ЛитМир - Электронная Библиотека

«Вот это масштабы, — думал Витька. — Чтобы и я мог заниматься настоящей работой, обязательно надо поступить на будущий год в университет. Начну как следует готовиться по всем предметам».

Он прямо здесь, в избушке, готов был засесть за учебники, но не взял их с собой.

Вокруг тупо гудели комары. Даже в избушке нужно было спасаться от них специальной мазью. Все щелки в стенах вроде бы заделаны, а комары все лезли откуда-то. Случайно Витька заметил, как из дырочки в двери, оставленной выпавшим гвоздем, чуть толще обычной иголки, вылез согнутый в три погибели комар. Как он мог протиснуться в эту чуть светящуюся дырочку, непонятно.

Пришлось заткнуть и ее. Витька стал осматривать окошко, не лезут ли комары еще в какую-нибудь щелку, перевел взгляд на следы медвежьих когтей и обратил внимание на странный заголовок в газете, проглянувшей из-под обоев, порванных когтями: «Выиграл колонну машин». Здесь говорилось, что какой-то счастливчик купил восемьдесят восемь лотерейных билетов и выиграл на них «Москвича», «Запорожца» и мотоцикл.

«Ничего, себе, повезло», — подумал Витька и размечтался о том, сколько бы он всякого снаряжения, оборудования мог купить на такие деньги. Купил бы стереотрубу, фотоаппараты… Мог бы даже нанимать вертолет… И в это время под ударами лап распахнулась дверь избушки! Витька отпрянул к нарам, а ему на грудь бросился Букет и, ласкаясь, ткнулся в подбородок.

Все-таки Витька просмотрел лодку. От берега шел Сергей Николаевич и тянул веревку, чтобы привязать лодку к дереву. Витька заторопился помочь носить вещи. Сергей Николаевич и Галина Дмитриевна пошли было к избушке, но остановились возле лодки и расхохотались. Не понимая, отчего они смеются, Витька зашел в лодку, взял рюкзак. Все дело было в Витькиных экзотических штанах. Он уже привык к их виду после «реставрации», но на свежих людей их ленточный покрой производил впечатление.

На другой день Витька должен был вернуться в поселок. Ему не хотелось оставлять Рема — боялся, что медведь отвыкнет от него. Но из поселка в Долину гейзеров летел вертолет, и Витьку посылали с ним установить вывески, призывающие туристов не ломать гейзериты. В другое время он с удовольствием полетел бы в знаменитую Долину, но теперь, когда познакомился с Ремом, это было совсем некстати. И если бы он не ушел, может быть, не случилось бы через несколько месяцев драмы в кальдере Узона.

Глава 13

В вертолете Витька то и дело перелезал через груду сваленных деревянных брусьев, чтобы не просмотреть внизу что-нибудь интересное.

Когда он впервые услышал в школе о Долине гейзеров, она была для него чем-то вроде «Моря Дождей» на Луне, такой же недосягаемой. А получилось так, что через несколько минут он будет в этой Долине.

Справа все зеленело от океанской воды. Только под вертолетом возле берега виднелись четкие ряды волн с белыми барашками. По левому борту высились горы с каменноберезовой тайгой по склонам. По долинам искрились речки.

Вертолет направился в глубь полуострова, пролетел над красивым глубоким каньоном, над скачущей по уступам рекой.

И вот уже не стало видно ни ярко-голубого неба, ни вспененной среди камней реки. Вертолет летел в глубине каньона, и видны были только коричневые, исщербленные временем отвесные стены.

Но вот в глаза ударил яркий солнечный свет, пропал сумрак ущелья, показались зеленые распадки и горы с ярко-белыми снежниками. Вертолет пошел на посадку. Заволновалась под ним трава, заходила зелеными волнами, примятая воздухом.

Вдруг где-то позади ольхового стланика мелькнул убегающий медвежонок. Едва приостановились лопасти, Витька спрыгнул на землю и бросился вдогонку.

— Правее, правее бери! — кричал вертолетчик.

Витька выскочил к крутому, почти обрывистому склону, но медвежонок уже скрылся где-то в зарослях. Так и не удалось рассмотреть его получше.

Внизу вырвался из земли белый фонтан воды и пара. Поодаль возник другой, а дальше сразу группа фонтанов заиграла на солнце. Витька с радостью понял — перед ним знаменитая Долина гейзеров. Он не мог оторвать от нее глаз, а из вертолета кричали уже, чтобы забирал свои вывески и не опаздывал потом.

Вертолет улетел. Витька поднял на плечо связку вывесок, прибитых к легким кольям, и стал спускаться в Долину гейзеров. Это была долина бегущей внизу речки Гейзерной. То тут, то там вырывались фонтаны или поднимался пар, как будто дымили костры. Поблескивали небольшие круглые, как блюдца, пятна воды — маленькие озерца. Поражал цвет воды в них: в одном она была черной, в другом — голубой, в третьем — зеленой. Была и желтая вода, и красная, и даже такого цвета, что нельзя понять, из каких красок получился этот необычный цвет, похожий на цвет грозового закатного неба. Иные озерца почти соприкасались друг с другом, а вода в них была разная.

Витька спускался по старой тропинке, превратившейся со временем в узкое русло, по которому среди высокой травы стекали снежные, а потом дождевые воды. На тропе не было никаких следов, только у самого дна Долины на мягкой земле появились четкие медвежьи следы. Оставили их два разных зверя — крупный и средних размеров.

Трава на дне стала низкой, не то что на склоне. Местами ее не было вовсе. Бурые плешины как будто присыпал пепел. По горячей земле с трещинами — выходами газов и пара — страшно было идти. Не раз Витьке доводилось слышать, что есть в Долине места, где земля может провалиться над жидкой кипящей глиной, которая тут же ошпарит ноги.

Витька хорошо помнил, что сверху видел рядом два озерца. А когда спустился, подошел ближе, увидел только одно. Второе пропало. «Неужели я что-нибудь спутал?» — недоумевал он.

Ветерок прогнал облака пара из ложбинки. На дне ее зияли два черных жерла, два жутких провала, уходящих в бездну. Из них раздался страшный рык, похожий на рык огромного льва. Витька понял, что стоит возле самых грифонов — отверстий, из которых время от времени вырывается ввысь горячая вода мощных гейзеров. Он поспешно отошел назад, боясь, что гейзер вдруг ошпарит его.

«Может, отбежать еще дальше? — с испугом думал он. — Кто знает, как далеко бьет вода».

Но под ногами зеленела трава, значит, на это место кипящая вода уже не попадает. Иначе она давно бы выжгла траву, как выжжено все на каменистой площадка по ту сторону жерла. Дальше Витька старался придерживаться полосок или островков травы.

Из-за камней струйкой поднимался пар. Вдруг он столбом рванулся вверх, и начала фонтанировать вода. Она взмывала все выше и выше — и скоро из каменистой породы уже била мощная струя раз в пятнадцать выше человеческого роста. Витька догадался: «Это и есть знаменитый „Фонтан“ — один из самых красивых гейзеров».

Вокруг царила необычная пестрота красок. Прямо у ног протянулась полоса белой глины. Чуть дальше — пятно синей глины. Еще дальше — выход желтой. Но самыми яркими, удивительными красками поражали гейзериты. Вокруг грифонов больших гейзеров, время от времени извергавших пар и горячую воду, пульсировало множество мелких источников. За тысячи лет горячая вулканическая вода образовала причудливой формы каменистые осадки — гейзериты. Изумрудные, желтые, жемчужные пятна гейзеритов блестели от сочившейся по ним горячей воды. Она стекала в быструю голубоватую речку — Гейзерную. Время от времени в глубине под землей как будто с грохотом проносился поезд и в речке усиливалось течение.

Витьке оставалось найти место для последней вывески, которая призывала туристов «беречь чудо природы — гейзериты». Он пошел на взгорок с молодыми березками. Среди высокой травы поднималась хорошо заметная тропинка. Шел по ней и не мог понять, почему так вязнут ноги. Вышел к большой круглой яме, в которой кипела жидкая глина. Она то оседала, то поднималась до краев, лопалась большими красно-желтыми пузырями и, вскипая, выплескивалась через край. Оказывается, шел он не по тропинке, а по глине, которая время от времени выплескивалась из этой страшной ямы. Вокруг зеленела трава, росли небольшие березки, и казалось, что где-то проглянет веселая лужайка. А вместо нее зияла страшная яма с вечно кипящей глиной.

17
{"b":"183085","o":1}