ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Типичная мужская реакция: гнаться за недостижимым. Мэгги здесь нет, а Франческа – вот она. Радуйся тому, что имеешь!..

Он попытался залезть к ней под свитер, думая, что выброс гормонов позволит забыть эту странную блажь, но Франческа отпихнула его руку. Взглянув ей в глаза, он прочел там ярость.

– Нет, ну надо же! – вскинулась она.– И что на меня нашло? Целуюсь тут со своим швейцаром, а он только и думает, что о моей горничной!

– Вовсе нет!

– Сэм, ради бога! – Она оттолкнула его.– Тебе ведь не я нужна, верно?

– Почему?

– Ты даже не сказал, что я тебе нравлюсь.

– Разве? Ну, пока не сказал. Все еще впереди.

– Я же вижу: ты и волочился за мной без особой охоты. Вообще, зря я все это затеяла. Спорю, ради меня ты не примчался бы неизвестно куда и не стал бы грозить пистолетом. Потому что ты любишь ее, Сэм. Я поняла это в первый же день.

– Брось, все не так!

– Сэм…– Франческа вздохнула и медленно обвела его взглядом, словно десерт во время диеты. Потом отвернулась и, глядя на сияющую гладь реки, промолвила: – У меня было много мужчин, и они, в отличие от тебя, не тратили времени даром. Ума не приложу, почему я до сих пор не сбежала с одним из них… Мой братец, конечно, псих и зануда, но я чувствую, что должна помогать ему везде и во всем. Как это объяснить – не знаю.

Сэм положил руку ей на плечо.

– Верность – хорошая черта, Франческа. Не кори себя.

Любопытно, почему женщинам это так свойственно? Каждая в чем-то себя упрекает, даже первые богачки и красавицы. Чего не сказать о мужчинах. Может, именно здесь скрывался секрет его успеха – он всегда говорил женщине: «Не казнись, все в порядке», да и сам в это верил.

Франческа вдруг обернулась.

– Ты ведь против того, чтобы Мэгги участвовала в опыте, так?

– Да, против.

Она встряхнула его руку.

– Так почему до сих пор терпишь? Похить ее и увези куда-нибудь, разгроми оборудование… Что ты стоишь?!

Сэм взял ее ладонь в свою и поцеловал, чувствуя, что солидарен с ней на все сто.

– Ты, знаешь ли, тоже могла это сделать. Тебе даже проще – есть доступ в лабораторию. Давно бы уже смыла все в унитаз.

Франческа прижалась к Сэму и закрыла лицо ладонями.

– Трусы мы, вот кто. Аделина уже вмешалась бы. Угадай, кто ее отговорил? Я люблю Феликса, ты любишь Мэгги. Пусть они спятили, но мы не можем убить их мечту.

– По правде говоря, Франческа, мы боимся, что они больше не захотят нас видеть.

Она кивнула.

Сэм погладил ее по волосам, потом взял пальцами за подбородок и снова поцеловал – скорее участливо, нежели страстно. Миг спустя она отстранилась и со вздохом произнесла:

– Думаю, лучше нам остановиться. Здесь и так все донельзя запутано…

– Наверное, ты права.

– Пойдем в дом, пока кто-нибудь нас не заметил.

Они повернулись, и тут Сэм, все еще обнимая Франческу за плечи, увидел бегущую по веранде Мэгги. Кара за предательство последовала быстро.

– Вот черт! – Он отпустил Франческу и метнулся к двери. Лезть на веранду было высоковато, поэтому он подбежал к парадному входу и сунул ключ в скважину – чтобы тотчас понять, что она заперта на засов.– Мэгги, впусти меня!

Никто не ответил.

Франческа, запыхавшись, взбежала по крупным камням, обрамляющим тропинку.

– Сейчас я открою.

– Не выйдет. Мэгги заперлась на щеколду.

– Как она посмела от меня запираться?

– Там теперь ее комната, забыла?

– Вот идиоты! Она тут отдувается за всех, а мы…

– Мэгги, впусти меня! – крикнул Сэм.

– Попробуем лучше поднять Феликса.

Как по заказу, дверь распахнулась, и перед ними возник доктор Росси.

– Что за шум? Почему Мэгги плачет?

Они прошли внутрь, и Франческа тяжело привалилась к стене.

– Ответ тебе вряд ли понравится, Фликс.

– С чего бы? Ее кто-то обидел?

– Похоже на то.

– Так что здесь случилось?

Сэм замолк в нерешительности, и Франческа, краснея, ответила:

– Она видела, как мы целовались.

В направлении Сэмова лица метнулось что-то темное. Не успел он опомниться, как кулак Феликса со всего маху угодил ему в нос.

Феликс бросился на него снова, а Франческа завизжала – видимо, пытаясь заступиться.

– Прекрати, Феликс! Не надо!

Тут появилась и Мэгги. Правда, сейчас она отнюдь не спешила их разнимать. Девушка смотрела, как на Сэма сыпятся все новые удары – в грудь, в челюсть, в живот… Что ж, поделом. Он даже не пытался отбиваться, только ставил блоки. Тискал хозяйскую сестру – получи по заслугам.

В конце концов Мэгги не выдержала.

– Держи своего брата, а я оттащу Сэма,– сказала она Франческе.

Та бросилась Феликсу под ноги и обхватила его за колени. Как и предполагалось, он опустил руки и посмотрел на сестру.

– Встань, Франческа.

– Прекрати драку – тогда встану.

Тут Мэгги шмыгнула ей за спину, схватила Сэма за локоть и поволокла в уборную. Сэм понимал: извиняться сейчас – себе дороже. Поэтому он сел на закрытый унитаз и потупился, а когда Мэгги отвесила ему пару затрещин, не проронил ни слова. Затем послышался шум воды в раковине.

Сэм сидел, не поднимая головы, пока Мэгги не велела. Она намочила салфетку и отмыла его разбитый нос, пока он вытирал слезы у нее со щеки.

– Не обращай внимания. Это я по тебе плачу, Сэм Даффи.

– Мэгги,– прошептал он,– давай уберемся отсюда! Ради Бога, ради меня, брось эту затею!

– Именно ради Бога я здесь, Сэм, – тихо проговорила она. Он стиснул ее в объятиях.

– Знаешь, что сказала Франческа – там, в лесу?

– Нет! И что же такого сказала мисс Росси?

– Что я люблю тебя, Мэгги.

Она выскользнула из его рук.

Глава 36

Вечер пятницы. Клиффс-Лэндинг

Имплантация откладывалась. Росси сновали по смотровой, точно призраки, а Мэгги лежала на родильном столе. У нее опять подскочило давление. Оно было слишком высоким, даже учитывая недавний нервный срыв.

Бластоцисты освобождались от оболочек, готовясь к внедрению в матку, и медлить было нельзя. Мэгги опорожнила мочевой пузырь и снова выпила воды, готовясь к установке катетера. Однако прежде, чем начинать, Феликсу следовало убедиться, что ее давление пошло на спад. Оно и раньше то поднималось, то опускалось, но в пределах нормы. Как врач, он готов был заявить, что диета и перемены в образе жизни подействовали благотворно. Так почему же сейчас, после часа лежания пластом, тонометр Мэгги показывал сто сорок пять на сто два?

Убить мало этого Сэма Даффи!

Угораздило его из всех дней выбрать именно этот! Теперь стой и гадай: только ли в эмоциях дело или он, Феликс, ошибся с диагнозом? Если Мэгги гипертоник, опыт нельзя продолжать без риска для ее жизни.

Как так вышло, что этот накал страстей случился без его ведома? Сговорились они, что ли, или он, сидя в лаборатории, совершенно оглох и ослеп? Кто кого домогался и избегал? Кто кого любит или не любит? То, что вывалила на него Франческа, казалось невероятным. Его родная сестра… Надо же такому случиться!

Один Сэм был как на ладони. Феликс сразу заподозрил, что с ним что-то неладно. Теперь-то он понял, в чем дело: этот кобель пытался – ни много ни мало – залезть в постель к каждой женщине в доме.

Чем только он их привлекал? Невообразимо!.. И все-таки от одного его прикосновения Мэгги делалась сама не своя, а ее давление взлетало до небес.

– Как там у вас? Что так долго? – взывал Сэм по ту сторону двери.

– Заткнись и дай работать! – прикрикнул на него Феликс.

Франческа подошла к нему на цыпочках и спросила:

– Ну как, ей уже лучше?

– Нет, не лучше! Лучше пойди и попытайся ее успокоить, Франческа.

– Я же говорила, – зашептала сестра. – Она меня и близко не подпустит! Я пробовала, можешь мне поверить!

Феликс покосился на нее. Все эти годы он не замечал ее распущенного нрава, и вот чем это обернулось! Дело его жизни вот-вот будет загублено. Он больше не мог сдерживаться.

51
{"b":"18271","o":1}