ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Развиваем мышление, сообразительность, интеллект. Книга-тренажер
Ирландское сердце
Лидерство и самообман. Жизнь, свободная от шор
Странная привычка женщин – умирать
Не навреди. Истории о жизни, смерти и нейрохирургии
Каждому своё 3
Лбюовь
Роботер
Тирра. Невеста на удачу, или Попаданка против!
A
A

В десять часов вечера раздался стук в дверь ее номера. Кэти встала с постели, открыла и с ужасом увидела на пороге Алекса. Попытка захлопнуть дверь оказалась безуспешной. С перекошенным от гнева лицом он вошел в комнату и заставил Кэти попятиться.

— Черт побери, как ты узнал, где я?

— Слава Богу, у Джека хватило ума проследить за тобой. — Алекс закрыл дверь и привалился к ней спиной.

— Охранник не имел права, — с горечью сказала Кэтрин.

— Джек работает на меня, а тебя могли похитить с целью вымогательства. Он только выполнил свои обязанности. — Казалось, Серрано был вне себя от ярости. — А я выполню свои! — Кэти замерла, встретив ледяной взгляд мужа. — Я не позволю тебе уйти! — гневно выдохнул он.

Острая боль пронзила душу девушки, но в сапфировых глазах горело презрение.

— Ты как пес, который украл кость, зарыл и забыл о ее существовании! Ему наплевать на эту кость, но только до тех пор, пока ее не выкопает кто-нибудь другой!

— Ты моя жена.

— Да? С каких пор? Ты считаешь, для этого достаточно к о р м и т ь и одевать меня? — Кэти старалась, чтобы слова звучали язвительно. — Вот и возьми свою еду и одежду, а заодно и свои чертовы деньги, я ничего от тебя не хочу. И тебя самого тоже!

— Ты всегда хотела меня!

— Поезд ушел. Я уже давно освободилась от этого, — бросила Кэти со злобной, доселе незнакомой радостью.

— Ты привела своего любовника в мой дом! — гневно обвинил Серрано.

Кэтрин застыла на месте, она молчала, сраженная известием, что Алекс знает о визите Джери.

— И ничуть не сомневаюсь: если бы это было возможно, ты бы понежилась с ним в нашей постели!

Эти слова заставили девушку истерически расхохотаться. Атмосфера накалялась, но Кэти не позволила себе испугаться. Вражда между мужем и женой продолжалась слишком долго, и это столкновение было неизбежно. Наконец-то она выскажется.

— У нас никогда не было постели, так о чем ты говоришь?

— Немедленно прекрати! — прошипел сквозь стиснутые зубы Алекс. В уголке плотно сжатого рта мужчины пульсировала крошечная жилка. — Тебе же хуже будет. Я с трудом держу себя в руках.

— Убирайся! Уноси отсюда свои руки и ноги!

— Только вместе с тобой.

— Но почему? На мне свет клином сошелся? — бурно запротестовала Кэтрин; каждое ее слово было наполнено желчью и било наотмашь. — Почему бы тебе не жениться на одной из своих крошек? Или я чего-то не понимаю? Может, эти потаскушки такой же блеф, как и наш брак? Видишь, не такая уж я тупица. Зачем тебе нужно, чтобы я осталась? Чтобы никто не догадался, что ты «голубой»?

В ту же секунду Кэти пожалела о своих словах. В желании высказать все, что накипело на душе, девушка зашла намного дальше, чем хотела. Дрожь пробежала по сильному телу Алекса, а диковато-красивое лицо перекосила гримаса неприкрытой ненависти.

— Нет… не «голубой», — с усилием произнес мужчина, сбрасывая пиджак и срывая галстук. — Хочешь доказательств?

Кэтрин опешила, слепая вспышка овладевшего ею гнева нашла выход в ужасном обвинении, которое-теперь она со стыдом поняла это — стало величайшим оскорблением для Алекса и переполнило чашу его терпения.

— Что ты делаешь?

— То, что должен был сделать несколько лет назад. — Мужчина вытащил рубашку из прекрасно сшитых брюк, стащил через голову и бросил к остальной одежде.

— Будь любезен немедленно одеться, — нервно сказала Кэтрин, понимая, что это звучит смешно и уже ничему не поможет.

— Боишься увидеть то, что тебе слишком понравится? Иисусе! — хрипло проговорил Серрано. — А я-то… Подумать только, хотел потратить время и поухаживать за собственной женой! Собирался делать глупости-дарить цветы и вывозить в свет… Живо в постель!

— Ты что, с ума сошел? — Кэтрин не могла поверить, что все это происходит на самом деле, но Алекс схватил ее и бросил на стоявший сзади диван, навалился всем телом сверху и прижал так, что у нее не осталось надежды выскользнуть.

— Ты моя жена, — рычал Алекс, будто это оправдывало его.

— Убирайся… ты раздавишь меня! — яростно крикнула Кэти.

— Ничего, скоро привыкнешь… — Мужчина приник к ней всем телом и запустил руку в рассыпавшиеся волосы. Долго-долго смотрел сверху вниз на потрясенную девушку и наконец пробормотал: — О Боже, как я изголодался. Хочу тебя.

Кэтрин сопротивлялась изо всех сил.

— Иди к своим шлюхам, Алекс, — выдавила она. — По крайней мере, не придется им лгать.

— Я не лгу. Да и как это возможно? Мужское тело всегда говорит само за себя. — Просунув колено между ее бедрами, Алекс еще крепче прижался к трепещущему телу жены и бесстыдно представил доказательства свой страсти. — Никакого вранья, — хрипло заключил он.

На щеках Кэти вспыхнул румянец. Между ног-там, где Алекс касался ее, — начинало разгораться коварное пламя.

— Ты отвратителен!

— Я хочу тебя. — Серрано прижался губами к ямке под ключицей.

— Нет! — исступленно шептала девушка, с ужасом ощущая, как что-то, словно раскаленная проволока, начинает ее опутывать.

Александр поднял темноволосую голову. В черных глазах пылало пламя желания. А затем страстно припал к ее рту, ясно давая понять, кто является хозяином положения, этим жестом собственника выдавая намерение главенствовать во всем. Поняв это, Кэти отчаянно боролась со своими ощущениями, но после каждого поцелуя, каждого движения его языка во рту девушка с нетерпением ждала продолжения, и ее жажда становилась все сильнее. Руки Кэти невольно поднялись и обвили плечи мужчины, ощущая гладкий атлас кожи.

Серрано перекатился на спину, увлек девушку за собой и стащил футболку. Из горла Алекса вырвался первобытный стон, когда его мускулистой груди коснулись заостренные кончики сосков женской груди. В следующее мгновение Кэти снова была распростерта на диване, а мужчина ласкал упругие холмики.

Кэти закрыла глаза, затаила дыхание и … окончательно потеряла голову. Жадный рот мужа нашёл набухший розовый сосок ; захваченная диким, невыносимым порывом, девушка вжалась в матрас и выгнула спину, стараясь приблизиться к источнику наслаждений как можно ближе. Сердце бешено билось, кожа стала влажной, тело горело. К сладкой, мучительной пытке подключились его зубы и язык; обхватив ладонями её груди, припав ртом к чувствительным бугоркам, Алекс ласкал их, и Кэти, не в силах вынести немыслимое наслаждение, застонала и запустила пальцы в густые шелковистые волосы.

— Ты моя, — сказал сквозь стиснутые зубы Алекс, но голос его так изменился, и Кэти не сразу поняла, что муж говорит по — английски.

Впрочем, она и не прислушивалась. Алекс оторвался о её рта, это было невыносимо: Кэти подняла голову и неосознанно сама потянулась к его чувственному рту, потом осмелела и провела кончиком языка по его губам, повторяя только усвоенный урок. Муж вздрогнул и ответил на несмелый призыв с такой страстью, что заставил позабыть обо всём на свете, кроме своих рук, обхвативших его так крепко, что Кэти с трудом дышала.

Охваченные всё возрастающим возбуждением, мужчина и женщина катались по широкому дивану. Кэти услышала звук рвущейся одежды, но не обратила на это никакого внимания, захваченная теплом, близостью мужа. От него исходил испепеляющий жар, а запах был настолько возбуждающим, что голова шла кругом. Малейшее движение худощавого мускулистого тела приводило неискушённую девушку в неистовство, каждая ласка только увеличивала желание, приближающееся к ослепительной кульминации.

Ее груди стали невероятно чувствительными, и Алекс затеял эротическую игру с прелестными маленькими холмиками, используя богатый опыт в искусстве обольщения. Муж ласкал кудрявые влажные волоски на треугольнике внизу упругого живота; она задохнулась, а когда сильные блуждающие пальцы добрались до самой сокровенной части ее плоти, беспомощно всхлипнула.

Руки и ноги жили своей жизнью, двигались сами по себе, и Кэти не могла удержать их. Девушку охватило всепоглощающее желание, бедра начали ритмично подниматься и опускаться; этому Кэти никто не учил, все получалось как бы само собой-голова безвольно откинулась, обнажив нежную, беззащитную шею. Внутри росла невыносимая боль, заставлявшая ее вновь и вновь со стоном выкрикивать имя мужа.

13
{"b":"18268","o":1}