ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Самолеты… в направлении на три часа!

Бойцы застыли у зенитных пушек. Стервятник поднес к глазам бинокль и сразу опознал пролетающие у них над говорами самолеты.

— Это «Юнкерсы-87»! Наши «штуки»!

Крадущийся Иисусик выдохнул с облегчением,

— Слава богу, это наши самолеты!!!

— Мы еще не выбрались из того дерьма, в котором оказались, адъютант, — резким голосом заметил Стервятник, не сводя глазе «Юнкерсов». —Эти самолеты могут быть посланы как раз для того, чтобы разыскать нас самих.

Лицо Крадущегося Иисусика вытянулось.

Самолеты все снижались, а их скорость становилась все меньше. Теперь были ясно различимы нанесенные на их крылья черные кресты. Крадущийся Иисусик поправил каску на голове, точно опасаясь, что их могут в любой момент начать бомбить.

Стервятник опустил бинокль.

— Это эскадрилья «Черные ястребы», — сказал он. — Летное подразделение СС.

«Черт побери, — пронеслось в его голове, — так типично для этого очкастого идиота Гиммлера послать собственную летную эскадрилью для того, чтобы разделаться со своими же — с нами, кого он, очевидно, считает дезертирами».

Он увидел, как ведущий самолет отделяется от основного строя и летит прямо на них.

— Ну вот… — мрачно пробормотал штандартенфюрер. — У нас гости…

— О Боже! — со страхом вскричал Крадущийся Иисусик. — Но он же не собирается бомбить нас, нет?

— Сейчас мы это у знаем… — Голос Стервятника был мрачнее некуда.

— Но… — остальные слова гауптштурмфюрера потонули в реве мотора «штуки». «Юнкерс» промчался вдоль всей колонны «Вотана», по земле за ним следовала черная тень. Затем бомбардировщик вдруг взмыл вверх и начал нагонять остальные самолеты эскадрильи. Но за секунду до этого от него отделился небольшой груз на маленьком парашюте. Парашют раскрылся, и груз спланировал вниз, а «штуки» полетели вперед по направлению к реке Карповка.

Через несколько секунд выяснилось, что на парашюте было сброшено послание, предназначавшееся специально для командира батальона «Вотан». Поправив в глазу монокль, Стервятник ознакомился с ним. Крадущийся Иисусик, затаив дыхание, стоял рядом, слушая, как Гейер читает послание:

— «Противник пытается организовать переправу через реку Карповка южнее Рогачика. Рейхсфюрер СС приказывает батальону СС «Вотан» немедленно контратаковать в этом направлении. Рубеж обороны вдоль реки Карповка необходимо удерживать любой ценой». Подписано: Больдт, командир эскадрильи.

Прочитав депешу, штандартенфюрер молча передал его адъютанту и уставился в пространство в южном направлении. Его мозг работал с молниеносной быстротой, анализируя приказ, поступивший от Гиммлера. Его получение свидетельствовало о том, что их местоположение точно установлено. Было ясно, что если они только посмеют ослушаться, то рейхсфюрер предпримет в их отношении самые жестокие меры. Но было точно так же ясно и то, что немецкие войска, запертые в Сталинградском котле, были в любом случае обречены. И, если эсэсовцам даже и удастся задержать продвижение русских в этом месте на какое-то время, в конце концов их все равно окружат и уничтожат. Получится, что, пытаясь задержать здесь продвижение врага, они в любом случае погибнут — погибнут ни за что.

— Какие же действия мы должны предпринять сейчас, господин штандартенфюрер? — осведомился Крадущийся Иисусик, пряча послание в папку с командными донесениями.

— В любом случае, мы не станем атаковать русских — уж это точно, — произнес Стервятник.

— Но если мы ослушаемся приказа рейхсфюрера, нас серьезно накажут.

— Я знаю. — Стервятник неожиданно подмигнул ему. — Поэтому надо сделать так, чтобы рейхсфюрер решил, что мы попытались контратаковать русских — а затем военная фортуна отвернулась от нас, и нам пришлось прервать эту атаку. Вот что нам надо сделать…

* * *

Река Карповка протянулась внизу под восемью самолетами эскадрильи «Черные ястребы», точно нарисованная на карте. Ее окаймляла зелень еловых лесов и белоснежная полоса заснеженной степи. Время от времени на берегах Карповки появлялись небольшие черные точки домов.

Больдт мгновенно охватил взглядом всю картину — и сосредоточился в первую очередь на сотнях маленьких темных фигурок, которые копошились в районе спешно возводимой русскими переправы. Иваны уже почти дотянули мост до противоположного берега реки.

Летевший во главе эскадрильи гауптштурмфюрер ощутил хорошо знакомое чувство душевного подъема. Сейчас он казался сам себе всесильным, способным на все — и прежде всего на то, чтобы принести смерть и разрушения тому, что находилось внизу.

Все сомнения, которые до этого гнездились у него в голове, внезапно исчезли. Он чувствовал, что находится в прекрасной форме. Его глаза ясно видели все поле боя. Каждый мускул тела великолепно слушался его. Позади застыл стрелок. Он тоже был готов к тому, что должно было случиться буквально через несколько секунд.

— Ату их! — в упоении прокричал Больдт. Он толкнул ручку управления самолетом вперед. «Штука» стала падать вниз со все возрастающей скоростью.

В ответ с земли немедленно забили зенитки и пулеметы. В лицо Больдту полетели крупнокалиберные пули и снаряды зенитных орудий. Все небо усеяли облачка дыма от бесчисленных разрывов. Но Больдт продолжал нестись по направлению к земле. Им овладело чувство необъяснимого экстаза, который был почти сродни сексуальному. Он еще больше увеличил угол падения — с шестидесяти до семидесяти градусов, а затем до восьмидесяти. Сирены «штуки» выли, как сумасшедшие.

Мост, на который пикировал Больдт, становился все больше и больше. Летчик видел, как разбегались в разные стороны строившие его бойцы инженерных войск. Некоторые, схватив ружья, принялись палить по самолету, пытаясь поразить его, но все эти попытки были безуспешны.

Больдт выпустил закрылки. Самолет перестал безудержно нестись вниз и точно застыл в воздухе. Кровь бешено прилила к лицу пилота, глаза едва не вылезли из орбит. Лишь в последнюю секунду он сумел разглядеть силуэт неприятельского «Яка», который несся прямо на него. За первым «Яком» следовали другие истребители. Они находились уже совсем близко от «штуки» Больдта, когда тот дернул рычаг бомбового люка, и авиационные бомбы посыпались вниз, точно горох.

Сбросив бомбы, гауптштурмфюрер резко отвернул влево. Очереди трассирующих пуль пролетели мимо него. Стрелок открыл ответный пулеметный огонь по русским истребителям. Вокруг все заволокло дымом и грохотом разрывов. Мир превратился в подобие ада. Больдт взглянул вниз. Из воды Карповки поднимались пенные фонтаны взрывов, но сам мост не был поврежден — судя по всему, все бомбы упали в реку. Другой возможности поразить проклятый мост у него уже не было — вокруг кишмя кишели истребители иванов.

Больдт схватил микрофон.

— Сбрасывайте бомбы и немедленно поворачивайте на базу! — истошно прокричал он. Гауптштурмфюрер прекрасно понимал, что тяжело нагруженные бомбами «штуки» становились слишком тихоходными, чтобы эффективно противостоять юрким истребителям русских. Самолетам его эскадрильи надо было как можно быстрее отбомбиться, чтобы получить шанс вернуться назад невредимыми. Он увидел, как вниз, точно черные огурцы, посыпались бомбы. Но в следующую секунду один из русских «Яков» прошил длинной очередью крыло одного из самолетов эскадрильи СС. Крыло «Юнкерса» отвалилось и полетело вниз, точно сухой лист. Вслед за ним вниз рухнул и сам изуродованный самолет.

Больдт понял, что с него уже достаточно. Он спикировал как можно ниже и полетел почти над самой землей. Русский «Як» неотступно двигался следом, вися у него на хвосте. Они полетели вдоль русла Карповки. Примерившись, пилот «Яка» открыл по Больдту огонь из пулемета, и пули застучали по фюзеляжу «штуки», точно по ней колотил клювом гигантский дятел. Но Больдт не был слишком сильно обеспокоен — он знал, что, как правило, обстрел из пулемета не слишком опасен[25]. Самым главным для пилота было не врезаться ни в какие препятствия на земле, потому что он летел слишком низко. Больдт пролетел над мостом, поверхность которого была усеяна трупами, но сама конструкция осталась совершенно нетронутой. Затем гауптштурмфюрер повернул вдоль излучины реки. Грохот и дым боя остались где-то позади. Ему снова удалось уцелеть, хотя он был совсем не уверен в том, что то же самое удалось большинству других пилотов его эскадрильи.

вернуться

25

Советский истребитель «Як-1», который подразумевает автор, помимо 20-мм авиационной пушки, был оборудован двумя пулеметами ШКАС калибра 7.62 мм. — Прим. ред.

26
{"b":"182733","o":1}