ЛитМир - Электронная Библиотека

— Терминология могла и измениться, — не смутился Чугваришбаш. — Это не важно. Важно, что вы — верховный администратор колонии.

Мне не понравилось слово «колония», но я отнес его на счет расхождений терминологии и недостаточного владения пришельца английским языком. Не вдаваясь в описание реальных масштабов власти Генсека ООН, я со скромным достоинством согласился с его словами.

— Очень хорошо, — кивнул он. — Итак, я уполномочен сообщить вам, что срок вашего арендного договора истек, и, поскольку очередная плата вами не произведена, Совокупность Мза'аггруу не намерена его продлять. Впрочем, это решение может быть пересмотрено в случае оперативного погашения вами задолженности в 110-процентном размере. От себя лично рекомендую вам заплатить, — добавил он конфиденциальным тоном, — при нынешнем состоянии рынка недвижимости…

— Постойте, здесь какое-то недоразумение, — наконец обрел дар речи я. — Мы не заключали никаких договоров. Сегодня мы впервые вступили в контакт с инопланетной расой, и… — я почувствовал, что уподобился провинциалу, который признается таксисту, что не имеет понятия о городских ценах. И куда девались все мои дипломатические навыки?

— Это планета Хлютц 3, - непреклонным тоном изрек пришелец.

— Это планета Земля, и мы…

— Вы можете называть ее хоть Сливочное Мороженое, а я употребляю ее официальное название. Вы видите вот это, господин Пес Адес?

Он поднес к моему носу извлеченную из папки тонкую стопку листов, скрепленных скоросшивателем. Наверняка подобная форма была такой же имитацией, как его галстук и лысина. В первый момент я увидел лишь мешанину неведомых символов, но затем вдруг их очертания изменились, образовав латинские буквы. Но Чугваришбаш не стал ждать, пока я прочту.

— Это договор аренды между Совокупностью Мза'аггруу как владельцем и Союзом Лурков как арендатором, на срок 32 килостапа, — изрек он, ожидая, похоже, что от этих слов я покраснею, как пойманный за руку магазинный воришка (надо сказать, в детстве я так замечательно умел краснеть в таких ситуациях, что трогал сердца самых суровых полицейских). Не получив, однако, никакой реакции, он продолжил:

— 32 килостапа прошли, господин Пес Адес. Собственно, прошло даже на 2 стапа больше. Ваша колония намерена платить?

— Я по-прежнему не понимаю, о чем вы говорите, — с гордым достоинством (надеюсь) заявил я. — Ни я, ни жители Земли не знают никаких лурков, мзагров и стапов. И мы не являемся ничьей колонией и не позволим выдвигать необоснованные притязания кому бы то ни было.

Он впервые посмотрел на меня с интересом — и, как мне показалось, с сочувствием.

— Вы действительно не имеете контактов с другими цивилизациями? — осведомился он.

— Я же сказал вам.

— Лурков всегда отличал изоляционизм, — кивнул он. — Похоже, вы и впрямь оторвались от галактической культуры. Стап, господин Пес Адес, означает «стандартный период». Термин «килостап» неточен, но в вашем языке нет подходящей приставки, ибо вы пользуетесь десятичной системой счисления вместо общепринятой шестнадцатиричной. Килостап — это не 10^3, а 16^2 стапов. Срок в 32 килостапа равен примерно пятидесяти тысячам оборотов вашей планеты в десятичном исчислении.

Я начал понимать.

— Значит, вы хотите сказать, что 50 тысяч лет назад на этой планете существовала колония цивилизации лурков, которая заключила какой-то договор с некой Совокупностью Мзагру?

— Ну, с точностью до отдельных терминов…

— Ну так это все объясняет. Мзагру не следовало заключать столь длительных соглашений. Лурки исчезли много тысячелетий назад, не знаю, как и когда именно. Мы появились позже и не имеем к ним никакого отношения.

— Разумеется, вы имеете к ним отношение, — возразил Чугваришбаш. — Я уже просканировал ваш генокод. Имеются определенные изменения деградационного характера, но в целом ваше происхождение от убваршей не вызывает сомнений.

— Постойте, вы же сказали — лурки, а не убварши?

— Лурки — это не раса, господин Пес Адес. Это сообщество, некогда существовавшее в цивилизации убваршей. Если говорить точнее, то это секта, — он посмотрел на меня выжидательно, проверяя, не буду ли я протестовать против такой формулировки. Но защита чести и достоинства лурков не входила в мои планы, даже если они и были нашими предками. — На редкость извращенная секта, надобно сказать, — продолжил он. — Выступая под лозунгом единства с природой, они культивировали все низменные, животные стороны своей натуры, боролись против любого искусственного вмешательства в гено- и фенотип… В конечном счете убварши были вынуждены изгнать их.

— Так или иначе, современная цивилизация Земли не несет ответственности за действия лурков, — поспешил заметить я. — Даже если мы происходим от них генетически, не сохранилось никаких их структур, которые могли бы являться субъектом права. Наша цивилизация начинала с нуля, у нас письменность появилась не более 6 тысяч лет назад.

— Предоставленные себе и своему образу жизни, лурки деградировали, — констатировал Чугваришбаш. — Но это ничего не меняет. По закону, вы являетесь их наследниками со всеми вытекающими правами и обязанностями.

— Этот вопрос требует всестороннего обсуждения, — применил привычную формулу я. — Но, кстати, мы так и не выяснили, что, собственно, является предметом упомянутого договора? — у меня мелькнула надежда, что это может быть нечто мало ценное для землян.

— То есть как — что? — удивился Чугваришбаш. — Эта планета, разумеется, что же еще?

В этот момент двери распахнулись под широкими плечами ребят из Секретной Службы. В самом деле, мое исчезновение у всех на глазах не могло не произвести на них впечатления, но заглянуть в кабинет они догадались не сразу. Удивительно, что это вообще пришло им в голову. Я был так ошарашен всем случившимся, что чуть было не брякнул им: «Поздравляю, джентльмены, Земля нам больше не принадлежит!» Кстати, это было бы неверно не только политически, но и фактически. Земля нам никогда не принадлежала. Все это время она была собственностью Совокупности Мза'аггруу.

Наши ближайшие перспективы Чугваришбаш обрисовал предельно просто: либо заплатить, либо покинуть планету. Я опасался, что американский представитель начнет немедленно бряцать оружием, однако он вдруг проявил здравомыслие и поинтересовался сначала размерами луркского долга и стоимостью аренды на очередной срок. Пришелец, переведя галактические числительные в земные, объявил, что мы должны уплатить 7 миллионов кредитов немедленно и по меньшей мере 32 миллиона в течение ближайших 25 тысяч лет, но это уже будет регламентировано новым договором с Мза'аггруу. Цифры звучали не слишком грозно для стоимости целой планеты, и американец поинтересовался состоянием луркских активов, которые мы, очевидно, унаследовали.

— Последний счет Союза Лурков закрыт более 40 тысяч лет назад, ответил Чугваришбаш. — Никакого имущества за пределами Хлютца 3 у них не осталось. Так что единственный возможный для вас вариант оплаты — наличными, в твердой валюте.

Американец тут же заявил, что его правительство не намерено признавать обоснованность предъявляемых к землянам претензий, но на всякий случай поинтересовался галактическим курсом золота.

— Золото, как и любой природный ресурс, не является эквивалентом твердой валюты, — ответил пришелец. — Да и, в любом случае, вы не можете продавать какое-либо сырье Хлютца 3 — оно и так принадлежит Совокупности Мза'аггруу.

— Что же в таком случае вы понимаете под валютой? — нервно спросил американец.

— То же, что и вся Галактика. Шпоч.

Из дальнейших расспросов выяснилось, что шпоч — это некая субстанция, получаемая искусственным путем и обладающая разными полезными качествами, в частности, служащая основным источником энергии для инопланетных рас. Забегая вперед, скажу, что земные физики сошлись во мнении, что существование подобного вещества в принципе невозможно, не говоря уже о том, чтобы наладить его производство. А в тот день разговор вновь вернулся к непризнанию нами предъявляемых требований. Срочно вызванный известнейший нью-йорский адвокат Майк Халфман с порога заявил, что земная цивилизация отказывается от наследства Союза Лурков.

49
{"b":"182997","o":1}