ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Роберт Капа. Кровь и вино: вся правда о жизни классика фоторепортажа…
Энциклопедия пыток и казней
Попаданка пятого уровня, или Моя Волшебная Академия
Эмма и Синий джинн
Опасное увлечение
LYKKE. Секреты самых счастливых людей
Обжигающие ласки султана
Шифр Уколовой. Мощный отдел продаж и рост выручки в два раза
Ликвидатор

От его слов в сознании рождались эротические видения, сладкие и опасные одновременно.

— Мы всегда занимались любовью будто в первый раз. Это могло продолжаться до бесконечности: нам никогда не удавалось насытиться друг другом. Обычно ничто не может вывести меня из себя, — продолжил он хрипловатым, словно искушающим шепотом. — Но никто никогда еще не дарил мне таких ощущений, как ты. Я буквально терял голову. Если я не стыжусь этого, то почему ты должна?

Эрика слушала, и ей все сильнее хотелось оказаться в объятиях Клайва, почувствовать тепло его тела, шелк волос, коснуться губами твердого, слегка колючего от щетины подбородка. Прошлое приобретало над ней власть: этот человек казался все более родным и близким. К тому же Клайв хотел ее — в отличие от Перси — и не делал из этого секрета…

— Для вас с Кэтрин уже приготовлены комнаты, — лениво протянул он, когда машина затормозила перед входом в детский сад.

Эрика подняла на него взгляд, полный замешательства. — Но я…

— Тебе необходимо поменять обстановку. Конечно, тебе решать, случится это раньше или позже, но, по-моему, у Андерсов на тебя будет оказано куда большее давление. А тебе хватает и того, что есть сейчас. Боюсь, они еще не поняли, что все изменилось.

Все изменилось. Эти два слова перечеркивали три года ее жизни. Но переехать к нему в дом? Конечно, Клайв отец ее дочери, однако можно ли в такой степени доверять ему?

— А ты оставишь меня в покое?

— Если сама этого захочешь.

Эрика не была уверена, что желание ее именно таково, но пусть лучше он так думает.

— Я бы поехала к моей подруге Вивиан, но боюсь, у нее нет для нас достаточно места.

Кэтрин уже ждала их. Увидев большую машину, она изобразила танец радости африканских дикарей, а при виде отца ее личико осветилось счастливой улыбкой. Девочка забралась на заднее сиденье и пристроилась на коленях у родителя. Когда машина тронулась, она захохотала от восторга.

Сердце Эрики замерло, когда она заметила довольную усмешку Клайва. Тот был счастлив не меньше дочери. Испытывал ли он такую же радость с ней? Радость, от которой тяжелые черты разглаживались и взрослый мужчина становился похожим на мальчишку?

Боже мой, могу ли я доверять ему? А если и нет, то есть ли у меня другой выход? Что мне терять? — думала Эрика.

Клайв не отрываясь следил за Эрикой, нервно мерявшей шагами одну из гостиных особняка. Ее худенькое тело было напряжено.

До сего момента она так хорошо держала себя в руках, что он перестал ей верить. Они только что вернулись от Андерсов, где Эрике пришлось пройти еще через одно испытание. Ее не встретили утешениями по поводу мерзкого поведения Перси и не выразили огорчения, что она так скоро уезжает. А Клайва были рады видеть, как англосаксы — Вильгельма Завоевателя.

Тем не менее Эрика выразила Хьюго и Монике сердечную признательность за все, что те для нее делали. Короче говоря, все слова были сказаны, слезы пролиты, понимание и сожаление выражены. Спектакль полностью удался. Но Клайв не спускал с нее орлиного взора, ожидая, что маска вот-вот упадет и станет ясно, что это всего лишь хорошо продуманные и рассчитанные действия.

Когда-то раньше он верил, что Эрика такая, какой кажется. Но она предала его — ради глупого романчика с мальчишкой Тимоти! Тогда он понял, что это женщина с двойным дном, что истинную сущность она очень умело скрывает. И он больше не купится на образ пай-девочки!

Тогда почему он до сих пор рядом, поддерживает ее? Ведь ей совершенно не нужны все эти нежности. Она играет с ним, зная, что невинная внешность и ангельский взгляд порождают в мужчине немедленное желание защитить ее. Боже, какой же я идиот! — подумал Клайв. К ней приезжает миллионер на сверкающей машине и предлагает вернуться! Даже более чистая нравственно женщина не устояла бы. Неожиданно он пожалел, что не явился к ней в побитом джипе и не притворился бедняком.

Горько усмехнувшись, Клайв направился к двери.

— Позвони в колокольчик, когда захочешь есть, — бросил он через плечо.

— Куда ты? — удивленно спросила Эрика, на минуту останавливаясь.

— Вся эта история никак не вписывается в мой график работы, — ответил он, поворачиваясь к ней лицом. — Так что придется наверстывать упущенное.

Ее полные губы дрогнули в печальной усмешке. Судя по всему, он уже сыт по горло ее обществом и мечтает, как бы от нее избавиться. Но, вспомнив события последних двух дней, Эрика не стала его винить.

— Прости меня, Клайв. Мне очень неловко… — начала она, изображая на лице виноватую улыбку.

— За что? — Он нетерпеливо передернул широкими плечами.

— За то, что я вела себя как законченная эгоистка, — робко проговорила она. — Ты оказался в центре всех моих проблем, и сегодня утром я даже ругалась на тебя. А ведь если бы не ты, я бы дo сих пор считала себя Мишел Андерс. Спасибо тебе…

— Мне не нужна благодарность.

Эрика неуверенно посмотрела на него. Она понимала его желание уйти, но не хотела остаться наедине со своими мыслями.

— А ты не мог бы работать здесь? — не выдержала и спросила она.

— У меня, наверное, с десяток встреч. Боюсь, что в такой обстановке Кэтрин вряд ли заснет.

Она медленно кивнула, обреченно глядя, как он открывает дверь, и лихорадочно отыскивая другие способы удержать его.

— А как мне связаться с тобой, если что-нибудь случится?

Клайв замер на пороге.

— Я буду в своем голливудском офисе, — сухо ответил он.

— А какой адрес? — допытывалась Эрика.

Он устало посмотрел на нее, а затем медленно, словно нехотя, вытащил из кармана визитную карточку и что-то написал на ней.

— Вот номер телефона в моем кабинете. — Он положил карточку на столик и после некоторой паузы добавил: — Можешь звонить сколько захочешь. Хорошо?

Эрика кивнула, как китайский болванчик, хотя знала, что ни в коем случае не станет беспокоить его. Но неужели он не понимает, что ей просто необходимо поговорить? Впрочем, она не имеет права ничего требовать от Клайва. Он не обязан нянчиться с бывшей любовницей, пусть даже той сейчас так нужны его внимание и забота.

Но несмотря ни на что, он оставался единственным человеком, который знал Эрику Даниэлс. Все, что она когда-либо говорила о себе, из них двоих помнил теперь только он и, что самое неприятное, не торопился расставаться с этими сведениями.

Когда Клайв ушел, молодая женщина попросила принести поесть, потом уложила Кэтрин спать в соседней комнате. Девочка мгновенно заснула и, когда мама заканчивала легкий ужин, видела уже десятый сон. Эрика долго и с наслаждением принимала ванну, затем тщательно расчесывала и сушила длинные густые волосы. Она облачилась в ночную рубашку белого шелка и вернулась в спальню, собираясь лечь в кровать. Только теперь она услышала трезвон стоящего на столике телефона. Интересно, сколько времени кто-то уже пытается связаться с ней?

— Да…

— Почему ты не позвонила мне? — Это был Клайв, злой, как тысяча ос.

— Не хотела отвлекать тебя от работы.

— Как, по-твоему, я могу работать, когда только и думаю, почему ты не звонишь? — прорычал он.

— Прости, я не думала, что ты станешь волноваться. — Эрика опустилась на постель и стала накручивать на палец телефонный провод. — Клайв, могу я задать тебе несколько вопросов… о нас с тобой?

— Не больше трех.

— Как мы познакомились?

— Ты выпрыгнула из торта в мой день рождения. Следующий вопрос.

— Что я сделала? — Эрика решила, что это шутка. — Честно?

— Честно, и у тебя остается еще два вопроса.

— Почему… почему я ушла от тебя? — неловко спросила она, с тревогой вслушиваясь в повисшую на другом конце провода тишину.

— Этот вопрос входит в запретный список, — наконец сказал он.

— Так нечестно, — запротестовала она. — Я действительно хочу знать!

— А я тебе не скажу. Когда придумаешь что-нибудь другое, перезвони. — И в ухо ей ударили короткие гудки отбоя.

16
{"b":"18266","o":1}