ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Когда Гарри Уилбер, непосредственный начальник Кимберли, вызвал ее и сообщил ей плохую новость, она была настолько потрясена, что изумленно воскликнула:

– Рут… будет новым финансовым директором?!

Гарри кивнул как ни в чем не бывало, словно это назначение было делом вполне естественным и закономерным.

Рут Болдуин? Эта недалекая, постоянно хихикающая блондинка, работающая сейчас у Кимберли в подчинении, будет ее боссом? Ужасная новость явилась для Кимберли громом средь ясного неба и повергла ее в глубокий шок. В течение трех последних месяцев она исполняла обязанности финансового директора и не без оснований надеялась, что ее утвердят в этой должности. Ей и в голову не могло прийти, что Рут при ее весьма скромных способностях может претендовать на этот пост.

– Я решил поставить тебя в известность заранее, прежде чем отдел кадров уведомит тебя официально, – добавил Гарри сочувствующим тоном, словно он из кожи лез вон, желая сделать ей одолжение.

– Но Рут не обладает соответствующей квалификацией, и она работает всего два месяца в нашем секторе… – Кимберли все еще не могла прийти в себя от обрушившегося на нее удара.

– Свежая кровь идет на пользу компании, от этого она становится лучше и конкурентоспособнее, – назидательно изрек Гарри, с укором посмотрев на растерявшуюся сотрудницу.

Ошарашенная Кимберли вернулась на свое рабочее место. Она бы легче перенесла неудачу, если бы должность, на которую давно рассчитывала, занял более достойный соперник. А может, Рут Болдуин обладает талантами, которые я не разглядела? – спросила себя Кимберли.

Она вспомнила, что сегодня вечером состоится прием по случаю представления сотрудникам компании Артура Мартинеса, и сдержала вздох раздражения. Кимберли вообще не любила вечеринки, а уж корпоративные и подавно. Однако теперь, когда ее лишили должности, которая, как она наивно полагала, была у нее уже в кармане, Кимберли рассудила иначе. Она подумала, что ей все-таки стоит появиться на чествовании нового хозяина компании, а то коллеги могут решить, что она завидует Рут.

Рут Болдуин скоро будет моей начальницей. От этой мысли у Кимберли сдавило горло, и она проглотила тугой ком, мешавший ей свободно дышать. Господи, неужели я умудрилась так напортачить где-то, что собственными руками пустила коту под хвост долгожданное повышение? Рут станет моим боссом. Рут, с которой недавно я была довольно резка из-за ее слишком затяжных ланчей и небрежной работы. Та самая Рут, которая половину рабочего дня проводит в пустой болтовне, а оставшееся время флиртует с первым подвернувшимся мужчиной. Хорошо еще, что сегодня ее нет на работе, подумала Кимберли.

Она все глубже погружалась в шоковое состояние. Начиная с детского сада, затем в школе и в университете Кимберли привыкла к тому, что все ожидают от нее каких-то необыкновенных результатов, привыкла быть лучшей, поэтому любая неудача повергала ее в мучительный процесс самобичевания. Кимберли была уверена, что не сумела оправдать те высокие надежды, которые на нее возлагались, и потому Рут обошла ее.

Кимберли прислушалась к разговору коллег.

– Сегодня вечером мы увидим его живьем и посмотрим, насколько он соответствует своей необыкновенной репутации…

Кимберли поморщилась: это, конечно, Ивон, она чересчур любопытна. Кто-то хихикнул.

– Говорят, что для своей последней пассии он купил наручники, усыпанные бриллиантами.

Губы Кимберли изогнулись в презрительной гримасе. Если бы мужчина предложил ей такие наручники в качестве подарка, она бы спустила его с высокого этажа без парашюта. Правда, ей вряд ли кто-нибудь предложит. И слава Богу, что она не из тех женщин, которые позволяют делать им неприличные подарки! Кимберли было противно даже слушать, как одна из коллег восторгалась мужчиной, низводящим секс до игры с дорогими безделушками.

– Клянусь, он совершенный душка, – сказала Ивон и мечтательно вздохнула. – Высший класс…

– А я уверена, что он маленький и кругленький, как его покойный отец, – заметила Кимберли с едкой иронией. – Он поэтому и не любит журналистов – ему приятно, что его считают красивее и лучше, чем он есть на самом деле.

– Может, бедняге надоело, что все гоняются за его миллионами, – высказалась Ивон.

– А может, за ним никто бы не гонялся, если бы у него не было этих самых миллионов, – саркастически заметила Кимберли.

Неизвестно, сколько бы еще они препирались, но Кимберли вызвали в отдел кадров. Там ей сообщили официально, что ее просьба о предоставлении ей должности финансового директора отклонена. Как ни благодарна была Кимберли Гарри Уилберу за то, что эта новость не застала ее врасплох, но ей все-таки было интересно, почему он предупредил ее. Кимберли спросила, были ли какие-нибудь жалобы на ее работу, и получила в ответ заверение, что ничего подобного не было.

– И это делает вам большую честь, учитывая события последних месяцев, – продолжал кадровик тоном, исполненным искреннего сочувствия. Он явно имел в виду недавнюю кончину ее отца.

– Мне повезло, что у меня была работа, которая отвлекала от грустных мыслей, – сказала Кимберли.

– Вы знаете, что у вас накопился неиспользованный отпуск за несколько лет?

– Да.

– Меня попросили проследить за тем, чтобы вы отгуляли хотя бы три недели, начиная с конца этого месяца…

– Три недели? – испуганно переспросила Кимберли.

– Меня также уполномочили предложить вам более длительный отпуск – на шесть или двенадцать недель, с сохранением за вами места, разумеется.

– Вы говорите серьезно?! – ошеломленно воскликнула Кимберли.

Кадровик, словно не заметив, что Кимберли не в восторге от его предложения, стал описывать прелести отдыха. Попутно он отметил, что Кимберли, получив диплом, сразу приступила к работе в «Скайлайт».

– Вы проводите много времени на работе.

– Но мне нравится работать…

– Тем не менее, я уверен, вы с удовольствием расслабитесь за три недели и, возможно, захотите продлить свой отпуск на более долгий срок, – настойчиво уговаривал ее кадровик. – Вы только представьте, какой отдохнувшей и посвежевшей вы вернетесь на работу!

«Расслабитесь»? Прицепившись к этому слову, Кимберли подумала, что, может быть, именно поэтому ее обошли с повышением. Интересно, ее коллеги тоже считают, что она переутомилась и потому бывает раздражительной? Или, по их мнению, она не способна руководить работой других? Должна же в конце концов быть причина, по которой она не получила эту должность! Но так или иначе ее лишили права решать, когда ей идти в отпуск и стоит ли ей вообще брать его. Это как раз больше всего беспокоило Кимберли. Почему именно сейчас? Может, из опасения, что она не сможет легко приспособиться к новому руководителю финансового сектора?

Глубоко обеспокоенная полной потерей веры в свои способности, Кимберли работала без перерыва на ланч, и, когда подняла голову от стола, в комнате уже никого не было. Она очень удивилась.

– Куда все подевались? – спросила она у Гарри Уилбера, которого встретила в коридоре.

– Ушли пораньше, чтобы привести себя в порядок. Сегодня у нас прием, не забыла? Я тебе советую последовать их примеру.

Кимберли терпеть не могла оставлять работу незаконченной, но она вспомнила о событиях сегодняшнего дня и о том, что ее буквально выталкивают в отпуск. Это был болезненный урок, показавший ей, что незаменимых людей нет. Кимберли вернулась в комнату, взяла сумку и спустилась вниз. На улице хлестал дождь, а плащ она в спешке оставила наверху. Пришлось вернуться.

На этаже стояла мертвая тишина. Кимберли направилась к раздевалке, где висел ее плащ, и вдруг услышала голос Гарри Уилбера, доносившийся из его кабинета:

– …Артур Мартинес дал ясно понять, что он любит работать в окружении красивых, элегантных женщин. Он только взглянул на нашу простушку Ким на фотографии, помещенной в рекламном проспекте, и мы поняли, что руководящей должности ей не видать как своих ушей. Поэтому я поддержал заявление Рут. Я согласен, что она менее квалифицированный сотрудник, зато она значительно презентабельнее…

2
{"b":"18263","o":1}