ЛитМир - Электронная Библиотека

Гидеон взял ее за руки, поднял с пола и сам поднялся из кресла. Крепко обнял Дендре, утер слезы с ее глаз. И впервые за все годы, что они прожили вместе, сказал:

– Прости.

Они отошли от камина и сели рядом за стол. Оттуда был виден весь порт и море за ним.

– Я хочу, чтобы развод был полюбовным, чтобы мы остались друзьями. Как думаешь, это возможно? – спросил Гидеон.

– Мы сделаем это возможным, – ответила Дендре.

– А как с Эдер?

– Мы будем любезны друг с другом. Дружбы обещать не могу. Это тебя устроит?

– Да, и, может быть, со временем дружба?

– Постараюсь.

– Дендре, я не хочу, чтобы адвокаты устраивали поле битвы там, где каждый из нас является потерпевшей стороной. Давай все решим сами и предоставим адвокатам изложить это на юридическом жаргоне. Ты ведешь все денежные дела, знаешь, какие у нас средства, у тебя каталог моих картин, ты знаешь, где они находятся. Я отправлю письмо и факс нашему адвокату, сообщу, что мы разводимся и делим все пополам. Ты получишь половину всего, что мы имеем.

Дендре чуть не сказала, что это очень щедро с его стороны, но сумела сдержаться. В конце концов, она это заслужила. Гидеон достал из ящика стола бумагу, авторучку и написал несколько строк.

– Вот и все. Могу предоставить тебе заниматься деталями?

– Да, – ответила она.

– Теперь о домах. Я куплю тебе любое жилье в Нью-Йорке или где захочешь, потому что наша нью-йоркская квартира останется мне. Согласна?

Ожидал ли Гидеон комплимента, благодарности? Конечно, он давал Дендре больше, чем она рассчитывала. Она и не надеялась на квартиру. Как, должно быть, он влюблен, если не хочет задумываться о таких вещах и спешит начать новую жизнь с Эдер, с горечью подумала Дендре. Все происходило так быстро, что у нее закружилась голова. Она владела собой, но чувствовала себя странно, потому что никогда не имела такой власти над Гидеоном.

Гидеон принял молчание жены за согласие. Написал на одном листке бумаги «Гидра», на другом «Файер-Айленд» и отдал обе Дендре.

– Нам обоим не хочется расставаться с любимыми домами, так пусть решает жребий. Зажми их в руках, и я коснусь одной из них. Другой дом будет твоим.

Когда Гидеон разворачивал свой листок, Дендре внезапно покинуло мужество. Ей захотелось вырвать у него эту бумажку и разорвать ее на мелкие клочки, завопить: «Брось ее, и нам не придется проходить через это!»

Гидеон словно читал ее мысли; оставалось развернуть последнюю складку. Он заколебался, с нежностью взглянул на Дендре. Слегка улыбнулся ей, потом опустил взгляд к своему листку.

– Файер-Айленд, – прочитал он вслух.

Этот дом хотелось получить ей. Но она только взглянула на Гидеона и сказала:

– Я все объясню девочкам и прислуге.

– Я сообщу Хэверу. Дендре, а может, согласишься на раздельное проживание и останешься в браке со мной?

– Нет.

– Мы будем общаться. Позвонишь, если возникнут вопросы или проблемы?

– Конечно. Ты мой лучший друг, Гидеон.

– Я рад, что ты так считаешь, – сказал он и поднялся, собираясь уходить. Наступила неловкая минута. Никто из них не знал, что сказать.

– Иди, Гидеон, говорить больше не о чем.

– Мне кажется, есть. Ты не обидишься, если я по-прежнему буду общаться с Гершелем, Фридой и Орландо?

– Нет. Только, пожалуйста, без Эдер. Это обидит моих родителей и причинит мне боль. Ты знаешь, как они любят и уважают тебя, поэтому обещай, что будешь уважать их чувства.

– Может, передумаешь и согласишься пока просто пожить порознь?

– Я твердо решила, Гидеон.

– Тогда сообщи об этом своим родителям и скажи, что я буду поддерживать с ними отношения, ладно?

Не говоря ничего из боязни расплакаться, Дендре кивнула.

Гидеон вышел из комнаты, и она снова подошла к камину. Подбросила в огонь несколько поленьев, села в шезлонг и смотрела, как занимаются дрова, как пламя становится ярким. Она ощущала острую боль утраты, была ошеломлена поведением Гидеона и собственным поступком. От переживаний ее отвлекла сигнальная лампочка телефона. Гидеон звонил из мастерской… Дендре долго сидела, не сводя глаз с маленькой красной точки. Гидеон звонил Эдер, сообщал хорошие новости. «Теперь, Эдер, ты узнаешь, какими страданиями сопровождается брак с ним», – мстительно подумала она.

Дендре взглянула на часики. Если поспешить, она успеет на последний паром до Афин. Быстро переоделась в кожаный брючный костюм, нашла свою сумочку, убедилась, что кредитные карточки и чековая книжка на месте. Открыла ящик стола, в котором они держали наличность, и взяла половину денег. Укладывать было нечего, этот дом принадлежал ей. Выходя из комнаты, она невольно обратила внимание на то, что сигнальная лампочка все еще помигивает. Поспешила из спальни на кухню и нашла там Юкио.

– Мне нужно возвращаться в Нью-Йорк. Позвоню оттуда и все объясню.

– Я провожу тебя к парому. Придется поторопиться. Дендре, один только вопрос: с детьми все в порядке?

– Все отлично.

Они вышли из дома и стали торопливо спускаться по узким, мощенным булыжником улочкам.

Глава 14

Прилетев в Нью-Йорк, Дендре прямиком поехала на квартиру. Там стояла темнота и тишина. Проходя по комнатам, она включила все светильники. В своей спальне села и расплакалась. Долго не могла успокоиться, а когда справилась с собой, позвонила в Калифорнию и разбудила Орландо.

– Я развожусь с Гидеоном, – выпалила Дендре.

– Как ты? Сможешь это перенести? Бедная девочка, вот уж не думал, что он так поступит с тобой.

Дендре чуть было не разрыдалась вновь, но тут вернулся спасительный гнев. Она твердо сказала:

– Нет, Орландо, ты не так понял. Я ушла от Гидеона. Я потребовала развода.

– Господи, почему?

– Говорить об этом неприятно, но главное – я развожусь с Гидеоном, чтобы вернуть его себе на моих условиях. Ты сказал, что я скорее одержима Гидеоном, чем люблю его. Насчет одержимости ты был прав, насчет любви ошибался. Я люблю Гидеона и никогда не перестану любить. А он – думаю, он сам не сознает, как сильно любит меня. Можешь считать это стратегическим отступлением. Я проиграла сражение, но намерена выиграть войну.

– Дендре, ты не можешь все уладить?

– Улаживать нечего, развод полюбовный. Я получаю половину всего.

– Хочешь, чтобы я приехал в Нью-Йорк?

– Пока нет.

– Найми хорошего адвоката. Звони, когда станет грустно.

Они поговорили еще несколько минут, и, положив трубку, Дендре поняла, что все сказанное было правдой. Нужно перестать хандрить, жалеть себя, нужно продолжать жить!

Орландо в Калифорнии сидел на кровати, думая о звонке Дендре. Он давно предвидел это печальное событие. Он любил сестру, восхищался ее смелостью, силой любви к Гидеону, подвигшей ее на такой решительный шаг. Он повернулся, взглянул на своего спящего друга, нежно поцеловал его в губы, провел тыльной стороной по щеке любовника. До этой минуты он не сознавал, до какой степени устал притворяться, насколько – подобно сестре – хочет раскрыть свое подлинное «я».

Дендре пошла на кухню заварить чашку чаю. Собравшись лить кипяток, она внезапно похолодела и задрожала. Держа чайник в трясущейся руке, она подумала, что по ее кухне ходит какой-то призрак. Выронила чайник и отскочила, спасаясь от горячей воды, казалось, расплескавшейся во все стороны. Вытерла стол и пол, сказала вслух:

– То была Эдер, – и рассмеялась.

Дендре собрала осколки чашки. Раньше она никогда не била посуды. Села и оглядела кухню, свое владение, место, откуда управляла жизнью мужа, детей и своей собственной. Все было кончено. Она чувствовала себя чужой в этом доме. Ну, если не чужой, то гостьей. Скоро именно так и будет. Осознание этого заставило ее подняться на ноги. Она не хотела оставаться здесь. Взяла телефон, позвонила в несколько отелей. Свободных номеров не оказалось.

Дендре размышляла, куда позвонить еще – так не хотелось проводить ночь в будущем доме Эдер, – и тут тишину нарушил пронзительный телефонный звонок. Она подождала, потом все-таки взяла трубку. Звонил Гидеон.

34
{"b":"18276","o":1}