ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Другой Ледяной Король, или Игры не по правилам (сборник)
Полночная ведьма
Сломленный принц
Гвардия в огне не горит!
Совершенная красота. Открой внутренний источник здоровья, уверенности в себе и привлекательности
Четыре касты. 2.0
Мост мертвеца
Соблазни меня нежно (СИ)
Мастер-маг
Содержание  
A
A

Мэгги слегка скривилась и пожала плечом, словно говоря «так себе». Сэм понял, что шляпка имела успех.

– Подумаешь, шляпка! Ничего особенного.

– «Ничего особенного» ? – Ему не верилось, что Мэгги, слывущая шляпоманкой, так отзывается о своей любимице. – Это Грэм Смит-то? Да, я и об этом слышал. Ты, часом, не заболела? .. А что сказала Шармина? Или она просто проглотила язык?

Мэгги возвела глаза к потолку, словно поддаваясь на детские уговоры по поводу конфет перед обедом.

– Я, значит, вхожу, сажусь на свое место – третий ряд у прохода. Народ, конечно, заметил. «Чудо»,– говорят, и все такое. Служба через пять минут – и тут появляется Шармина. Вот так встала и смотрит на мою шляпу. Ни слова не сказала. Не успела я глазом моргнуть – ее уже как ветром сдуло. Вроде ушла домой и пропустила конкурс. А раз ее не было, значит, и победа не моя, хоть я и выиграла. Ну, теперь доволен?

Сэм рассмеялся.

– Ну и трусиха! Даже про службу забыла. Ты, значит, и дротика еще в руки не взяла, а она – сдаваться?

– Дротика? – Мэгги выглядела удивленной.– Да ты никак в дартс играешь, Сэм Даффи?

Он заложил большие пальцы за пояс.

– Получше любого ирландца в Нью-Йорке! А ты что – тоже?

– Да. И кстати, неплохо.

– Ловлю на слове! – снова засмеялся он и взглянул на часы. – Сегодня в шесть. Свожу тебя в « Молли Мэлоун ». Пиво за мной.

Мэгги посмотрела на него как на умалишенного.

– Похоже, я нарушил табу,– усмехнулся Сэм.– Ладно, будь по-твоему. Сначала поженимся, потом – дартс. Так пойдет?

Мэгги вздохнула.

– Думаешь, я пойду с тобой в паб? Хочешь покидать дротики – у нас в церкви есть доски, в зале для репетиций. Может, вернемся к нашему разговору, пока кто-нибудь не вызвал лифт? – Она говорила без тени улыбки, что немало расстроило Сэма.

Он был бы рад сыграть с Мэгги партию и надеялся, что Шармина еще признает поражение.

– Стало быть, ни свадьбы, ни дартса? Да тебе не угодишь! – Сэм загляделся на ее оливково-карие глаза. Знает ли Мэгги, как они красивы? – Тогда слушай. Зачем какому-то репортеришке вдруг вызнавать, чем занимается твой доктор Росси?

Она закатила глаза.

– И только-то? Да они все спрашивают, чем он занимается. Ты что, газет не читаешь? И ради этого ты хотел его беспокоить?

Сэм слегка наклонился к ней.

– А зачем, как ты думаешь, журналисту понадобилось давать мне взятку? Он хотел знать, что доктор Росси привез из Турина.

– Давать взятку? Тебе?! – Известие взбудоражило девушку и даже слегка испугало.

– Именно. Газетчик вынюхивал, что было у доктора в дипломате. Как тебе это, а, Мэгги?

Она оперлась о перила напротив и покачала головой.

– Мистика какая-то. Если не ошибаюсь, у них все по-старому, кроме одного. Но это дело семейное, о нем я не могу говорить.

Сэм внимательно оглядел ее. Что еще ему нравилось в Мэгги, так это то, что она не могла врать – или правда, или ничего.

– Дело семейное? Кто их знает. В наши дни еще не такое печатают.

Мэгги кивнула, глядя перед собой, потом словно вспомнила другой пункт своей миссии.

– Сэм, сделай одолжение, а? Не ходи к нему сегодня, ладно? Дай человеку прийти в себя с дороги, поговорить с сестрой, с невестой…

– Невестой? Так они впрямь женятся? – Сэм понял, что ее маленькая оговорка может выиграть ему пари-другое у водителей лимузинов, хотя сейчас у него не было настроения спорить.

Мэгги взглянула на него как на проходимца.

– Официально они не помолвлены, просто все знают, что свадьба не за горами. Кстати, что ты там делал у мистера Брауна?

– Значит, дела Росси – секрет, а других жильцов обсуждать можно?

– Ладно, ладно,– сказала она и повернулась к дверям с напускным безразличием.

Сэм нехотя нажал кнопку «Ход», жалея, что приходится прекращать милую перепалку с недотрогой Мэгги и отправляться обратно, в пучину большого мира.

– Просто доставка почты, любопытная любительница шляпок,– сказал он напоследок.

Глава 10

Вечер четверга. Пятая авеню

Феликс Росси ходил взад-вперед в полумраке лаборатории. Он уже переоделся к ужину, выбрав черный саржевый костюм, который так нравился Аделине. Из-под воротника лабораторного халата выглядывал богато расшитый галстук Стефано Риччи. Феликс знал, что Аделина ждет его в комнате для гостей, которая с некоторых пор стала ее комнатой. Франческа, обрадованная тем, что они в кои веки решили поужинать вместе, сказала, что на Аделине будет черное платье без рукавов.

Перед ним, освещенная единственной лампой, лежала причина его промедления. Нити из Туринской плащаницы были готовы к анализу.

Не в силах противиться искушению, Феликс сделал вытяжку крови самым мягким раствором, используя наиболее щадящий режим центрифуги, и получил образец для исследования. Оставалось только подойти и взглянуть в окуляр современнейшего микроскопа. Тогда станет ясно, есть ли у его плана хоть малейший шанс на осуществление.

Он должен увидеть неповрежденные клетки, хранящие всю наследственную информацию в виде двойной спирали ДНК, состоящей из приблизительно трех миллиардов нуклеотидных пар. Само собой, Феликса интересовали только белые кровяные тельца – в красных нет ядер и, соответственно, ДНК. Картина могла быть другой: множество цепочек с выпавшими кое-где фрагментами. Оба варианта его устраивали. Чего он совсем не хотел видеть, так это полностью разрушенную ДНК, от которой остались обрывки длиной в несколько сотен пар нуклеотидов.

Феликс стоял в полумраке, сам не понимая, чего он ждет.

Почему бы просто не посмотреть? Чем так трудны эти три шага?

Теребя пуговицы пиджака сквозь полу лабораторного халата, он ощущал бессилие и страх. «Да пропади он пропадом, этот костюм, лишь бы попалась хоть одна целая клетка. Если ДНК полностью разрушена, ее ни за какие деньги не восстановишь» . Его планам, его мечте придет конец. Да что там – сердце разобьется, если ядер не окажется на месте.

Феликс подошел к двери, глубоко вздохнул, потом направился прямиком к микроскопу и взглянул на изображение, увеличенное в несколько тысяч раз. Поначалу у него перед глазами все плыло – святость того, что лежало под микроскопом, не давала сосредоточить взгляд. Но вот он моргнул, и все встало на свои места. Теперь в поле зрения плавали крупные клетки грибов и бактерий, а между ними – фрагменты эритроцитов, узнаваемые благодаря своей двояковогнутой форме. Ни одного белого шарика – ни целого, ни поврежденного – он не нашел.

Едва ли не в панике, Феликс установил режим автосканирования образца на наличие подходящих клеток. Сам он их так и не увидел.

Раздался гудок, и Феликс подошел к домофону.

– Что?

– Фликс, Аделина просит передать, что почти готова.

– Хорошо. Буду через минуту.

Анализ закончился безрезультатно. Быть может, раствор отстоялся и искать надо не в той зоне? Феликс поднял пробирку с остатками вытяжки и вылил ее в чашку Петри большего размера, которую затем накрыл и укрепил в специальном гнезде микроскопа. На его глазах аппарат сканировал образец – микрон за микроном. Минуты тянулись, словно вечность, а в поле зрения по-прежнему не попадалось ничего стоящего. Феликс уже отчаялся и корил себя за глупые надежды, как вдруг в фокусе микроскопа возник крупный сгусток из нейтрофилов, многие из которых казались нетронутыми. Нейтрофилы составляют особую группу лейкоцитов, активно борющихся с раневой инфекцией. Погибшие нейтрофилы образуют гной.

– Боже мой,– прошептал Феликс и закрыл рот ладонью, вновь с особой отчетливостью осознав, что исследует клетки, попавшие на ткань из раны Христовой.

Сдерживая слезы, он зашептал слова молитвы:

– Отче Всевышний, да послужат раны Господа Иисуса Христа душам нашим во исцеление! Аминь.

Затем он откинулся на лабораторном кресле и облегченно выдохнул. Домофон на двери загудел снова и принялся отчитывать его сестринским голосом:

– Фликс, что ты там делаешь? Еще пять минут – и столик отдадут другим!

16
{"b":"18271","o":1}