ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ладно, — согласилась Эстер. — Как ты думаешь, стоит поискать подарок Пенни?

— Хорошая мысль, — с улыбкой одобрил Уолли. — Пожалуй, не мешает хоть как-то поднять ей настроение в Рождество.

Вечером следующего дня, когда Эстер вернулась домой, машина ее была загружена всевозможными покупками.

После приятного похода по магазинам она заехала к Пенни, но та снова не позволила ей войти в дом. Однако из краткого разговора по домофону Эстер извлекла все, что ей было нужно.

Робко улыбнувшись Жаклин, которая вышла из дома помочь ей разгрузить машину, Эстер взяла красочно упакованный подарок, купленный для Пенни, и, оставив остальное на попечение Жаклин, прошла в дом.

Видя, как она устала, Уолли обнял жену за плечи и подвел к софе. Не желая, чтобы Эстер заметила победный блеск в его глазах, он уткнулся лицом в ее плечо.

— Ты заезжала к Пенни? — спросил Уолли, уже зная, каким будет ответ.

Тело Эстер обмякло.

— Да, — слабым голосом промолвила она и добавила после паузы:

— Пенни сделала аборт.

Уолли кивнул. Решив, что звонок Габриелле с требованием перевести на их счет обещанные за работу пятьсот тысяч долларов может подождать, Уолли крепче обнял жену и сказал:

— Все в порядке, старушка. Все будет хорошо. Теперь Габриелла обязательно поможет Дэвиду. Он получит совсем немного, и кто знает, может, ему вообще не придется сидеть в тюрьме.

Пенни, полностью одетая, лежала на постели, устремив взгляд в никуда. В ее осунувшемся лице не было ни кровинки, а сердце билось совсем неслышно. За окном шел дождь, и откуда-то издалека доносились мелодичные рождественские песни… Или, может быть, они звучали лишь в ее воображении?

Возвращаясь из больницы. Пенни видела множество детей и будущих матерей. У всех было радостное, праздничное настроение. Она смутно помнила, как Рут держала ее ладони в своих. Милая Рут. Как было любезно с ее стороны приехать в больницу и отвезти Пенни домой. Рут никому не выдаст ее тайну. Пенни была уверена в этом.

Даже Сильвия ничего не узнает, несмотря на то что Рут собиралась навестить ее после Рождества.

Пенни закрыла глаза и лежала так долгое время, но заснуть не смогла. В мыслях она разговаривала с Дэвидом, пытаясь оправдать поступок, который ей предстояло совершить, и прося простить ее.

Прошло более часа. Наконец доносившийся со склона холма оживленный колокольный звон сменился полной тишиной. Это означало, что началась полуночная месса, а стало быть, наступило Рождество.

Поднявшись с постели. Пенни спустилась вниз, села за свой рабочий стол, достала из ящика лист бумаги и начала писать письмо Дэвиду, которое, как она понимала, никогда не будет отправлено ему, но… Кто знает, если она сумеет написать его до конца, если объяснит, что произошло, расскажет о своих чувствах и о причинах, побудивших ее принять именно такое решение, то, возможно, у нее на душе станет спокойнее. А если наступит такой день, когда она сможет отдать ему это письмо, оно поможет Дэвиду все понять.

Дойдя в своем описании до того момента, когда Эстер Делани напомнила ей, что она и сама не знает, от кого у нее ребенок. Пенни почувствовала, что у нее начинают путаться мысли. Повернувшись к окну и уставившись в темноту звездной ночи. Пенни подумала о том, где сейчас может быть Дэвид и как он справляет Рождество. С ее стороны было глупо надеяться, что он сможет позвонить, и все же в глубине души она ждала этого. И когда внезапно раздался телефонный звонок. Пенни в ужасе принялась лихорадочно соображать, что же она будет говорить.

— Алло? — тихо промолвила она в трубку.

Послышалось громкое шипение, треск помех, а потом раздался далекий голос Самми.

— Пен? Ты слышишь меня. Пен? — кричала сестра.

— Да, слышу, — крикнула в ответ Пенни. — Где ты?

— На яхте, где-то в Карибском море. Я не ожидала застать тебя сегодня дома, собиралась оставить сообщение на автоответчике.

— У тебя все в порядке?

— Да, все замечательно! А ты как?

— У меня все хорошо.

— Какие планы на Рождество?

В сознании Пенни промелькнула предстоящая череда одиноких дней…

— Ох, намечается пара вечеринок… Ну, ты знаешь, как это бывает.

— Похоже, ты немного расстроена. Ты в порядке, честно?

— Конечно. Я скучаю без тебя, — тихо добавила Пенни.

— Что? Что ты сказала? Я не расслышала.

— Я сказала, что у меня все хорошо. Рада слышать твой голос.

— А я твой. Я скучаю и очень люблю тебя.

— Я тоже очень люблю тебя.

— Веселись на Рождество, ладно?

— Ладно. — Пенни улыбнулась. — Счастливого Рождества, и благослови тебя Господь!

— Спокойной ночи, благослови тебя Господь, — ответила Самми своим детским голоском.

Улыбаясь сквозь слезы. Пенни положила трубку и вернулась к своему письму.

В августе следующего года Дэвида приговорили к десяти годам тюрьмы. Уже зная к тому времени о намерениях Габриеллы, Дэвид порвал всякие контакты с Пенни, считая, что только так можно освободить ее от взятых на себя обязательств и позволить начать новую жизнь.

Он не имел ни малейшего понятия о том, что вскоре после того, как Пенни получила известие о его приговоре, Самми и Рут, занимавшиеся теперь делами журнала, отвезли ее в больницу. Пенни сделали кесарево сечение, и на свет появилась здоровая, весом в три с лишним килограмма девочка с настоящей копной белокурых кудрявых волос и такими же, как у отца, красивыми и ласковыми голубыми глазами.

Глава 28

— Ты знаешь, все это так необычно, — с недоумением заметила Пенни, проезжая на машине через ворота виллы. — Я хочу сказать, что прежде сама брала интервью, а в этот раз интервью будут брать у меня.

Серина Бродерз — новый главный редактор журнала «Старк» — рассмеялась. Позавчера она прилетела из Лондона специально ради этого интервью — в последнее время ходило множество слухов о Пенни Мун и связанных с ней событиях. Кроме того, грешно было отказываться от прекрасной возможности немного отдохнуть на Ривьере в середине июня. Она, как и многие сотрудники, должна была благодарить Сильвию за предоставляемые ею приятные передышки в работе.

— Как ты считаешь, наш разговор в редакции прошел нормально? — как бы между прочим поинтересовалась Пенни. — Ты выяснила, что хотела?

— Все было великолепно, — пробормотала Серина, потерявшая дар речи при виде виллы, к которой они подъезжали. — Вот это да! Ты действительно живешь здесь?

Теперь уже Пенни смеялась.

— Ну конечно, мы живем здесь. Несколько помпезно, но нам нравится.

— Какой чудесный вид! — восхитилась Серина. — Да как ты могла отказаться от этого? Сад просто великолепен. Ты, наверное, содержишь целую армию садовников, чтобы ухаживать за ним?

— Боже упаси, я все делаю сама, — возразила Пенни, останавливая машину перед виллой.

Серина огляделась.

— Знаешь, ты просто удивительный человек и столько-то достигла здесь.

— Не без помощи добрых людей, — заметила Пенни. — Кстати, хочу попросить тебя передать кое-что Сильвии, если не возражаешь. Не волнуйся, ничего тяжелого не будет.

— Никаких проблем, — заверила Серина, выбираясь из маленького «пежо» с откидным верхом, в котором Пенни так до сих пор и ездила.

Разумеется, в городе автомобиль был совершенно непрактичным, зато прекрасно подходил для семейных выездов на природу.

— Тебе можно только удивляться, — не унималась Серина. — Где ты находишь время, чтобы руководить журналом, писать рассказы, управлять этим домом да еще воспитывать дочку?

— Я и сама не знаю. — Пенни усмехнулась и, услышав доносившийся из-за дома шум, предупредила:

— Сегодня у Шейн день рождения, так что будь готова к небольшому переполоху в доме.

— А сколько ей? — поинтересовалась Серина.

— Два года и десять месяцев, — ответила Пенни, насмешливо вскинув брови. Не скрывая гордости, она добавила:

— Боюсь, что с таким отцом, как Дэвид, каждый день превращается в ее день рождения.

122
{"b":"18323","o":1}