ЛитМир - Электронная Библиотека

Рут поморщилась.

— Она доставляет мне определенные хлопоты.

Пенни рассмеялась:

— А как она восприняла известие о том, что в Нью-Йорк полечу я, а не она?

— Ты знаешь, спокойнее, чем можно было ожидать.

Похоже, она слегка утихомирилась после твоего возвращения.

— Это не к добру, — сухо заметила Пенни и подумала, что уволит Мариель после Рождества, потому что увольнять кого-либо накануне такого светлого праздника уж слишком жестоко. Воспоминание о Рождестве заставило сердце Пенни сжаться. Она снова замолчала и отвернулась к окну.

Наконец они добрались до аэропорта, но когда машина остановилась перед зданием аэровокзала. Рут, заглушив двигатель, продолжала оставаться в машине.

Пенни сидела тихо, уставившись себе под ноги. Ее пугала эта поездка, и сейчас она многое готова была отдать, лишь бы не лететь в Нью-Йорк. Встряхнувшись, Пенни напомнила себе, что жизнь продолжается.

— Знаешь, Дэвид не одобрил бы… — тихо заметила Рут, — Но разве я делаю это ради Дэвида? — Пенни вскинула голову и теперь смотрела прямо перед собой.

Рут не знала, стоит ли ей настаивать. Наконец она сказала:

— Я не понимаю, почему ты так рвешься в Нью-Йорк.

Это может подождать. Пенни. Мы всегда найдем другое интервью, чтобы заменить…

— Нет, все уже обговорено, — оборвала ее Пенни. — Кроме того, там мне надо повидаться еще со многими людьми.

Рут успокаивающе положила свою ладонь на ладонь Пенни.

— Я не собираюсь расспрашивать тебя о том, что произошло в эти выходные, но, думаю, перед отъездом тебе следует поговорить с Сильвией.

У Пенни сжалось сердце, она повернулась и посмотрела на Рут:

— Почему? Она что, разговаривала с Дэвидом? Она знает, где он? — Вопросы сыпались один за другим.

Рут покачала головой:

— Нет. Во всяком случае, вчера вечером не знала.

Блуждающий взгляд Пенни наткнулся на их соединенные ладони. Пытаясь улыбнуться, она сказала:

— Он позвонит, когда сможет, а мне пока надо заниматься журналом. Я обещала ему… — Пенни замолчала на мгновение, затем, заставив себя собраться, продолжила:

— Возможно, не застав меня дома, он позвонит в редакцию. У тебя есть мой нью-йоркский телефон?

Рут, вздохнув, кивнула.

Пенни посмотрела на Рут, и та почувствовала, как у нее дрогнуло сердце. Она увидела в глазах Пенни замешательство и боль, которые ей так и не удалось скрыть.

— Я понимаю, ты считаешь эту поездку безумием, — промолвила Пенни, — но поверь, у меня еще больше шансов сойти с ума, если буду сидеть здесь и ждать. — Она быстро заморгала, отгоняя навернувшиеся на глаза слезы. — Я даже не знаю, во Франции ли Дэвид, ведь он мог… — Пенни внезапно замолчала, а потом, перескакивая с одной мысли на другую, торопливо продолжила:

— Ну да, выгляжу плохо, чувствую себя не лучше, но все это от недостатка сна.

Со мной действительно все в порядке, а как только я сяду в самолет, приду в норму окончательно. Там мне не придется пялиться постоянно на телефон или просыпаться в ужасе с мыслью о том, что я могла не услышать звонок. Дэвид позвонит мне в Нью-Йорк, я знаю, он позвонит.

— А что, если… что, если он позвонит и скажет, что должен вернуться в Майами? Разве ты не хочешь быть здесь, чтобы попро… чтобы увидеть его перед отъездом?

Пенни покачала головой.

— Если он позвонит, чтобы сообщить, что возвращается в Майами, то тут же и улетит, не заезжая сюда. Так что я вполне могу услышать это в Нью-Йорке, где по крайней мере буду с пользой заниматься делами «Нюанса». А если он позвонит, чтобы сообщить, что все в порядке, что произошло чудо, то ничто не помешает ему прилететь ко мне в Нью-Йорк.

Рут улыбнулась, желая хоть как-то поддержать слабый огонек надежды, промелькнувший в голосе Пенни.

— Ладно, если захочешь поговорить, звони в любое время. А если я что-то узнаю, ну хоть что-нибудь, то тут же позвоню сама.

— Спасибо, — Пенни улыбнулась, — я очень благодарна тебе. — В душе Пенни знала, что Дэвид обязательно позвонит ей, он не сможет уехать, не сказав на прощание ни слова. Тем более сейчас, когда они так много стали значить друг для друга.

Глава 26

В Нью-Йорке царила волшебная предрождественская атмосфера. Санта-Клаусы всех видов и национальностей заполонили оживленные тротуары. Они звонили в свои колокольчики и выкрикивали рождественские поздравления; мокрые снежинки блестели в их пышных бородах.

Витрины магазинов, офисы, отели сверкали разноцветными огнями, напоминая подарки в красивой упаковке. Огромные елки, украшенные яркими серебристыми шарами и блестящими белыми пышными хлопьями, изображавшими снег, величественно возвышались во всех местах, где наблюдалось скопление народа. С ночного неба падали холодные капли дождя, и резкий ветер разносил их над многолюдными, шумными улицами.

Пенни много времени провела в универмаге «Блуминдейл», разглядывая изделия индейских ремесленников. Почему-то она считала, что Дэвиду могут нравиться такие вещи. Ей и самой понравилась одна вещица, и Пенни уже в третий раз возвращалась к ней с твердым намерением сделать наконец покупку, но снова отошла от прилавка с пустыми руками, решив, что покупать подарок Дэвиду до его звонка — это плохая примета. Она окончательно отказалась от этого намерения.

Ее визит подходил к концу. Интервью с Люком Плезансом уже записано на пленку, все запланированные встречи состоялись, контакты, которые Пенни намеревалась установить, были налажены. Поездка оказалась успешной и все же слишком утомила ее.

Сейчас, пытаясь поймать такси, чтобы вернуться в отель. Пенни чувствовала себя такой больной, слабой и напуганной, что предпраздничная атмосфера казалась ей жестокой насмешкой над ее болью.

Ветер обжигал Пенни кожу, щеки ее были холодны как лед, руки и ноги закоченели. Она стояла на улице всего несколько минут, но уже промерзла до костей. Мигающие неоновые огни расплывались пятнами перед глазами, шум транспорта звучал в ушах раскатами грома, крыши низких зданий начали медленно кружиться… Из-за угла выехало такси. Пенни попыталась поднять руку, но не смогла даже пошевелить ею. Капли дождя, перемешанные со слезами, стекали с ее носа и подбородка на шею и ледяными струйками просачивались за воротник.

Пенни смутно ощущала, как внутренний голос приказывает ей собраться с силами и во что бы то ни стало добраться до отеля. Она попыталась собраться, побороть расслабляющие приступы тошноты и апатии, но ее движения, образуя единый ритм с давкой, сутолокой и шумом, закружили Пенни в каком-то медленном водовороте.

— Вы в порядке, мадам?

Пенни повернула голову и увидела, как два лица Санта-Клауса сливаются в одно.

— Да, — услышала она свой голос, приглушенный странным звоном в голове.

— Садитесь. — Санта-Клаус улыбнулся и распахнул дверцу стоявшего рядом автомобиля.

Пенни посмотрела на машину и закрыла глаза.

— Разве вам не нужно такси?

— Спасибо, — хриплым голосом промолвила Пенни.

Как только она начала забираться в машину, густая пелена будто слетела с ее глаз, и все снова предстало в четком свете.

— Счастливого Рождества, — с улыбкой пожелала она Санта-Клаусу.

— И вам тоже, мадам! — весело воскликнул тот. — Куда едем?

Пенни произнесла название своего отеля, Санта-Клаус тут же передал его водителю такси и на прощание помахал Пенни рукой.

Через несколько минут Пенни уже была в своем номере, где, усевшись на пол и прислонившись спиной к стене, горько разрыдалась. Никаких сообщений от Дэвида до сих пор не было, и такое положение вещей становилось уже просто невыносимым. Силы Пенни были на пределе, но мысли продолжали лихорадочно метаться в голове. Никогда еще она не чувствовала себя так плохо, даже в самые мрачные, самые ужасные моменты своей жизни. Казалось, что кто-то другой завладел ее телом и теперь пытается вытолкнуть из него.

Молчание Дэвида временами до того пугало ее, что Пенни казалось, будто от страха у нее останавливается дыхание. Она понимала, что в этом состоянии долго не продержится, — как бы она ни любила Дэвида, как бы сильно ни ждала его звонка, бессмысленно было так истязать себя. И сейчас Пенни хотела только одного — уехать домой.

113
{"b":"18323","o":1}