ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Я рад, что спросил заранее,– произнес он вполголоса.– Похоже, я вас недопонял. Это дело не для меня.

– Что?

– Может, я брежу, но когда вы твердите о клоне, мне в голову лезут сплошь матери и младенцы. Если дело – не шутка, вы намерены пресечь его появление, верно?

Браун смотрел на него в упор.

Сэм помедлил, понимая, что от его следующих слов зависит будущее. Браун, конечно, был самым щедрым из работодателей, но требовал безоговорочного подчинения.

– Такие дела не по мне. На меня лучше не рассчитывать.

– Мне нужно все или ничего.

– Знаю.– Сэм встал.

Когда он вышел в фойе, Браун отправился следом.

– До полуночи я съеду,– сказал Сэм, заходя в лифт.– Ключи, карточки, пропуска и остальное сдам перед уходом.

Глядя Брауну в глаза, он нажал кнопку вестибюля. Но прежде, чем двери кабинки закрылись, успел услышать ответ:

– Подумай еще раз, Сэм. Даю тебе две недели.

Глава 39

Суббота. Квартира Сэма

Добравшись к себе, Сэм первым дело прошел к холодильнику, взял бутылку «Максорли» и отпил половину. Окажись у него что-то покрепче пива, он точно напился бы. То, что Сэм знал о Брауне, бросало в дрожь; но еще больше пугало то, чего он не знал. Можно ли в принципе саботировать операцию мистера Брауна? Какая участь ждет саботажника?

За годы службы Сэм порой ощущал, что в распоряжении Брауна была и другая, много более тайная сила, чем его детективный корпус. Однажды он нарвался на двух типов в черном, выходящих со служебного входа. Одного взгляда на них было достаточно, чтобы навсегда потерять охоту выяснять, кто они и чем занимаются.

Теперь Сэм только и думал, что об их зверских лицах, попутно задаваясь вопросом, избегаемым на протяжении одиннадцати лет: правда ли, что страховочные варианты Брауна включают в себя резню наподобие африканской, задержку поставок медикаментов против СПИДа и уничтожение неугодных? Целый год он боялся спросить, что случилось с женой госсекретаря. По рассказам (секретарь как-то раз упал в стельку пьяный посреди гаража и, рыдая, поведал ему эту историю), она застала мужа в постели со своей дочерью от предыдущего брака и в запале пригрозила обнародовать их с Брауном грязные дела. С тех пор Сэм отчаянно сдерживался, чтобы не пойти выпытывать – действительно ли жена секретаря разбилась в катастрофе, или ее смерть – дело рук Брауна.

Собирая вещи, он еще раз все взвесил и понял: надо уходить. Да и что ему оставалось? Если Браун прознает о Мэгги и примет решение, что ребенок не должен появиться на свет, придется дежурить у нее круглые сутки, а не по разу в неделю. Мэгги понадобится защитник – знакомый с оружием и равнодушный к деньгам. К несчастью, у Брауна достанет средств купить половину святых и апостолов, а значит, кроме Сэма, ей рассчитывать не на кого.

Поэтому Сэм разыграл свой единственный козырь: положился на то, что Браун симпатизирует и доверяет эму. За все одиннадцать лет Сэм ни разу не обманул его и не воспользовался своим положением и справедливо рассчитывал, что Браун не заподозрит его в афере с клонированием. Для шефа это было бы таким же нонсенсом, как богобоязненный Прометей, как публика, спокойно внимающая новости о вторжении марсиан. Сэм вел корабль по курсу, проложенному в первый год службы, и ни разу с него не сошел. Бунтарство – не в его стиле, насколько знал Браун. Он наверняка решит, будто моряк отказывает из сентиментальности, о чем заявил в разговоре.

А пока Сэм решил воспользоваться отведенным ему временем и на неделю-другую затаиться, прежде чем дать окончательный ответ. В самом деле, к чему спешить? Нет смысла подгонять события. Сейчас его беспокоило только одно: отпускает ли Браун исполнителей своей воли живыми?

Вдруг в дверь постучали, и Сэм замер, прислушиваясь. Потом сорвал с вешалки кобуру и достал пистолет.

И опять: тук-тук-тук.

Сэм вжался в стену возле двери и спросил:

– Кто там?

– Сэм, это я,– ответил женский голос.

– Кто «я»? – Он нахмурился.

– Помнишь кухню рядом с танцзалом?

Сэм возвел глаза к потолку и прошептал: «Господи! Сейчас-то зачем?», а затем открыл дверь, оставаясь, как был, за стеной.

Раздался стук каолучков, и вот она уже зашла внутрь, продолжая звать его по имени.

Он резко захлопнул дверь. Танцовщица стремительно обернулась. Ее каштановые локоны ниспадали на алый глянцевый плащ, перехваченный у талии поясом. Красные « шпильки» и лак длинных ногтей дополняли картину.

– Мистер Браун прислал меня вместо морковки. Так и велел передать.

Она медленно ослабила пояс и распахнула плащ. Под ним не было ничего. Ее кожа мерцала, как лунная пыль, в тусклом свете прихожей, а заколки в волосах сияли, точно звезды. Она вдруг повела животом в каком-то восточном танце, отчего ее умопомрачительные груди вздрогнули и покачнулись, а лобок заходил вверх и вниз. Мелочь, казалось бы, но Сэму вполне хватило, чтобы распалиться.

– Черт возьми, кто ты, детка? – произнес он уже с хрипотцой в голосе.

– Меня зовут Корал. Можешь держать меня здесь, сколько хочешь.

Он взвел курок и обошел вокруг нее.

– Продолжай в том же духе. Брось-ка мне свой макинтош.

Она скинула плащ. Сэм его ощупал и оружия не нашел. Впрочем, иного он и не ожидал: все-таки шлюха – не наемный убийца. Что ни говори, девчонка высший сорт. Он отложил ствол и обошел ее снова – ощупывая только глазами. Потом она подняла руки и заиграла бедрами еще живее. Сэма бросило в дрожь, и все же он не прикасался к ней, хотел сохранить это зрелище в памяти. Выждав, пока он не очутится сзади, она расставила ноги, качнулась, проведя волосами по полу и замерла, обнаружив прелестнейшей формы киску.

Сэм, исторгнув утробный рев, потянулся к ней, срывая на ходу ремень. Корал, видимо, поняла, что перестаралась. Она обвила его сзади и держала, пока тот кончал в штаны.

– Что, долго постился? – спросила она, когда Сэм немного остыл.

Перед глазами всплыл образ Мэгги. И тут же его осенило, что он не может пренебречь Корал, иначе Браун точно заподозрит неладное. У него просто нет другого выхода, кроме как переспать с ней.

– Не бойся, милая, это только затравка.

Спустя час они перепробовали все мыслимые позиции. Корал, будучи профессионалкой, могла сдерживаться сколь угодно долго. Сэм трудился до седьмого пота, пока наконец не получил вожделенного приза – соски ее стали твердыми, она зарделась и громко застонала. Настоящий, а не наигранный оргазм. С особым удовольствием Сэм понаблюдал за ней и закончил следом.

Обнимая ее в полудреме, он вытащил из каштановой пряди шпильку, усаженную сияющими камнями, повертел в пальцах и воткнул обратно.

– Похоже на бриллианты. Это что, «жучок»?

Она улыбнулась, обозначив симпатичные ямочки на щеках.

– Не-а.

– А если бы был, ты сказала бы?

– Не-а.

Сэм хмыкнул и тут же спохватился, что ничего о ней не знает.

– Справедливо. Скажи лучше, как ты дошла до такого?

Свет не зажигали, лишь редкие солнечные лучи пробивались сквозь задернутые гардины. Похоже, снаружи было около трех часов пополудни.

– Только правду и ничего, кроме правды?

– Именно.

– Когда я была молодой и наивной,– проговорила Корал, лениво чертя ногтями по Сэмову животу,– мистер Браун увидел меня в постановке. Поначалу я его не подпускала – ни-ни, но за три месяца он ухитрился бросить весь мир к моим ногам – деньги, шмотки, личные самолеты, премьеры в Ла Скала…

– А потом?

– Потом он исчез. Был – и сплыл! – Она щелкнула пальцами.– А я – снова в кордебалет. Прошло еще три месяца, и однажды вечером меня встретил за кулисами его дворецкий с одежной картонкой. Гляжу – а там черное атласное платье с декольте и черные «лодочки». Я переоделась, он отвел меня к лимузину. Там ждал Браун с букетом цветов – черных колокольчиков, точь-в-точь как мое платье. Он сказал, это черный лизиантиус, диковинка под стать мне. Рядом с ним сидел актер – имени не скажу, хотя все его знают – недавно получил « Оскара ». Все наши девчонки по нему с ума сходят. Поехали в «Альгамбру». Помнишь, там еще пруд с лотосами?

55
{"b":"18271","o":1}