ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Лермонтов, — выкрикнула одна из белочек.

— Правильно! — сказал козленок. — А я говорю… Ламартин.

— Лесков! — крикнула другая белочка.

— Лесков?.. Хорошо! А я… — Острый рог почесал за одним из своих рожков, что свидетельствовало о том, что он попал в затруднительное положение. — Лавуазье! — крикнул он наконец.

— Это химик.

— Да-а?.. Тогда я назову другого… Лермонтов!

— Его уже называли.

— Ладно… тогда… тогда… Скольких писателей на эту букву знаю, но сейчас ни один не приходит в голову… Ага… Вспомнил! Лондон!

— Это город! — заметила одна из белочек.

— Есть и писатель, — возразила другая. — Принимается. А я говорю… Лафонтен — баснописец.

— Лопассан! — быстро сказал Острый рог.

— Не Лопассан, а Мопассан!.. Ты, кажется, начал хитрить?

— Я просто ошибся!.. Хотел сказать Лиссабон, а сказал Лопассан.

— Лиссабон? Что-то мы не слышали о таком писателе. Лиссабон это столица Португалии.

— Есть и писатель! — не сдавался козленок.

— А что он написал?

— Что пишут писатели? Книги.

— Ну назови хотя бы одну из них.

— Одну? Пожалуйста. «Хижина дяди Тома». Белочки весело засмеялись. Медведь тоже засмеялся и пошел дальше. В чаще леса он увидел Сивко. Заяц грустно сидел возле камня. Главнокомандующий подошел к нему:

— Почему ты здесь один?

— Пытаюсь вспомнить, каким я был в детстве.

— Прежде всего тебе нужно срезать усы.

— Это верно.

— Потом… ты должен ходить, поджав уши. — Медведь задумался. — Вот бы подрезать и их.

— Ни за что на свете! — испугался заяц.

— Да я пошутил.

— Знаешь, я так упорно думаю о том, как стать ребенком, что невольно начинаю впадать в детство. Даже забыл таблицу умножения. Можешь проверить и сам убедишься, что я ее не знаю.

— Хорошо. Сколько будет шестью шесть?

— Тридцать шесть!

— Правильно!.. Почему же ты решил, что забыл таблицу умножения?

— Раньше, когда я ее знал, мне всегда казалось, что шестью шесть — тридцать восемь.

— Значит, ты вообще не знал таблицы… Ну а семью семь сколько будет?

— Сорок девять!

— Браво!

— Ой, что это со мной!.. Я никогда до сих пор…

— Можно только сожалеть… Смотри утром, когда проснешься, не вздумай умываться.

— Почему?

— Дети не любят умываться.

— Тогда я выпачкаю пальцы чернилами.

— Это можно.

— Может, взять мел и порисовать на деревьях?

— Правильно, тогда Каменар и в самом деле примет тебя за шаловливого зайчонка…

Давай ложиться спать… Странно, но я становлюсь все спокойнее… Кстати, пройдем мимо арестантской. Ну и хитрец этот козленок! Он напоминает мне Лисенка.

Они пересекли полянку и направились к арестантской. Медведь с удивлением увидел, что белочки сидят, опустив головы и закрыв глаза лапками.

— Что здесь происходит? — поинтересовался Главнокомандующий.

— Играем в одну игру.

— Какую игру? — встревожился Медведь.

— В жмурки. Острый рог прячется, а мы все его ищем!

— И сколько времени вы намерены сидеть с закрытыми глазами?

— Пока козленок не крикнет «Ищите!»

— Ну что за глупость!.. И сколько времени вы так сидите?

— Наверно полчаса.

— И ждете, когда он крикнет «Ищите!»

— Да!

— Откройте глаза! — крикнул Медведь. — Он вас просто надул!.. Завтра мы с вами поговорим! Пошли, Сивко. Пройдя несколько метров, Медведь сказал:

— Молодчина — козленок! Сбежал-таки… Будем надеяться, что нет причин для беспокойства.

ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ. РАЗВЕДКА

Шеститочка ползла по крутой скале и наблюдала, как другие божьи коровки молча занимают свои места. «Кабель» медленно полз все выше и выше. Божьи коровки старались использовать каждую выемку скалы, чтобы спрятаться и стать незаметными. Они хлопали крылышками, сообщая свое местонахождение друг дружке.

— Ты меня слышишь?

— Слышу.

Ночь надежно укрывала разведчиков. Божьи коровки не боялись, что их обнаружат.

Их волновало лишь одно — как бы не поднялся сильный ветер. Ветер мог унести многих из них, разомкнуть живую цепь и сорвать передачу информации.

Но погода стояла прекрасная. Шеститочка была довольна и без конца повторяла:

— Осталось всего двадцать метров! Еще не рассвело. Успеем.

Она с трудом удерживалась от того, чтобы полететь к гнезду. Ей хотелось поскорее увидеть, что там происходит. Сантиметр за сантиметром, метр за метром преодолевали божьи коровки к великой радости и гордости Шеститочки. Вот осталось всего несколько метров! Здесь самый острый выступ скалы. Отсюда уже видно гнездо. Оно защищено от ветров. Над ним возвышается только кусочек скалы, похожий на большой зуб.

Сердечко Шеститочки учащенно билось. Наступил долгожданный момент. Последние божьи коровки заняли свои места. Теперь дело за ней… Она должна прошмыгнуть сквозь старые прутья, из которых сплетено гнездо Каменара, и проникнуть внутрь.

Шеститочке оставалось сделать еще каких нибудь сто шагов, когда она вдруг окаменела от изумления.

Вот это неожиданность! Каменара и Остроглазки в гнезде не было! Они расположились неподалеку от него на скале. Это озадачило божью коровку. Что делать дальше? Пробираться в гнездо или подождать? За орлами можно наблюдать и отсюда. Но она получила ясный приказ — проникнуть в гнездо. Только какой в этом смысл?.. Шеститочка не знала, что предпринять. Потом решила, что нужно передать первое официальное сообщение.

И она передала по цепи:

— Внимание!.. Говорит Шеститочка!.. Я у самого гнезда. Каменар и Остроглазка спят рядом на скале… Что делать? Пробираться ли в гнездо?

Вскоре она получила ответ Медведя:

— Странно! Загляни все же в гнездо. Если не заметишь ничего особенного, наблюдай за неприятелем снаружи.

— Поняла! — ответила божья коровка.

Она принялась карабкаться вверх. Вот уже и прутья… Осталось четыре сантиметра, три, два… Вот и гнездо… Но что это?

Божья коровка подскочила от неожиданности. Крепко держась за гнездо, она передала по кабелю следующее сообщение:

В ГНЕЗДЕ НАХОДЯТСЯ ДВА ОРЛЕНКА И ЛИСЕНОК!

Получив сообщение, Медведь схватился лапой за сердце, повернулся к Лису и крикнул:

— В вводы!

— Что случилось? — перепугался Лис.

— Лллисенок жжжжив!.. Ввводы!

И упал на землю. Следом за ним грохнулся Лис.

— Что же теперь делать? — в замешательстве спросил Лохмач. — Еж, беги скорее к роднику!

— Ты что, смеешься надо мной?! Разве ты не помнишь сказку о еже, которого послали за водой и который вернулся с полным кувшином только через три года.

— Я совсем потерял голову! Оставайся возле кабеля, а я побегу за водой.

Но в это время Сивко принес кувшин воды.

— Я так растерялся, что совсем забыл о Сивко, — воскликнул Лохмач. — Но что делать? Надо принимать сообщения… Да!.. Продолжайте наблюдать!.. Как только орлы проснутся — немедленно доложите!

Медведь и Лис постепенно приходили в себя. Первыми словами Медведя были:

— Это меняет дело! Наш план сейчас не годится. А папа Лис повторял:

— Лисенок, наш милый Лисенок жив!.. Нужно сообщить радостную весть маме Лисе!..

— Сейчас я отправлю к ней самого быстрого зайца! — сказал Сивко и бросился в лес.

Вскоре все жители Тихого леса, решившие отомстить за смерть Лисенка, уже знали новость. Они не понимали, как и почему он остался жив, но знали самое важное — он не погиб.

— Странное дело! — волновался папа Лис. — Может, это ошибка?.. Спроси еще раз!

— Будь спокоен, — отвечал Медведь. — Спрашивал… В настоящее время Лисенок спит между орлятами.

— Какими орлятами?

— Детьми Каменара!

— Что же делать?

— Сам не знаю.

— Надо спасать Лисенка.

— Конечно. Только вот как?

— Нужно придумать что-то очень умное и хитрое.

— Сейчас главное — быть в курсе событий, происходящих в гнезде, — задумчиво произнес Медведь. — Как ты думаешь, легко вытащить Лисенка из гнезда Каменара?

16
{"b":"1827","o":1}