ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Кэтрин была счастлива, но это счастье почему-то пугало. Хотя Кэти не могла припомнить, когда жила лучше. Такая жизнь не казалась ей противоестественной. Она любила Александра Серрано и радовалась, что муж проводил с ней дни и ночи, снова и снова с ненасытной жадностью любил ее и заставлял чувствовать себя самой желанной женщиной на свете. Кэти получила то, к чему всегда стремилась. Так в чем же дело? Что не давало покоя?

У нее был Алекс. Он все чаще говорил «мы… нас… наше…» и больше не разделял их ни в мыслях, ни в делах, старательно перестраивал свое отношение к их совместной жизни, приучал себя серьезно относиться к их браку. Для Серрано это был важный шаг.

Кэти улыбнулась, пропуская между пальцами теплый песок. Сейчас она влюблена в своего мужа, как никогда прежде. Как-то Алекс сказал, что у них может получиться очень удачный брак, и пока все происходящее подтверждало это высказывание. Так ли уж важно, что Серрано не любит ее? Во всяком случае, он хотел ее… постоянно. Щеки Кэти запылали. Но сколько это продлится? Не надоест ли она Алексу? Что будет через год? Кэтрин мысленно обругала себя. На этот вопрос не мог ответить никто.

Чьи-то шаги заставили молодую женщину обернуться. По пляжу шел мальчик-слуга, Аццо, нагруженный огромной корзиной. Поздоровавшись с хозяйкой на неуверенном английском, Аццо начал церемонно раскладывать на песке белоснежную скатерть. Из плетеной корзины появились две бутылки вина в мешочках-холодильниках и хрустальные бокалы.

— Господин Серрано скоро будет здесь, — сказал Аццо и взялся за штопор.

— Спасибо. С остальным я справлюсь сама. Все просто замечательно. — Кэтрин заглянула в нераспакованную корзину, и у нее потекли слюнки. — Повар превзошел самого себя.

— Я не жду, госпожа?

— Нет, не надо. — Кэти с трудом скрыла улыбку, заметив, что мальчик пришел в замешательство и даже отложил штопор. Ничего, один раз Александр сможет сам открыть вино. Двое взрослых людей в состоянии поухаживать за собой.

Отдых заканчивается, с грустью подумала Кэти. Завтра они улетают в Мадрид, где их ждут остальные члены семьи. Изабелла уже вернулась домой, посчитав, что им лучше вдвоем. Правда, Кэтрин отговаривала девушку…

Алекс тихо подошел, уверенный, что Кэти его не видит, и, подойдя вплотную, засмеялся, довольный, что застал жену врасплох. На загорелое мускулистое тело были натянуты только выцветшие джинсы. При виде улыбки и блестящих темных глаз мужа сердце Кэти мучительно сжалось.

На короткий миг что-то беззащитное, мальчишеское мелькнуло в восхищенно смотревших на нее глазах и тут же исчезло, спряталось под густыми черными ресницами.

— Сегодня ты в белом, — удовлетворенно заметил муж, растягиваясь рядом с Кэти на песке. — Белое тебе к лицу.

— Когда ты в первый раз увидел меня, я тоже была в белом. — Кэтрин не знала, зачем сказала это. Слова сами сорвались с языка.

— Да… — Застыв на мгновение, Алекс взялся за штопор.

Кэти поняла, муж не хочет ворошить прошлое, но, повинуясь непонятному порыву, пренебрегла молчаливым предупреждением:

— Эта встреча принесла тебе много горя…

— Разве? Дай свой бокал.

Кэтрин с досадой закусила губу. Странно, но чем чаще сплетались они в любовных объятиях, тем меньше Алекс делился с женой своими мыслями, будто не доверял. А почему, собственно, он должен ей доверять? Наверное, Алекс все еще не сомневался в том, что в глубине души его жена сохраняет привязанность к Джери?

Почему она до сих пор не сказала правды? Из гордости? Эгоизма? Или… Узнай Алекс, что соперника не существует, не потеряет ли интереса к ней? Вот что заставляло Кэти молчать. Неожиданно ей стало стыдно. Не стоило играть с Серрано в эту игру…

— Это тебе. — У ее босых ног легла нарядная маленькая коробочка.

Удивленно поглядев на мужа, Кэтрин застенчиво подняла коробочку. Крышка щелкнула, и заблестело, переливаясь в ярких солнечных лучах, сапфировое кольцо с бриллиантами. Женщина затаила дыхание.

— Поразительно… — тихим голосом пробормотала Кэти, подняв на мужа глаза, полные слез.

— Что тебя потрясло? Это просто подарок. Пей вино, пока холодное, — слегка смущенный произведенным эффектом, сказал Алекс.

Серрано прекрасно знал, что потрясло Кэтрин. Кроме обручального кольца, надетого невесте на палец у алтаря, Александр ничего и никогда не дарил жене, только переводил на ее счет деньги. Она сама покупала себе драгоценности, а когда кто-нибудь из знакомых восхищался очередным украшением, лукавя говорила: «Это подарок Алекса». В ее наивных ухищрениях не было обмана: ведь все действительно куплено на деньги Серрано.

При воспоминании о своих покупках Кэти захотелось заплакать.

— Ты не хочешь брать это кольцо? — воскликнул Серрано с поразившей Кэти горячностью.

— Конечно хочу! — поспешила заверить она и без дальнейших колебаний надела кольцо на палец, с ужасающей ясностью поняв: еще мгновение, и Алекс вырвет у нее коробочку и зашвырнет подальше в море.

Алекс перевел дыхание, напрягшиеся мышцы лица расслабились, и Кэти поняла, что Серрано очень волновался, видимо чувствуя вину за потраченные впустую пять лет, когда только сухие денежные переводы подтверждали, что великий финансовый магнат не забыл о существовании жены.

— Па тоже обычно давал мне деньги, — просто сказала Кэтрин. — Это нормально, я привыкла и никогда не ждала ничего другого. За всю жизнь он сделал мне только один подарок…

— Преподнес на блюдечке меня? — Алекс сухо рассмеялся, выразительно скривив рот. — Но я оказался плохим подарком, верно?

— Я хотела сказать, Кристоф подарил мне бюро моей матери. — Гладкий лоб девушки прорезала тонкая морщинка. — Ты знаешь, странно, это обычный шкафчик и не был отцу как-то особенно дорог. Бюро долго стояло на чердаке, потом его пришлось реставрировать, и отец сказал… Алекс, знаешь, что он сказал? — вдруг заволновавшись, пробормотала Кэти.

— Неважно, — нетерпеливо перебил Серрано. Лицо его выражало смятение. Муж требовательно прикоснулся к Кэти и взглянул ей в глаза. — Я хочу сказать… — Алекс казался смущенным, что было совсем на него не похоже. — Боже, как я жалею, что все пять лет был эгоистичным, самовлюбленным ублюдком и заставлял тебя расплачиваться за содеянное Кристофом… Правда, в то время я совсем по-другому смотрел на вещи.

Сильные пальцы сжали хрупкое запястье, говоря без слов, как трудно признаваться в своей ошибке. И старинное бюро, которое отец приказывал Кэти «беречь как зеницу ока», тут же вылетело у девушки из головы.

— Но я могу понять, почему ты так поступал… теперь, — пробормотала Кэти.

— Тебе было только семнадцать лет, и ты влюбилась в меня, — поморщился Алекс.

Чувствуя, как горят щеки, Кэтрин опустила глаза и залпом выпила вино.

— Я делал тебе очень больно?

— Да. — Нет смысла отрицать очевидное. — Но я пережила это. — С трудом улыбнувшись дрожащими губами, Кэти опустилась на колени и потянулась к корзине с едой. — Что бы ты хотел…

— Тебя… сейчас! — неожиданно выдохнул Алекс. Нетерпеливые руки схватили женщину и уложили на песок; Алекс запустил гибкие, длинные пальцы в серебристые волосы, больно обхватил затылок и стал пристально вглядываться в ее изумленное лицо черными горящими глазами. — Забудь про еду, — почти грубо приказал Серрано с уже знакомой Кэтрин интонацией, только на этот раз в его голосе помимо желания слышалась просьба о прощении.

Как только их губы соприкоснулись, Кэти забыла обо всем на свете. Александр отбросил сдержанность и обрушил на жену бешеный поток страсти. Это была эротическая атака, при которой одежду не снимают, а срывают. Сила страсти захватила и ослепила молодую женщину; в сознании не осталось ничего, кроме ненасытной жажды, желания без остатка раствориться в этом мужчине.

Кэти задохнулась и откинула голову. Алекс мощно вошел в нее, и, когда у мужа вырвался полный удовлетворения стон, сердце жены забилось и волна невыносимого наслаждения стала поднимать ее все выше и выше. А затем Кэти вновь оказалась на земле, потрясенная и благодарная.

23
{"b":"18268","o":1}