытие поразило его. Он остановился, чтобы проверить, остановятся ли его мысли. Ничего подобного. Мысли продолжали течь своим чередом:

«Трудно быть послушным. Я могу совершить сто героических поступков, съесть сто груш, подскочить сто раз, но быть послушным не могу. А кажется, что быть послушным совсем нетрудно — стой себе на одном месте, не скачи, не совершай героических поступков, просто выполняй все то, чего хотят от тебя папа и мама. А это так трудно… Да что там трудно — невозможно!.. И все же взрослые говорят обо мне: „В сущности, этот Лисенок очень симпатичный малыш.“ Почему они так говорят?»

Такие мысли витали в голове Лисенка, когда он шел и когда останавливался, чтобы понять, остановятся ли и его мысли. Таким образом Лисенок понял, что мысли живых существ не останавливаются.

«Хорошо, мысли не останавливаются, — продолжил свои размышления Лисенок. — А что происходит, когда мы спим? Что тогда происходит с мыслями? И они спят? Возможно, но мне в это не верится. Мне кажется, что когда мы спим, мысли начинают развлекаться. Они развлекаются, дают представления, а мы называем эти представления снами… А что происходит с мыслями, когда мы умираем? И они умирают?»

Этот вопрос испугал шалуна. Он решил немедленно отправиться к Медведю. На это у него было две причины: во-первых, надо узнать правду; во-вторых, Медведь должен понять, что Лисенок — не глупый несмышленыш, который умеет только теряться.

Озорник подскочил и побежал к Медведю. Тропинка вилась среди деревьев и зарослей папоротника. Лисенку стало легко и радостно. Он невольно запел. Он и сам не понимал, как рождаются его песни, как они приходят ему в голову. На этот раз он напевал такую песенку:

Пускай, пускай, пускай, пускай,
Тра-ля-ля-ля!..

Сам Лисенок из всей песенки понимал только слово «тра-ля-ля-ля». Что означает слово «пускай» и что именно пускай — на эти вопросы ему еще только предстояло ответить. Но до этого ему предстояло выяснить, что это он вдруг узрел…

На гладком камне неподвижно застыла жаба. Лисенок остановился и принялся ее рассматривать.

— Вы — памятник? — тихо спросил он.

— Нет.

— А кто вы?

— Я есть я.

— Но кто же вы все-таки?

— Жаба-мечтательница из первой части романа, меня зовут Зевака.

— Ага!.. А что вы здесь делаете?

— Мечтаю.

— Ага!.. А о чем вы мечтаете?

— Раньше я мечтала допрыгнуть до Луны.

— Вот как? А почему?

— Чтобы громко квакнуть оттуда.

— Ага… Интересно.

— Интересно, но все меня высмеивали, и теперь я решила мечтать ради самих мечтаний. Ведь существуют мечтатели, которые все свое время посвящают мечтам и все никак не намечтаются.

— Понятно, — согласился Лисенок. — Тогда приятных мечтаний… Я спешу.

— Куда?

— На поиски истины.

— И ты тоже? — Зевака покачала головой и снова замерла, погрузившись в свои мечты.

Лисенок пошел своей дорогой. Время от времени он оборачивался, чтобы увидеть «памятник». Неужели жаба не пошевельнется ни разу? Но ведь этого не может быть!

Должна же она когда-нибудь пошевельнуться!.. Чтобы почесаться, например…

Лисенок остановился, обернулся, потом пошел назад.

— Послушай, — обратился он к жабе. — Я слышал, что некоторые могут подолгу стоять или сидеть неподвижно… Но что ты делаешь, если почувствуешь зуд? Или вы, мечтатели, не чувствуете его?

— Почему же? Случается иногда.

— Что же вы тогда делаете?

— Чешемся… Вот сейчас я, например, чешусь.

— Да?! А как?

— Мысленно. Это достигается регулярными тренировками и напряжением подсознания.

— Ага!.. — удивленно произнес Лисенок, но потом решился на откровенность и добавил: — Видите ли, я еще не понял, что такое сознание, а вы мне говорите о подсознании.

— Придет время, поймешь, — заявила Зевака, не меняя позы.

— Мне постоянно твердят о каком-то времени, которое придет. Похоже, время это нечто такое, что приходит и непременно сейчас же ускользает… Надоело мне все время ждать и упускать… До свидания.

Медведь, как всегда, оказался занят. Он дописывал речь, которую ему предстояло произнести перед членами Лесного совета.

— Садись и подожди, — сказал Медведь. — Мне осталось дописать последнее предложение. Нужно придумать что-нибудь простое и в то же время отличающееся от тех фраз, которыми я до сих пор заканчивал свои выступления.

— Ладно, я подожду, — охотно согласился Лисенок.

— Идеальная концовка! — вдруг воскликнул Медведь. — «Господа, благодарю вас за внимание!» Так я и закончу свою речь — поблагодарю своих слушателей… Благодарю и тебя, Лисенок.

— Не за что, — вежливо произнес сорванец. Медведь отложил в сторону карандаш и поинтересовался:

— Что привело тебя ко мне?

Лисенок решил сразу же перейти к делу. Он склонил голову и заговорил:

— Есть у меня к тебе один вопрос… Сегодня я решил целый день размышлять, чтобы потом принять некоторые решения.

1
{"b":"1826","o":1}