ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Я думаю, все будет нормально. Насколько я знаю, забеременеть не так-то легко, – торопливо проговорила Кимберли.

– В нашей семье женщины не имеют таких проблем, – сказал Артур.

Она уткнулась в его плечо, чтобы скрыть улыбку. Похоже, он путает способность к деторождению с половой потенцией. Как это мило.

– Ты любишь детей? – спросила она.

– Нас в семье пятеро.

Артур ушел от ответа, но Кимберли не стала настаивать, поскольку у нее уже пропало игривое настроение. Ей было лет десять, когда она решила, что никогда не будет заводить детей. Артур мог придерживаться такого же мнения. Возможно, у него тоже было трудное детство и он подобно ей не хотел, чтобы его дети страдали…

Глядя на ее безмятежное лицо, Артур пытался угадать, о чем она думает. Он вдруг осознал, что впервые в жизни ему отчаянно захотелось узнать мнение женщины на этот счет – тема, от которой он всегда шарахался, как от чумы. Артур чуть не застонал, когда понял, что ее спокойствие объясняется всего лишь сонливостью, – пока он размышлял, Кимберли успела снова заснуть. Он вспомнил, как терпеливо она разговаривала с его младшим братом, который мог вывести из себя даже святого, и улыбнулся. Артур готов был поспорить, что она с ума сходит по детям, а к истории с презервативом отнеслась довольно безразлично потому, что скорее всего на данной стадии ее месячного цикла шанс забеременеть маловероятен.

Кимберли проснулась от звонка телефона. Чувствуя головную боль и жуткую физическую усталость, она протянула руку за трубкой.

– Ммм?

– Как спалось, моя красавица? – услышала она до боли знакомый бархатистый голос.

Сон как рукой сняло. Кимберли осознала, что лежит в кровати… в номере отеля… совершенно голая!

– П-простите? – пробормотала она, заикаясь.

– Я заказал завтрак для тебя, – продолжал Артур уверенным голосом. – Его, наверное, уже принесли.

– Я подумала, может, ты… мне приснился, – неуверенно произнесла Кимберли.

– У тебя бывают такие потрясающие сны? – игриво осведомился Артур.

– О Боже, сколько сейчас времени?! – испуганно воскликнула Кимберли.

– Половина десятого, соня. Но ты не волнуйся, я с радостью даю тебе сегодня выходной.

Кимберли не могла видеть появившуюся на его губах чувственную улыбку. Артур представил ее такой, какой оставил в номере, когда уезжал на работу, – с разметавшимися по подушке волосами и нежным румянцем на щеках. Она была красивой даже во сне. Она очень устала после бурной ночи, поэтому он решил дать ей возможность восстановить свои силы.

– Половина десятого? Выходной… Ты что, смеешься?! – в отчаянии крикнула она в трубку.

– Сегодня мы ужинаем в ресторане, и я хочу, чтобы ты хорошо отдохнула перед этим, – заявил Артур с железным спокойствием человека, считающего своей обязанностью следить за ее здоровьем.

Может, прошлой ночью я отдала ему не только свое тело, но и душу? Вздрогнув от стыда, Кимберли почувствовала, как ее охватывает паника.

– Артур, ты наверняка занимаешь в «Скайлайт» более высокое положение, чем я, но я не беру свободные дни только потому, что я устала.

– Но сегодня ты его возьмешь.

– Зачем? – прошептала она дрожащим голосом.

– Зачем? – удивленно повторил Артур. – Чтобы сделать мне приятное, конечно!

С каких это пор ублажать мужчину стало для меня одной из главных задач? – удивилась Кимберли. С того момента, как ты влюбилась в высокого темноволосого властного типа, который тебе не приснился прошлой ночью! – любезно объяснил ей внутренний голос.

– Послушай, я сейчас не могу разговаривать с тобой, – заторопился Артур, – но у меня есть для тебя сюрприз, о котором ты узнаешь за ужином. Думаю, он вызовет у тебя улыбку. Оставь на столе в номере свой адрес, чтобы я знал, куда заехать за тобой вечером, – сказал он на прощание и положил трубку.

Интересно, что за сюрприз он приготовил? Но Кимберли не собиралась брать выходной, так как сегодня Рут должна приступить к новым обязанностям. Ей необходимо позвонить на работу и, придумав причину, по которой она задерживается, сказать, когда она появится. Кимберли прикинула, что скорее всего к ланчу. Надо съездить домой переодеться, а затем почти через весь город ехать до работы. Вскочив с постели как ошпаренная, Кимберли бросилась в ванную. Не поедет она домой, проще и быстрее купить новую одежду!

Встав под душ, Кимберли решила ни о чем не думать, а сосредоточиться на том, чтобы появиться в офисе с минимальным опозданием. Но по мере того, как она терла губкой свое тело, ее боевой настрой уступал место совсем другим мыслям. Каждое движение отзывалось болью в глубине ее существа, напоминая о первой ночи, проведенной в постели с мужчиной. Кимберли разрывалась между чувством унижения и виноватым ощущением счастья, которое казалось абсолютно неуместным при данных обстоятельствах. Алкоголь притупил ее бдительность и страхи, и она легла в постель с Артуром сразу после знакомства с ним. Его очевидный интерес к ней вскружил ей голову, и Кимберли была потрясена, с какой легкостью и скоростью рухнули ее гордость и моральные принципы под напором искушения. По сути она вела себя, как развратная женщина.

Но, подумав, Кимберли все же решила, что она слишком строга к себе. Далеко не каждый роман развивается по традиционной схеме, утешала она себя. Она очень понравилась Артуру, как ей казалось. Но ее-то он точно поразил в самое сердце. И сегодня утром первое, что он сделал, приехав на работу, позвонил ей и даже пригласил поужинать. Кимберли сняла полотенце с вешалки и перед тем, как выйти из ванной, увидела себя в зеркале и не узнала. Ладно, Артур красив, как бог, рассуждала она сама с собой, но тогда тем более я не должна терять голову и витать в облаках.

Уже одетая, Кимберли написала свой домашний адрес на блокноте, лежавшем около кровати, вышла в гостиную и остановилась в изумлении. Первое, что бросилось ей в глаза, был огромный букет роз. Вдыхая чудесный аромат красивых цветов, Кимберли увидела краем глаза невероятное количество блюд на обеденном столе. Не зная, что она любит на завтрак, Артур решил, видимо, заказать все, что предлагал ресторан отеля.

Кимберли была счастлива и в то же время смущена необыкновенным вниманием Артура. Дрожащей рукой она намазала маслом свежую булочку и выпила стакан сока. Как она ни пыталась вытеснить из головы мысли об Артуре, у нее ничего не получалось – Артур был особенным мужчиной. Кимберли не могла вспомнить, когда – если такое вообще было – хоть один мужчина так старался для нее. Даже родному отцу было наплевать на нее. По утрам он загружал ее своими бесконечными требованиями и просьбами, поэтому Кимберли часто уходила на работу, не успев позавтракать.

– Запомни, жизнь – тяжелая штука, – с ожесточением говорил он ей не раз на протяжении многих лет.

Согреваемая теплыми, приятными мыслями об Артуре, Кимберли отправилась в холл отеля, где располагались многочисленные бутики. Она купила черный брючный костюм, удобные туфли на низком каблуке и белье. Кимберли очень надеялась, что Артура привлекла в ней не внешность, потому что она никогда не умела выбирать одежду, делать прическу или макияж. Кимберли подумала, что роман с Артуром, очевидно, потребует от нее большого напряжения. Но когда ей было легко жить?

Высоко держа голову, Кимберли вошла в здание компании, ее лицо освещала уверенная улыбка. В лифте она поднималась с двумя женщинами, от которых узнала о том, что новый босс собирает служащих в зале совещаний, и отправилась прямиком на собрание. Зал был набит до отказа. Кимберли заметила в заднем ряду свободное место и только успела сесть, как один из директоров компании объявил:

– Артур Мартинес, новый президент «Скайлайт»!

Кимберли увидела Артура, своего Артура, который поднялся со своего места за столом, возвышавшимся на сцене. В светло-сером деловом костюме, в темно-синей сорочке под цвет глаз и сером галстуке, он показался Кимберли невыразимо элегантным, ее сердце забилось в сумасшедшем ритме. Кимберли чувствовала себя ужасно гордой оттого, что ее и этого потрясающе красивого мужчину кое-что связывает. Ее губы все время пытались растянуться в глупой, довольной улыбке, и Кимберли уже хотела отвернуться, чтобы сослуживцы не заметили, на кого она смотрит с благоговейным восторгом, когда до нее вдруг дошло, что Артур направляется к трибуне.

10
{"b":"18263","o":1}